Чтение онлайн

— Я и есть девчонка, гений, — буркнула она, и обиженно надула губы.

— Тем хуже для тебя. Ты уложила меня, когда я был подобен пьяному слизняку. Сейчас у тебя не было бы и шанса. — Парень помолчал, внимательно ее осматривая. От него не ускользнуло, что она чертовски расстроена. — Что не так?

— Да так, — Лени неопределенно пожала плечами и закатила глаза. — Немного повздорили с Аргасом…

— Я в курсе. — В ответ на ее вопросительный взгляд парень хитро ухмыльнулся. — Ты так стремительно пронеслась, что чуть не сшибла меня на повороте. Да ладно, — парень протянул

ей связку скрепленных бумаг, которую она не заметила до этого.

Дрожащими руками девушка приняла ее, издала какой-то странный звук, и подняла на Даррена взгляд, полный благодарности и счастья.

— Это…это же заказ! Даррен! — Лени взвизгнула и запрыгала на месте

— Да, я знаю, — парень засунул большие пальцы в лямки для ремня на штанах. — Я поговорил с Лидером, и он согласился испытать тебя на простеньком задании. И только при условии, что я буду рядом.

Лени почувствовала, как увлажняются глаза. Она шутливо хлопнула парня по плечу и тихо, со всей искренностью, произнесла одно слово:

— Спасибо.

***

— Если хочешь знать мое мнение, то это дурость!

Элениель облокотилась на плечо Даррена и стянула с ноги мокасин, в который до краев набился песок. С трудом балансируя, чтобы не ставить ногу на раскаленный песок, Лени пыталась избавить обувь от всего лишнего. Ее раздражала эта местность.

— Как всего в паре километров от океана может располагаться такая мерзкая, убийственная пустыня? Это нелогично и абсолютно глупо.

— Боги решили именно так, — Даррен вытер шею платком, — что толку рассуждать сейчас об этом?

— А, по-моему, они просто лентяи и бездельники. — Лени всегда бурно реагировала, если при ней начинали восхвалять богов. По преданию, эллары были их потомками. Но, если это так, то почему они допускают жизнь большей части своих детей в нищете и нужде? Разве они не первые, кто должен получать если не все блага, то хотя бы нормальные условия жизни?

— Эй, что с лицом?

— Ничего, — буркнула девушка, и попыталась отогнать от себя ненужные мысли. — Где этот чертов Нантероуд? Конца и края нет этому песчаному аду…

— Вот сойдем с этой дюны, и увидишь границы.

Лени что-то недовольно буркнула. Как и сказал Даррен, вскоре Элениель увидела границу. По правде говоря, ее трудно было не увидеть: перед ним стояли гигантские статуи в виде прекрасных женщин с кудрявыми волосами. У них были завязаны глаза, их длинные юбки тяжелыми складками опускались на горячий песок, а в изящных руках были мечи, и те, что пересекались по центру, образовали некое подобие арки, как раз в человеческий рост.

— Это сторожа Южной границы Эттенберга — Рализа и Беллара. — Даррен поочередно указал на каждую статую. — Сквозь эту арку сможет пройти лишь человек, ступающий с добрыми намерениями. Пространство по обе стороны от них — это невидимый барьер, который простирается вплоть до таких же статуй у северной границы города.

— Рализа и Беллара… — Лени на секунду призадумалась, после чего резко повернулась к парню. — Богини?

— Да. Король Тарлеон, при чьем правлении их возвели, по слухам, был очень набожным и, возводя эту защиту, верил, что милость

богинь войны и отваги сберегут его королевство от набегов врагов.

Лени неосознанно сбавила шаг. Внутри появилась неизвестная слабая вибрация, по коже пробежали мурашки. Она опасливо посмотрела на Рализу: статуя поражала своей устрашающей красотой. На ней, как и на сестре, было платье на тонких бретелях, открывающие сильные плечи. Ее пальцы мертвой хваткой вцепились в рукоять гигантского клинка, как бы демонстрируя, с какой легкостью она может им воспользоваться.

— Как думаешь, в них и правда есть магия?

— Почему у тебя голос дрожит?

— Не знаю, впервые вижу такие громадины. Так что?

— Кто знает, но если это так, то я искренне надеюсь, что мои намерения девственно чисты.

Когда они вплотную приблизились к арке, у Лени не осталось сомнений: это место было насквозь пропитано магией. По поверхности арки проходила рябь, сменяя цвета от лазурного до золотистого. Дрожь в теле усилилась.

— Ты видишь это?

— О чем ты? — Даррен непонимающе уставился на девушку. — Просто проем. Ну что, пошли?

— Ты первый.

Судя по выражению лица, эти слова удивили Даррена, но он лишь пожал плечами и шагнул в сторону арки. Когда он коснулся ряби, золотые блики облепили его, как пиявки, и начали пульсировать, словно что-то впитывали. Лени хотела крикнуть Даррену, предупредить, но он даже не остановился. Будто ничего не почувствовал.

Секунду спустя он уже махал ей с той стороны арки, призывая пошевелиться. Его изображение было слегка размытым, но это не помешало ей увидеть его нетерпеливое лицо.

Лени поправила заплечный рюкзак, резко выдохнула, и пошла навстречу неизвестному.

Двигалась она медленно, опасливо поглядывая на загадочные блики. Когда расстояние между ней и аркой сократилось до пары миллиметров, она закрыла глаза и сделала решающий шаг.

Вдруг тьма в ее закрытых глазах сменилась золотым светом, и видения в голове с бешеной скоростью стали сменять друг друга. Перед ней мелькали неизвестные люди, красивые залы, роскошные покои, ухоженные сады с яркими, неизвестными цветами. И вот она уже в каком-то зале, устрашающего вида человек выносит приговор какой-то женщине. Она не видит ее лица, ее голова опущена вниз, спутанные белокурые космы свисают практически до пола…

Видение снова меняется. На сей раз она видит до боли знакомые каналы Лауре-Эйтель, память о которых она пронесет через всю свою жизнь.

— Тебя не должно быть здесь.

Элениель вздрогнула и завертела головой в поисках голоса, от которого перехватило дыхание. В нем была неземная власть и убаюкивающая женственность, звон металла и пение птиц.

— Тебя найдут…

— Не приходи сюда вновь…

— Скрывайся…

Слова то подплывали ближе, словно были сказаны прямо ей на ухо, то убирались прочь, заставляя прислушиваться. Ее сердце колотилось с бешеной скоростью. Кто говорил с ней? Неужели… богини? Изумленная, она открыла рот, чтобы спросить их, но вдруг неведанная сила буквально вышвырнула ее из арки, и она на скорости упала ничком, наевшись при этом песка.