Чтение онлайн

Рина не разделяла уверенности подруги:

– Эми, ты когда-нибудь присутствовала при родах?

Уверенность Эми на мгновение угасла.

– Ну, не совсем… Но я несколько раз помогала, когда жеребились лошади и телились коровы, по крайней мере, до тех пор, пока моя напыщенная гувернантка не сочла это неприличным для леди. Словно что-то связанное с Рейвенсхолдом может быть неприличным для Тревелинов. Во всяком случае, мне кажется, рождение младенца ненамного отличается от родов коровы или лошади. А как ты, Пруденс? Ты присутствовала при родах?

– Н-нет, – заикаясь,

ответила Рина. Это была полуправда. Она не присутствовала при рождении своего брата, но потом заглянула в комнату и увидела неподвижное тело матери и жалкий, крохотный сверток – младенца, который родился слишком рано. Она услышала сдавленные рыдания отца, почувствовала терпкий запах крови, ощущение страха и смерти и леденящего отчаяния, которое еще многие годы преследовало ее во сне.

Рина напомнила себе, что ее мать была старше и ослаблена болезнью, а Клара – здоровая молодая женщина. Но никакие доводы не могли заглушить воспоминаний, которые наполняли ее ужасом, отчаянием и парализующей мыслью о беспомощной девочке, которая чувствовала, как счастливый мир рассыпается в прах.

Рина и Эми взяли простыни и воду и вернулись в спальню. Еще один час без доктора. Потом – еще один. Вечерние тени тянулись, удлиняясь, по деревянному полу, похожие на длинноногих худых пауков. Клара теряла сознание и приходила в себя, а схватки становилась все злее и чаще. Рина и Эми по очереди вытирали лоб девушки и держали ее за руку, но когда прошел еще один час, Эми отвела Рину в сторону.

– Боюсь, нам больше не стоит ждать Чарльза. Роды идут к концу. Нам придется самим помочь младенцу появиться на свет, – Эми оглянулась на Клару, казавшуюся хрупкой и такой же белой, как простыни, на которых она лежала. – Ребенок уже на подходе. Мы сделаем все, чтобы помочь ему.

– Я… не знаю, смогу ли я, – в отчаянии прошептала Рина. – Эми, я тебе солгала. Много лет назад я видела роды, но они закончились ужасно. Мать и ребенок, оба… Мне кажется, я не смогу снова этого пережить.

Эми схватила ее за руки почти так же сильно, как раньше Клара.

– Пру, ты должна. Я не смогу сделать это одна. Я могу принять ребенка, а ты должна заняться ее душевным состоянием, успокоить. Попытайся. Ради Клары. Ради меня. И может быть, ради той несчастной женщины, которая умерла на твоих глазах много лет назад…

Ее слова заглушил вопль Клары.

Эми вернулась к кровати, бросив на Рину полный отчаяния взгляд. В эту секунду Рина поняла, что Эми почти в таком же состоянии, как и она. Но Эми доблестно скрывала страх, поправляла постель, готовила все к родам. Она действовала целеустремленно и добросовестно, что было характерно для всех Тревелинов, и Рина почувствовала уважение к подруге. Но это не заглушало страха, спрятанного глубоко в душе.

Роды проходили далеко не гладко. Глаза Клары обвели мертвенные круги боли и ужаса, силы ее подорвали месяцы всеобщего презрения и отчуждения. Дыхание ее было частым, поверхностным, лоб покрыт потом. Девушка могла умереть. Ребенок мог умереть. Ребенок Эдуарда…

Клара снова закричала.

– Тужься, Клара! – закричала Эми. – Пру, скажи ей, чтобы она тужилась!

Несколько

мгновений Рина не могла открыть рот. Запах крови, крики боли и ужаса – все это был оживший кошмар ее детства. Но она уже не ребенок. Она не та растерянная маленькая девочка, которая беспомощно стояла и смотрела, как уходит жизнь из ее матери. Она сильная и умелая женщина, закалившаяся в жизненных испытаниях, у нее есть семья, которая ее любит, и мужчина, которого любит она. Она не потеряна в мире и не одинока.

Она наклонилась к Кларе и протянула ей руки, чтобы та могла за них держаться.

– Послушай меня, Клара. С тобой все будет в порядке. С твоим ребенком тоже все будет хорошо. Ты не одна, мы с тобой. А теперь – тужься!

С этого момента три женщины дружно боролись, чтобы привести младенца в этот мир. Крики Клары, команды Эми, бодрящие реплики Рины слились в нечто единое. И когда они уже думали, что ребенок никогда не покажется, крошечная девочка легко выскользнула прямо в подставленные руки Эми.

Через час Чарльз ввалился в комнату без шляпы, со съехавшими набок очками после скачки по пустошам. Страх в его глазах сменился облегчением, когда он увидел мирно спящую в своей постели Клару. Это облегчение превратилось в изумление, когда он увидел Эми, спящую в кресле-качалке у печки с крохотным, умиротворенным младенцем на руках.

– Что за…

Рина поднесла палец к губам. Она встала со стула у постели Клары, которую держала за руку, и вывела пораженного доктора за дверь.

– Им всем необходимо отдохнуть. Это были трудные роды.

Чарльз потер подбородок.

– Этого я и боялся. Если бы я ожидал, что ребенок появится на свет так скоро, то не уехал бы сегодня из деревни. Я вам благодарен за то, что вы были здесь и помогли ей. Вполне вероятно, что вы спасли ей жизнь.

– Нет. Вы ошибаетесь, приписывая мне эту заслугу. Если бы я находилась здесь одна, Клара и ее ребенок наверняка погибли бы. Это Эми заслужила вашу похвалу. – Рина вкратце описала ему мужество Эми, ее хладнокровие во время опасных родов. Закончив говорить, она скрестила на груди руки и многозначительно посмотрела на доктора. – Эми рассказала мне, что произошло между вами вчера. После того, что я видела сегодня, могу вам обещать: из нее выйдет образцовая супруга врача.

Чарльз смущенно улыбнулся, в его обычно трезвых глазах вспыхнули отнюдь не трезвые огоньки.

– Я знаю. И вчера знал. Но я не могу обрекать ее на такую суровую жизнь. Как бы много я ни работал, никогда не стану богатым человеком. Не смогу обеспечить ее теми вещами, среди которых она выросла, которых она заслуживает…

– Она заслуживает, чтобы ее любили. Ей не нужна пустая жизнь богачки. Если бы она стремилась к подобной жизни, то приняла бы предложение Фицроя. Но допускаю: если вы уедете, она в конце концов выйдет замуж за человека, который даст ей все, в чем она, по вашему мнению, нуждается. Она будет богатой, но никогда не станет по-настоящему счастливой. Ее мужественная душа задохнется под шелками и атласом, а сердце станет холодным и жестоким без любви. Этого вы для нее хотите?