Чтение онлайн

Ни один злой не бывает счастлив (Ювенал, ок. 60-127).

Злом называется и то, что человек совершает, и то, что он терпит. Первое – это грех, второе – наказание… человек совершает

1 Здесь и далее в главе курсивом выделены мои комментарии. Прим. авт. зло, которое хочет, и терпит зло, которого не хочет (Аврелий Августин, 354–430). Наказание или просто «грабли»? Наступил на зубья – получил черенком по лбу… По крайней мере, вины за своё несовершенство не испытываю. Боль – да.

Старый мастер решил не участвовать в схватках. Однажды пришёл к нему

молодой воин и стал предлагать бой. Мастер молчал. Пришедший настаивал, кричал, оскорблял мастера и всех его родных. Тот же результат. Под конец он ушёл ни с чем. Ученики спросили мастера, почему он вёл себя именно так. «Как вы думаете, если кто-то собрался вручить кому-то подарок, а у него его не приняли, кому он будет принадлежать?» «Тому, кто собирался его подарить», – ответили ученики. «Так же дело обстоит со злобой. Если вы отказываетесь её принимать, то она остаётся у других» (притча).

Когда присмотришься к живущим на земле – что человек, то нрав, но все равны во зле (Абу-ль-Аля аль-Маари, 973-1057). Поэтому мы и сошлись?

В большинстве своём люди вовсе не злы, а поступают плохо и навлекают на себя вину потому, что говорят и действуют, не представляя себе последствий своих слов и поступков: они лунатики, а не злодеи (Кафка, 1883–1924).

Большинство людей, которых называют злыми, сделались такими только оттого, что принимали своё дурное расположение духа за своё законное состояние и отдавались ему (Л. Н. Толстой, 1828–1910).

Большинство вместо того, чтобы стремиться к добру, жаждет счастья, блеска и долговечности – подобно глупым актёрам, которые желают всегда играть большие, блестящие и благородные роли, не понимая, что важно не то, что и сколько играть, а как играть (Шопенгауэр, 1788–1860).

Точнее, в каком Состоянии играть? Играя, всё время быть Настоящим? Главная причина всех бед – абсолютизация личностного самосознания? Видение мира лишь как разрозненного набора множества отдельных частей-сущностей, чувство отдельности, отделённости себя от этого множества, себя от другого, от других, от всего остального, деление на своих и чужих. Зло для меня – именно в этом разделении, противостоянии. Мой путь к счастью – в сосредоточении на объединяющем Добре, в сознании условности своей и чьей бы то ни было отдельности.

Чем больше мир видится цельным – тем покойнее и добрее на душе. Понятие об этом получил давно, но к ощущению иду до сих пор.

Нет никого, кто делал бы зло ради него самого, но все творят его ради выгоды, или удовольствия, или чести, или тому подобного… (Бэкон, 1561–1626).

Стоит лишь впустить в себя зло, как оно уже не требует, чтобы ему верили (Кафка, 1883–1924).

Злой вредит без всякой для себя выгоды (Сократ, ок. 470–399).

Блаженный жертвует своим добром, чтобы помочь ближнему; средний помогает, не жертвуя; низкий губит чужое добро ради своего. Как же назвать вредящего без пользы для себя? (Индийский эпос.) Психбольной, зомби?

Зачем обманываться? Зло не вне, а внутри нас; оно пребывает в нашей душе. Мы излечиваемся от него с трудом, поскольку не знаем, что больны (Сенека, IV в. до н. э. – 65).

Не зли других и сам не злись:Мы

только гости в этом мире,И если что не так – смирись,Будь поумнее, улыбнись,Ведь в этом мире всё закономерно.(Омар Хайям, ок. 1048 – после 1122)

Мы преодолеваем все трудности для того, чтобы сделать зло; но малейшее препятствие отвращает нас от расположения к добру (Бу аст, 1765–1824).

Стоит злонамеренности перетянуть на свою сторону разум, как она преисполняется гордыни и выставляет союзника напоказ во всём его блеске. Точно так же она кичится, когда суровое самоограничение и подвижничество терпят неудачу и победу одерживает естество (Паскаль, 1623–1662).

Человек злонамеренный не может быть великим. Вы вольны расхваливать его дальновидность и широкие замыслы, восхищаться образом действий, превозносить его умение выбрать наилучшие средства и кратчайшие пути к цели, но, если сама цель дурна, значит, она неразумна, а где нет разума, там нет и величия (Лабрюйер, 1645–1696).

Злой язык – признак злого сердца (Публий Сир, I в. до и. э.).

Посещать и слушать злых – это начало злого дела (Конфуций, 551–479).

Сокрытие зла питает и оживляет его (Вергилий, 70–19 до и. э.).

Сокрытие – неосознание, непризнание – прежде всего от самого себя? Но таким же одержимым, тёмным ближним моё зло очевидно и дружба с ними хуже вражды?

Зло – враг самого себя, начало беспокойства, беспрерывно стремящегося к снятию самого себя (Я. Бёме, 1575–1624).

Если тронуть хотя бы волос на бороде дьявола, он непременно вцепится тебе в загривок (Цвейг, 1881–1942). В том числе – в лице его (Воланда) подручных, принимающих образ ближних наших? Даже из этого положения можно искать Счастье, круто развернувшись к Добру? Главное – понять: борьба со злом – это бой с собственной Тенью, перестать «накручивать» себя, думая о зле в противнике, о том, что его нужно наказать? Зло – во мне, думая зло, наказываю я только сам себя. Если же удастся переключиться на Добро, мысленно передав и оппонента в «руки» Любящего и Заботящегося, Понимающего и Ждущего – и враг станет Другом достаточно скоро?

Самое большое зло, какое может сделать нам враг, – это приучить наше сердце к ненависти (Ларошфуко, 1613–1680).

Очень печально, что стремление людей уменьшить зло порождает так много нового зла (Лихтенберг, 1742–1799).

Причина – отсутствие состояния Любви: невежество, недопонимание, руководство негативными чувствами, насилие (в том числе над собой), ощущение невозможности творить добро по-Доброму?

Злом зла не поправишь (русская поговорка).

Один из самых действенных соблазнов зла – призыв к борьбе (Кафка, 1883–1924). Если имелась в виду идея борьбы со злом – присоединяюсь: выстрадал. Побеждающий в борьбе сам стаёт Злом, если видел Его в противнике? Если же боролся вынужденно, просто подчиняясь порядку вещей, не усматривая Зла – остаётся в Добре-Естественности? В этом случае, не теряя сознательности Созерцания, ощущаешь себя стихией, стихии же не борются – необходимо сталкиваются.