Чтение онлайн

Кирилл хочет, чтобы после окончания университета я приехала к нему в Питер. Он неустанно рекламирует мне возможности большого города. Тема упущенных возможностей — его любимая, да-да.

Я же стараюсь так далеко не загадывать, живу сегодняшним днём. А там уж — как карта ляжет…

Выхожу из парикмахерской. Мои светлые волосы завиваются крупными локонами. На лице идеальный макияж — неброские глаза и губы. Всё очень со вкусом. И очень по возрасту. Девочки-стилисты отработали на «ура». Я в полной боевой готовности. На мне лаконичное белое платье. Никаких

пышных юбок. Простой крой, длина до середины бедра. Пикантность образу придаёт большой бант, украшающий мою обнаженную спину.

Все торжественные мероприятия давно позади. Сегодня нас ждёт чисто вечеринка для студентов. Никаких родителей и учителей! Только свои. Как выразился Зотов, вечеринка «без купюр».

Таксист мчит меня по предвечернему городу. Я наотрез отказалась от услуг Виталь Сергеича. Сама доберусь, и точка. Папа лишь демонстративно фыркнул.

Несмотря на страх испортить прическу, открываю окно. В детстве дедушка возил меня на дачу на своих старых жигулях. Он, в отличие от строгого отца с его извечными запретами абсолютно на всё, разрешал мне опускать стекло, сидя на заднем сиденье. Дедушки давно нет, жигулей — тоже. Но то ощущение разлетающихся в разные стороны волос и летнего ветра, бьющего в лицо, искреннего, заливистого, детского смеха и какой-то нереальной свободы — до сих пор хранится в дальнем уголке моей памяти.

Приезжаю на место буквально минут через двадцать. Иринка ждёт меня у входа. Изумрудное платье из многослойного шифона потрясающе оттеняет её глаза.

— Чего так долго, Алёхина!? — возмущается. — Погнали, я заняла нам блатные места. Скорей, а то уведут!

«Блатными» оказываются места рядом с диджеем и грохочущей музыкальной колонкой, которая идёт с ним в комплекте. Чувствую, что долго я здесь не выдержу.

Замечаю Ксюшу в коротком золотистом платье и с причёской «конский хвост» на макушке. По привычке ищу рядом с ней Литвинова. Его нет!

Ведущий объявляет, по какому поводу мы здесь собрались. Все хлопают, свистят. Затем следует короткая конкурсная программа. Я сижу тихо и не отсвечиваю.

Подают горячее. Ведущий объявляет перерыв и предлагает всем насладиться едой. Я только за, дружище! Еда — это лучшее в этом вечере.

Знаю, настроение у меня пессимистическое, но ничего не могу с этим поделать. По сути сейчас мы празднуем окончание важного этапа в нашей жизни. И если выпускаясь из школы, мы чётко представляли, что дальше нас ждёт обучение в университете, то сейчас — будущее представляется мне крайне туманным. Я не решила ещё, чем буду заниматься и куда пойду работать. Где буду жить? Ведь пора бы уже съезжать от родителей. Мамины блинчики по утрам — это, безусловно, прекрасно. Но неусыпный отцовский контроль сведёт меня когда-нибудь с ума.

Ведущий продолжает программу. На сцене несколько человек. Конкурс из копилки третьесортного тамады. Стулья расставлены кругом, их количество на один меньше, чем участников. Пока играет музыка, конкурсанты двигаются вокруг этого импровизированного «стоунхенджа». Как только песня замолкает — должны

быстро занять стул. Кто не успел — тот вышел.

Шепчу Иринке на ухо, что отлучусь в туалет. Цепляю сумочку, и на цыпочках продвигаясь в узком проходе вдоль стены, выхожу в коридор. Сразу же в кого-то врезаюсь.

Клатч падает, с громким звуком ударяясь фермуаром о кафельный пол.

Оторопев от неожиданности, замираю. Передо мной стоит Литвинов собственной персоной. Руки лежат на галстуке, как будто поправлял на ходу узел.

Молча опускаюсь и начинаю собирать рассыпавшиеся из клатча вещи: косметику, зеркальце, мобильный.

Слышу откуда-то сверху:

— Привет, Алёна.

Ничего не отвечая, тянусь за укатившейся чуть поодаль губной помадой. Он присаживается на один уровень со мной и настойчиво повторяет:

— Привет.

— Привет, — отвечаю, чтоб отстал. Это практически первый раз после того вечера в Карасях, когда мы с ним находимся наедине. Всего лишь десять месяцев пришлось подождать, подумаешь.

— Алён… — прикасается к моей руке. Отдёргиваю ладонь слишком резко, что не остаётся им незамеченным.

— Нам нужно поговорить, Алён, — продолжает гнуть свою линию.

— Не о чем нам говорить, — отрезаю. — Хорошего вечера, Лёш. И вообще всего хорошего.

Огибаю его по длинной дуге, чтобы лишний раз не касаться, и стремительно иду к туалету.

— Алён, подожди! — слышу вслед, но не оборачиваюсь.

В туалете кладу сумочку на кафельный постамент, упираюсь в него обеими руками, и опустив голову, дышу «по квадрату» несколько минут. Успокоившись, поднимаю взгляд и рассматриваю себя в отражении. Я сегодня выгляжу на десять из десяти. У меня выпускной. Я проведу этот вечер на полную катушку, и никакой Литвинов мне в этом не помешает. Встряхнувшись, поправляю макияж и уверенной походкой марширую в общий зал. Стараюсь не смотреть по сторонам, и в частности — на Лёшу, который по моим предположениям находится где-то рядом с вездесущей Ксенией.

Но реальность оказывается куда более суровой, так как по возвращении я обнаруживаю, что место Литвинова — аккурат рядом со мной. Вечер обещает быть нескучным.

Спойлер: жертв не избежать…

Ведущий объявляет очередной конкурс.

Расхаживая между столами, задаёт вопросы шуточного толка, но с подковыркой. Ответил верно — выходи на помост и бери с собой любого «друга», на свой выбор.

— Если синий камень бросить в Красное Море, что с ним станет? — очередная загадка.

Зотов тянет руку:

— Он намокнет! — ответив верно, вытягивает за собой на сцену, где уже собралась приличная толпа, слегка упирающуюся Ксюшу. Она весь вечер с Литвинова глаз не сводит, того и глядишь, скоро дырку в нём проделает!

— И-и-и! Последний вопрос! — тянет ведущий с такой интонацией, будто объявляет «сектор-приз». — Внимание! Какое слово начинается с трех букв «Г» и заканчивается тремя буквами «Я»?