Чтение онлайн

Ногти, видимо, покрытые чем-то, немного светились. И казалось, что она сейчас бросится на меня. Жестяные острые плечи, во всяком случае, выдвинулись.

– Достаточно, - сказал я.

Флавиан тут же звонко и как-то замысловато пощелкал пальцами. Точно высыпал короткую ксилофонную трель. И тогда Рита остановилась, распрямившись на стуле, а потом вдруг осела, как будто полностью выключенная.

Глаза ее потускнели.

Клочья огненного креста догорали в воздухе.

А ничуть не взволнованный Флавиан повернулся ко мне - с приветливой выразительностью.

– Вы можете побеседовать с ней, - любезно разрешил он.
– Не стесняйтесь,

поговорите, она ответит на все ваши вопросы.

Он медленно улыбнулся.

И однако, улыбка его застыла, потому что я спокойно положил ногу на ногу.

И в свою очередь медленно улыбнулся.

– А теперь послушайте меня, Флавиан. Вы подходите к этому делу не так, как надо. Некрасиво, да и бессмысленно прибегать к шантажу.

Это только ухудшит и без того тяжелую ситуацию. Что вы заложили в нее, какие программы? "Ненависть", "любовь" и, наверное, еще "подчинение". Вы напрасно это сделали, Флавиан. Вы не представляете все-таки, с чем конкретно столкнулись. Я заранее чувствую ваши оперативные разработки. Вы сначала продемонстрировали мне знаки Пришествия, Флавиан, и, наверное, будете теперь убеждать, что это - катастрофа для человечества. Что служу я не Богу, а Дьяволу, поддавшись на искушение, и что мой человеческий долг теперь сотрудничать с вами. Вы, конечно, особенно будете настаивать на сотрудничестве.

И, по-видимому, у вас самая благородная цель: Царство Божие на земле, сошествие благодати. А с другой стороны - давление, типичное для спецслужб. Слежка, шантаж, угрозы. Так, Флавиан?
– Флавиан, по-моему, намеревался что-то сказать, но я быстро поднял ладонь, остановив возражения.
– Так вот, начинать надо с себя, Флавиан. И учтите, я не предлагаю вам теологический диспут. Я не собираюсь с вами ничего обсуждать, а тем более торговаться по какому бы то ни было поводу. Я сейчас заберу эту женщину, и мы просто уйдем. Понимаете, мы уйдем, а вы не будете нам препятствовать. И тогда вы, быть может, останетесь живы. В противном случае - вряд ли...

Во мне все дрожало.

Флавиан, как будто в задумчивости, опустил глаза.

– Не советую, - очень тихо и вежливо сказал он.
– Вы еще не представляете всех наших возможностей. Мы ведь тоже не мальчики, у нас тысячелетняя практика.

Он как-то странно, точно младенец, причмокнул. Просияла огнем голубоватая капля на перстне. Тут же каменная плита за спиной его повернулась, и из ниши выскочили два человека в зеленых одеждах. Это были, наверное, специально подготовленные монахи: капюшоны, веревки, охватывающие тренированные тела. И у каждого на груди, точно кровь, алела звезда Соломона. Вероятно, как средство против дьявольского наваждения. Они оба сейчас же, пригнувшись, ринулись на меня, и зеленые рясы на спинах вздулись бычьими пузырями: - Й-й-й-е-го-о-о!.. А-а-а!..
– Но красивый прыжок их замедлился, точно в воде, и они поплыли по воздуху, колебля рукава облачения.

Будто рыбы в аквариуме.

– Как включается "подчинение"?
– сухо спросил я.

Флавиан не мог оторваться от страшноватых фигур, зависших над полом.

Губы его шевелились.

– Вам все равно не уйти - монастырь окружен, подтягиваются части спецназа...

Впрочем, поймав мой взгляд, он нацарапал что-то в открытом блокноте.

Слово было знакомое.

– Фата-моргана...
– негромко сказал я Рите.

И она немедленно вспрянула, вытянувшись по стойке "смирно".

– Да, господин учитель.

Глаза у нее были пустые.

– Пойдешь

со мной - не отставать, более ничьих приказов не слушать.

– Да, господин учитель.

Флавиан потряс головой.

– Зря вы это, - сказал он с гримасой откровенной досады.
– У вас все равно не получится. Очень жаль, могли бы договориться...

Кажется, он был искренен.

Мы поднялись на первый этаж и прошли сквозь паноптикум выдвигающихся навстречу охранников. Все они были в просторных зеленых одеждах и держали кто автомат, а кто - меч с коротким расширенным лезвием.

Непонятно, зачем им такие мечи понадобились. Нам они не мешали. Я лишь время от времени сторонился, чтоб не напороться на кончик. Рита тоже лавировала достаточно ловко. Она двигалась быстро, упруго и, кажется, без тени сомнения. Я сказал: - Не называй меня "господин учитель", просто Сергей.
– Слушаюсь, господин Сергей, - ответила Рита.
– И без "слушаюсь", и без "господина", пожалуйста, - Да, Сергей, я вас поняла... Удивительная безмятежность чувствовалась во всем ее облике. Я немного напрягся и как бы ее глазами увидел себя: ослепительный, властный великолепный хозяин, тот, кто обладает правом и миловать и казнить, и кому так легко и сладостно подчиняться. Вероятно, следовало ее тут оставить.

Она была безнадежна.

Я скомандовал, касаясь ее плеча:

– Быстрее!..

Снаружи уже стемнело. Летние крупные звезды горели над монастырем.

Выделялись на фоне их ровные крепостные стены. Двор был полон людьми, одетыми в комбинезоны. Заползал неизвестно откуда взявшийся транспортер, и, как пух одуванчиков, с него тихо соскальзывали солдаты.

Вероятно, спецназ, обещанный Флавианом.

Ерунда, я не боялся никакого спецназа. Две секретные службы соперничали из-за меня в Париже, и потуги обеих распались, как дряхлая паутина.

И здесь будет - то же.

Я абсолютно не волновался.

Но когда мы пересекли этот зачарованный двор и уже миновали ворота, распахнутые навстречу еще одному бронированному чудовищу, над громадой монастыря вдруг раздался тягучий медный удар, и хлестнули сквозь вечернюю тишину несколько выстрелов.

Рита сразу остановилась.

– Бежим!..
– крикнул я.

Флавиан, вероятно, не хвастал. Они действительно многому научились.

Я не знаю, как ему удалось разодрать пелену колдовства, но какая-то чугунная тяжесть обрушилась мне на спину. Шлепнул прямо в лицо мелкий гравий покрытия, резь железных когтей распространилась по легким.

Я едва смог вздохнуть, чтобы не погрузиться в беспамятство. А когда я кое-как приподнялся под грохот пальбы, то увидел, что Рита лежит, как будто обнимая дорогу, руки у нее раскинуты по комковатому грунту, а тряпичное тело расслаблено и безжизненно скомкано.

Рита была мертва. Я это сразу же понял. И, наверное, я что-то крикнул в эту минуту. Я, наверное, крикнул что-то отчаянное, не помню. Но я помню, что со всего размаха ударил кулаком по земле, и земля тут же треснула, как корочка теста. Черная зигзагообразная впадина устремилась к монастырю она слабо гудела внутри и на глазах расширялась, торопливо потек из нее едкий дым, и вдруг глыба строения как будто сложилась посередине. Купола со стуком ударились друг о друга, палец звонницы отчетливо заколебался. А затем монастырь провалился, точно его дернули снизу - донесся протяжный взрыв, огненное тусклое облако поднялось над местом провала, колыхнулась земля, и буран, перемешанный с пеплом, швырнул меня на обочину...