Дни мародёров
Шрифт:
Похоже никто не собирался вставать на его сторону. Даже его прежние друзья, близнецы, Алисы и Марлин, Крессвелл и Фенвик сидели на другом конце стола, в общем обсуждении участия не принимали, но все равно время от времени бросали на него осторожные взгляды.
— Не обращай внимания, — скривилась Лили, отпивая из чашки. — Никто в это не верит, просто так им веселее жить. Идиоты.
— По крайне мере они не пытаются проткнуть меня серебряной вилкой, — попытался отшутиться Ремус, но с этой минуты у него в горле застрял ком и он не смог больше проглотить ни кусочка.
Ситуация не изменилась и когда они вышли из зала. Люди в коридоре шарахались от него как от прокаженного или
— Весьма драматично! — громко заметил Джеймс, когда они подошли к своему классу. Ученики, до этой секунды весело гомонившие, притихли и все как один поджали плечи, глядя на Ремуса. Им явно было не по себе от его общества. Ремус даже услышал, как одна слизеринка набрала побольше воздуха, словно боялась заразиться ликантропией просто стоя с ним рядом.
— Ну что вылупились? — громко спросил Джеймс в наступившей тишине. — Автографы не даем, разойдитесь!
Ученики расступились.
— Что этот заразный тут делает? — громко протянул Мальсибер и Джеймс стремительно обернулся. — Такие как он должны учиться в... о чем это я? Оборотни вообще не имеют права учиться.
Силизеринцы заржали. Джеймс рванул было к нему, но тут дверь скрипнула и профессор Джекилл впустил класс в кабинет.
Сегодня занятия были сдвоенные — лекция и практикум по заклинаниям. Когда ученики вошли в класс (Джеймс оттолкнул Нотта с дороги и потянул Лили за собой, смерив возмутившихся слизеринцев недобрым взглядом), вместо тренировочной площадки их ждали парты, а на учителе, вместо диковинного наряда, темнела будничная рабочая мантия. К пятнистому галстуку-бабочке и полосатым штанам все уже давно привыкли и никто не считал их чем-то необычным, но вот в прошлый раз они занимались в руинах старинного средневекового замка и на профессоре было пышное кружевное жабо и меховая мантия. А когда они проходили заклинание Терра Витас, возводящее защитную стену из растений, и полтора часа искали друг друга в джунглях, Джекилл был одет в костюм любителя сафари и сидел с большим биноклем на толстой ветке баобаба.
— Успокаиваемся, — как всегда, немного робея, произнес он, глядя как ученики рассаживаются, достают учебники, перья и палочки. — Маккиннон, вы не сдали мне домашнюю работу во вторник, если вы не сдадите её сегодня, я оставлю вас после уроков, — он надел очки и развернул пергамент, отмечая отсутствующих. — Мистер Блэк, верните стул в нормальное положение, или я приколдую его к полу, — попросил он, не отрывая взгляд от бумаги. Сириус закатил глаза и с грохотом опустил стул на все четыре ножки. Ремус заметил, что он теперь стал сидеть за одной партой с Блэйк. Та как-то неуловимо изменилась — обычно её красота казалась ему ужасно холодной и отталкивающей, а теперь в её взгляде, движениях и мимике появилось что-то совершенно ей не свойственное, что-то...мягкое. И ещё она смотрела на Сириуса так, что Ремусу всерьез начинало казаться, будто слизеринскую королеву кто-то подменил. Во всяком случае, никогда прежде он не видел на её скучающем и надменном лице такого нелепого подобострастия. Сириус же его словно не замечал и держался с ней очень сухо.
— Рад снова видеть вас, Люпин, надеюсь, вы быстро втянитесь в работу!
Ремус удивленно обернулся и увидел, что профессор ласково улыбается ему. Это было более, чем странно, он ожидал совсем иного приема. Профессор Синистра, например, испуганно прижала к груди книжки, когда он поздоровался с ней в коридоре, а Слизнорт сделал вид, что ему жутко надо поговорить с Макгонагалл, когда Ремус обратился к нему с вопросом и убежал.
Хотя, вполне может быть, что Джекилл просто ещё ничего не знает, потому и улыбается ему.
—
Ремус взглянул на девушку. Ему до сих пор было трудно привыкнуть к ней, также, как в свое время было трудно привыкнуть к Люциусу. И брат, и сестра иногда казались ему пришельцами, или любыми другими, не вполне человеческими существами — эльфами, вейлами, кем угодно, только не людьми. Эти их неестественно белые волосы, бледная кожа, слегка отстраненный взгляд. А ещё все эти слухи о том, что в их семье принято жениться на своих же родственниках... всё это отдавало чем-то, одновременно пугающим и возбуждающим.
Люди всегда пялятся на таких как она, Сириус или Забини. Все ждут, что рано или поздно многовековое кровосмешение даст о себе знать, и они начнут безумствовать, зверствовать, или бросаться на людей. Хотя на самом деле они ведь не виноваты в том, что у их семей такие извращенные нравы. Сириус не виноват.
И Ремус, неожиданно для самого себя, испытал острую жалость к маленькой худощавой девочке, сидящей в одиночестве за последней партой. Эта Малфой, в отличие от высокомерного братца, не горела желанием совать свою чистокровную карточку в нос первому встречному. Да и выглядела довольно жалко — волосы собраны в растрепанный узел, одежда выглядит неухоженной и мятой, а плечи поджаты так, словно кто-то только что громко на неё крикнул. Видимо она почувствовала его взгляд, потому что вдруг резко обернулась и Ремус отчетливо увидел, что глаза у неё красные и опухшие. Он подумал было, не махнуть ли ей, но, встретившись с ним взглядом, Малфой вдруг странно побледнела и так же резко отвернулась. Словно испугалась чего-то.
Ремус ничего не понял.
— Ну что же... похоже сегодня отсутствующих нет, — Джекилл свернул пергамент. — И в честь такого экстраординарного случая я предлагаю написать контрольную работу!
По классу прокатился недовольный гул.
— Тихо-тихо! — профессор поднял ладони. — Вы все показали замечательные результаты при работе с Щитовыми чарами, я уверен, что с письменной работой вы справитесь на отлично! К тому же, я сократил количество вопросов, — он взмахнул палочкой и листочки с заданиями сами улеглись на парты. — На втором часу немного разомнемся, обещаю, а сейчас у вас есть сорок пять минут, так что приступайте, не будем тратить время зря.
Класс снова зашумел, на этот раз довольно — все знали, что под словом «разомнемся», Джекилл подразумевает то, что он опять превратит свой кабинет во что-нибудь интересное и снова устроит состязание.
Все торопливо зашуршали пергаментом и заскрипели перьями. Лили, сидящая с Джеймсом, уже торопливо писала ответ на первый вопрос, Сириус с показательно скучающим видом, неторопливо поскрипывал пером, свесив левую руку со спинки стула. Питер, севший с Ремусом, украдкой раскрыл под партой учебник, правда сразу же чуть было не уронил его на пол.
Ремус уставился в свой листок.
«Вопрос №1: Опишите случаи, в которых рекоменд. исп. Щитовых Чар, а не Боевых. Поясните, почему.
Вопрос №2: Напишите базовую формулу заклинания Протего...»
И правда, не так и страшно. Он взялся за перо.
Спустя двадцать минут сосредоточенного умственного поскрипывания, в окно постучалась школьная сова — Джекилл вызвали в учительскую. Тот приказал вести себя тихо и вышел, но едва за ним закрылась дверь, все мгновенно оживились, дружно зашуршали книгами, заговорили и начали взывать о помощи во все стороны.