Чтение онлайн

А потом, вновь наклонившись к тазу с водой, едва слышно прошептал:

— Вы, княжна, не подумайте, что ваш Жиль — старая развалина. Жизнь за вас отдам! А братец ваш...

Старик говорил так тихо, что Ари с трудом разобрала слова.

— В безопасности, — одними губами заверила она.

Камердинер удовлетворенно кивнул — выходит, даже этот простой человек не одобрял батюшкину затею практически продать сына королю Тарна. Жиль тем временем поднялся, подтирая с пола разлившуюся воду, погромыхал мисками и подносами, проверил, надежно ли заперты ставни и, пожелав "господину князю" добрых снов, удалился. И Ари опять

осталась одна.

Перина на чужой кровати казалась неудобной, подушки слишком мягкими — да и до удобств ли ей было! Она лежала под одеялом, не смея шелохнуться: на улице поднимался ветер, предвещая непогоду. Тополя поскрипывали гибкими ветками, где-то во дворах лаял пес. А снизу, с первого этажа, до нее доносились голоса — молодчики графа Таннена праздновали удачное завершение посольства и скорое возвращение на Север.

Едва рассвело, Жиль постучал в дверь — но Ари уже была готова. Слуга придирчиво оглядел ее с ног до головы, видимо, проверяя, не допустила ли княжна Хольм осечки в какой-нибудь досадной мелочи. И, кажется, остался доволен маскарадом. А снизу уже доносился зычный рык Рюдигера Таннена, сзывавшего своих людей.

Как только Ари оказалась верхом, она тут же очутилась в плотном кольце тарнийцев. Так вот о чем говорили соглядатаи Тэнима, уверяя, что молодого господина в посольстве охраняют едва ли не строже, чем в тюрьме. Ари поглубже надвинула на лоб капюшон плотного плаща: болезному "князю Хольму" не стоит высовываться и вступать в разговоры. Скорее бы добраться до пристани — ведь Тэним сказал, что он со своим отрядом подкараулит тарнийцев именно там.

Ворота распахнулись, конский топот гулко отдавался от брусчатой мостовой... Сколько Ари ни вслушивалась, она никак не могла понять, следуют ли за ними люди Тэнима. Птичий щебет да перебранка грузчиков, доносившаяся из порта, вспарывали тишину просыпающегося города. Возле въезда на пристань граф Таннен небрежно передал какие-то бумаги усатому гвардейцу. Тот тщательно изучил их, после чего равнодушно обронил: "Проезжайте".

А что, если с Тэнимом что-то случилось? Или с Басти? Вдруг кто-то посторонний увидел брата вчера вечером — и сейчас Басти уже в тюрьме? Или...

— Граф Таннен!

Тэним — высокий, стройный и опасный, как кинжал, — возник перед ними словно ниоткуда.

— Сдается мне, граф Таннен, вино на балу Его Величества было слишком крепким. Иначе каким образом вы ухитрились перепутать сестру с братом? Разлучить супругов — разве это угодно Господу?

И Ари, вне себя от счастья, сдёрнула с головы капюшон, позволив золотым волосам упасть на плечи, и громко выкрикнула:

— Я здесь, Тэним, я здесь!

Сейчас нельзя терять ни секунды — так учил ее Тэним. Главное — не дать тарнийцам опомниться. Внезапное появление лорд-маршала сделало свое дело: пока окружавшие ее солдаты удивленно крутили головами, Ари выскользнула из седла и бросилась к сложенным на пристани мешкам. Целая гора, отличное укрытие, лучшего и не придумаешь.

— Хвала Господу, леди Лингрэм, вы целы! — она никогда бы не подумала прежде, что грубоватый голос Альберта покажется ей слаще пения райских птиц. — Пригнитесь и не высовывайтесь. Дальше уж без вас разберемся.

Люди

Тэнима тем временем взяли отряд тарнийцев в кольцо. К тому же, как говорил ей Тэним, солдаты из портовой охраны в любой момент бросятся ему на помощь. А готовый к отплытию в Тарн крутобокий корабль был пришвартован в самом дальнем конце пристани. Графу Таннену оставалось только признать собственное поражение. А вот этого тарниец, сейчас больше напоминающий разъяренного быка, делать как раз и не собирался.

— Что, не доглядели за женой, Лингрэм? — Таннен резко обернулся, пытаясь отыскать виновницу собственного конфуза, и побагровел: он потерял свой последний козырь, однако не спешил трубить отступление. — Ах ты ж...

Замешкайся Ари хоть на миг — и этот головорез уже сжимал бы ее за горло, пытаясь выменять на Бастьена. Но недаром Тэним разработал свой план вплоть до мельчайшей детали: путь отступления для Ари — вот что являлось для него самым важным. И куча мешков с зерном оказалась здесь вовсе неспроста.

— Даже если бы Аредэйл Лингрэм и не покинула бы вас столь поспешно, — в голосе Тэнима явственно слышались столь знакомые насмешливые нотки, — вряд ли она могла бы составить партию принцессе Амалии. Убирайтесь домой, Таннен. И поспешите, пока ветер вам благоприятствует.

— Хольм... чертов предатель! — проскрежетал граф Рюдигер. — Что, спрятал свою крысиную мордочку в норе?

Он оглядывал окруживших его людей, все еще уверенный, что Бастьен где-то поблизости. Но Ари знала: Тэним настоял, чтобы Басти и носа не смел казать из особняка.

— Что, схоронился? Как и твоя сестрица? Ну, что ж... Раз отродье князя Хольма столь трусливо, что предпочитает прятаться... ты ответишь мне за это, Лингрэм! За обоих ответишь!

Он спешился и, переваливаясь, словно медведь, двинулся к Тэниму. Тот же продолжал стоять неподвижно, лишь ладонь легла на эфес шпаги. И в тот же миг раздался звон извлекаемых из ножен клинков: раз граф Таннен решил вступить в поединок, драки было не избежать.

— Сидите тихо, леди Лингрэм, — коротко приказал Альберт. — Пошел я. А вы — ни-ни.

Ари прижалась к серой пыльной ткани, наблюдая сквозь щели между небрежно сложенными мешками, как на пятачке пристани закипает бой. Когда они еще были дома, Тэним уверял ее, что не допустит смертоубийства — у Малессы не было войны с Тарном, и нападение на посланцев северного королевства в его планы не входило. Но и на абсурдное сопротивление Таннена он тоже не рассчитывал. А того, похоже, попросту захватила горячка боя. Или он опасался предстать перед своим королем, потеряв драгоценного "будущего зятя"? Или вино, выпитое накануне, все еще горячило его кровь? Зачем он ввязался в драку?

Ари зажмурилась, стараясь как следует помолиться за мужа, но слова молитвы отчего-то не шли на ум, и она только и повторяла: "Пожалуйста, Господи, пусть он останется жив! Пожалуйста!" И нет, она не такая трусиха, чтобы закрывать глаза и падать в обморок: она будет смотреть. Тэним крутился вокруг своего неповоротливого соперника, как умелый охотник перед большим неуклюжим зверем. Он уже несколько раз достал графа Таннена, но раны тарнийца уж точно не были смертельными. Скорее всего, лорд-маршал желал лишь ослабить того и вынудить отступить. Кто-то вскрикнул, падая на доски причала. Альберт работал своей саблей так, словно рубил капусту.