Чтение онлайн

Миша обеспокоенно всмотрелся… Ага, вот лошади, привязаны к раскидистому кусту.

Вот еще дымящийся костерок, а чуть дальше — повозка. Сразу за ней — какие-то люди… отсюда не поймешь, кто — злодеи или пленники?

Ладно…

Соскочив с валуна, Ратников вернулся за лошадью.

— Что, нарвал уже травы, дядя Миша?

— Травы? А, нет ее там. В другое местечко съезжу… А ты, Артем, как услышишь чего, сразу в кусты прячься. Лошадок я во-он на том лужку стреножу — пускай попасутся, травку свежую пожуют.

— Дядь Миш… а ты долго?

—

Как пойдет, Темка, как пойдет… Одежка-то как, высохла?

— Да почти уже.

— Как высохнет, сразу и одевай, да наготове будь — вдруг да срочно бежать придется.

— От кого бежать-то?

— Не от кого, а — куда.

— Ой, дядь Миша, неужто — домой скоро?

— Скоро, скоро… лежи. Я быстро.

Подумав, Ратников решил пробираться к юрте пешком — так оно выходило надежнее — и, стреножив лошадей на лугу, быстро зашагал вдоль моря. Не дойдя до становища шагов с полсотни, свернул к самшитовым зарослям, пусть и колючи, зато от чужих взглядом скрывают надежно.

Пополз, подобрался почти к самой юрте — слава богу, собак не было. Одни люди… Пятерых связанных пленников — подростков — стерег какой-то кривоногий черт в распахнутом малахае и мохнатой лисьей шапке. Черт сидел на корточках у костерка и что-то жарил, время от времени косясь на пленных и поигрывая сабелькой.

Юрта, кстати, находилась от него шагах в двадцати, у самого моря — иные особо наглые волны дотягивались до войлочных стен. Очень неудобно поставили, очень… Могли бы чуть выше — там и удобней, и суше… Могли бы. Но не поставили. А это значит… Значит — злодеям именно это место и нужно: в будущее уйти! Прямо отсюда. Та-ак…

Интересно, есть ли кто в юрте? Хорошо бы проверить…

Кривоногий страж бдительно охранял пленников, юрту же никто не стерег. Да и зачем — не унесут же ее? Ага… Вот стражник поднялся на ноги, лениво потянулся… и гулко закашлялся. Простудился, что ли? В таком-то малахае?

Подыскав подходящий камень, Ратников подкрался ближе, замахнулся… и замер! На веревочке, протянутой от юрты к росшим совсем рядом густым кустам жимолости, среди всего прочего добра сушились на солнышке… розовые женские трусики!

У Миши отпали последние сомнения, еще таившиеся где-то в глубине подсознания.

Подбросив на ладони камешек, молодой человек снова примерился… В этот момент полог юрты резко откинулся и на улице показались двое — Окунь Рыбаков и Алия… ну, кто же еще-то?

Над чем-то смеясь, они подошли к лошадям, отвязали.

— Эй, парень! — почему-то по-русски крикнула Алия стражнику. — Мы сейчас отъедем, присмотри за очагом в юрте.

Посмотрев на девушку, Окунь усмехнулся и повторил то же самое по-тюркски, после чего оба уселись в седла и неспешно поехали в степь.

Пора — решил для себя Ратников и, выбросив камень, рванул к юрте… Затаился, выбрал удобный момент… и вмиг оказался внутри кочевого жилища.

Под ногами мягко стелились кощмы, в обложенном круглым булыжником очаге теплились красные угли.

Верхняя кошма юрты был откинута, и сверху валился столбом пыльный луч света.

Молодой человек усмехнулся: ну, прямо-таки все для удобства поиска! Теперь еще отыскать бы то, зачем явился. И где же людокрады могли спрятать браслеты? Да нигде! Зачем им вообще их прятать? Просто положили… вон, хоть в тот же сундук, куда же еще-то? Упав на колени, Ратников распахнул крышку… Жемчуг, золото… серебряное монисто… все не то, не то… А вот, кажется…

Что-то промелькнуло позади… какая-то смутная тень…

— Доллары ищете? — разорвал тишину язвительный женский голос. — Или, может быть, вам больше по душе евро?

Михаил дернулся было, но тут же застыл — грохнул по ушам выстрел, и пуля раскинула угли по сторонам.

Пистолет! У медсестрички был пистолет. Что ж… можно было предвидеть.

— Кинжал из-за пояса вынь… медленно, медленно… положи… теперь подними руки… Вяжите его, парни!

Ратников и предпринять ничего не успел — что уж тут предпримешь, не Рэмбо! — как руки его, заломив, туго связали арканом.

— Усадите его к очагу, — убрав пистолет, приказала Алия воинам… и откуда они тут только взялись-то? Ведь не было же никого! А вот теперь — с полдюжины! Дюжие, вооруженные саблями и кинжалами, парни. И это, не считая новгородца Окуня и кривоногого стража. Ах, вот зачем он кашлял — знак подавал! Что же, получается… а так и получается — здесь просто ловушка! А он, Ратников — дурачок. Ишь ты, прибежал, кинулся.

— Оставьте нас! — усевшись напротив, отрывисто бросила медсестра. — Господин Рыбаков, возьмите людей и тщательно осмотрите окрестности. Мальчишку… отрока привезете сюда. Живым!

— Сполним все, боярыня, — с усмешкой скосив глаза на пленника, низко поклонился Окунь.

— Ишь ты — боярыня! — мотнув головой, Ратников презрительно хмыкнул. — Ну, а я тогда — князь!

— Тогда уж — нойон, так вернее будет… Умника-то из себя не строй, Миша! — Алия расхохоталась и, вытащив из-за висевшего на поясе кошеля портсигар, с видимым наслаждением закурила.

— А ведь собиралась уже его выбросить… — выпустив дым, медсестра хищно улыбнулась. — Точнее сказать — подбросить… Чтоб ты все шел, шел… чтоб не сбился. Ну, что ты так сморишь? Да, денежки в караван-сарае я специально для тебя оставила, и пудреницу у ручья уронила, и кулон… Наверное, рад был, когда нашел? Ну и тут… чтоб уж точно тебя направить… портсигар пожалела, пришлось бельишком пожертвовать. Вот только ругаться не надо, ладно?

— Хорошо, — пленник угрюмо кивнул. — Что ты хочешь-то?

Женщина неожиданно расхохоталась:

— Да ничего! Вот, поверь мне — ни-че-го. Ничего мне от тебя не надо…

— Так, тогда…

— Но и в живых вас оставлять — причин нету. Знаешь, на всякий случай… больно уж ты пронырливый да прыткий.

— Убьешь? А Тему-то зачем?

— За компанию, — Алия улыбнулась. — Но вообще-то, может быть, вы еще долго проживете… не здесь.