Дикарь
Шрифт:
Я опираюсь ладонями о ковер, и у меня возникает непреодолимое желание оттолкнуться от ковра и сказать ему, чтобы он прекратил, что это все не так, не то, это не мы… Внезапно, Зак вскрикивает: «бл*дь», и резко отшатывается от моего тела.
Я быстро приподнимаюсь и смотрю на него через плечо. Зак сидит на полу, руки расположены на бедрах.
Его глаза, словно кристаллы льда, он совершенно потерян в своих мыслях, грудь тяжело вздымается и опадает в попытке захватить больше воздуха.
— Прости, — бормочет он голосом, переполненным отвращения к самому себе.
Я
— Прости, прости, — повторяет он тихим голосом и отводит от меня взгляд. — Мне не следовало делать этого.
Я поворачиваюсь и двигаюсь к нему. Я останавливаюсь между его ног и поднимаюсь на колени, затем я ласково беру его лицо в свои ладони. Прижимаюсь к нему губами и целую его щеку, затем лоб, потом глаза.
— Все хорошо, все хорошо, — пытаюсь заверить я его.
Когда я отстраняюсь от него, он смотрит на меня неуверенно. Тихим еле слышным голосом он говорит:
— Я больше не знаю, кто я.
Мое сердце сжимается от боли за этого мужчину, потому что он в эту минуту такой потерянный. Я разворачиваюсь и присаживаюсь к нему на колени, обнимаю его и прижимаюсь к основанию шеи. Я хочу его успокоить, подарить ему уют и любовь. Мне становится легче, когда он оборачивает руки вокруг моей талии и крепко обнимает меня.
— Ты — Закариас Истон, — говорю я ему успокаивающим голосом, но в тоже время уверенно и четко. — Ты мальчик, который был лишён своего дома. Ты мужчина, которого лишили жизни по его правилам. И оба этих человека и есть ты. Но, пожалуйста, не забывай, мой любимый, что у тебя в данный момент есть возможность быть тем, кем ты хочешь. Это всегда будет в твоей власти.
Я чувствую, как он вдыхает всей грудью, затем легко выдыхает. Его эрекция опаляет мою кожу, я так хочу, чтобы он оказался во мне снова. Немного склоняя голову, я оставляю легкий поцелуй на его шее. Он вздрагивает всем телом и прижимает меня к себе еще крепче. Затем я легко провожу языком по его коже, приникаю губами и посасываю, и слегка покусываю кожу на шее.
Низкий рык вырывается из его горла. Он подхватывает меня на руки и легко поднимается на ноги. Укладывает меня в центр кровати.
Я наблюдаю за тем, как он раздевается, его мышцы перекатываются от каждого движения. Все это время он не сводит с меня взгляд, обжигая меня своим желание. Когда он забирается на кровать, чтобы устроиться между моих ног, моя кровь взрывается, словно огненная лава.
Его тело просто идеально, когда он отклоняется на корточках, его член полностью возбужден и дерзко смотрит вверх. Его голубые глаза любовно осматривают меня, а мне в этот момент хочется просто провести руками вдоль его тела.
Зак легко раздвигает мои ноги в стороны, вставая между ними. Он ласково проводит руками по моим ногам, бедрам, плавно обводит изгиб талии, поднимаясь выше, захватывает ладонями мои груди и нежно их сжимает, перекатывает соски между пальцами. Тихий стон срывается с моих губ. Зак улыбается в ответ.
Накрыв меня своим телом, он берет мое лицо в ладони и приближается своими губами к моим
Когда Зак разрывает наш поцелуй, он просто смотрит на меня, затем располагает руки с двух сторон от моего лица, упираясь ими в матрас, и говорит низким голосом:
— Я думаю, только что я понял кое-что очень важное для себя.
— И что же ты понял? Я тянусь и обхватываю его мускулистые руки.
— Раньше, когда я трахал женщин, у меня не было совершенно никаких эмоций, это все было механически, они давали, я принимал и удовлетворял свою похоть.
— А что же изменилось сейчас?
— Все стало по-другому с тобой. Я пытался все это время отгородиться от тебя, удержать свою власть и контроль, но я не могу. Каждый раз, когда я прикасаюсь к тебе, просто чтобы что-то спросить или приласкать тебя, я чувствую твой взгляд, и я не могу… я не могу тебе сопротивляться. Ты забираешь всего меня. Даже пару минут назад, когда я пытался вернуть себе состояние покоя, состояние абсолютной власти, пытаясь взять тебя, как до этого брал многих женщин. Без эмоций, без чувств. Но я не могу так с тобой. Только не с тобой…
— Зак, все хорошо. Ты контролируешь абсолютно все, и меня тоже. — Я пытаюсь заверить, что все хорошо, поднимая руки, чтобы прикоснуться к нему и погладить его лицо.
— Нет, с тобой нет! — бормочет он. — Не совсем, я не могу постоянно контролировать себя. Когда ты рядом я... не могу быть отстраненным, все мои мысли о тебе.
— Зак... Я совершенно не против подчиняться твоим приказам, твоим желаниям, когда все, что происходит между нами, так интимно. Ты можешь ставить меня на колени, можешь приказывать мне, но когда в этом замешаны чувства. Пообещай мне больше никогда не сдерживать свои чувства от меня. Мне необходимо это.
Его глаза становятся нежнее, он ласково мне улыбается, когда согласно кивает.
— Я думаю, это возможно. — Зак накрывает одну грудь рукой и перекатывает, пощипывая сосок. — Но запомни, если даже у нас заходит разговор о чувствах, это не значит, что я не могу оттрахать тебя настолько жестко, что ты запомнишь это на долгое время. Ты будешь служить моему члену, будешь его рабыней. Твоя киска будет изнывать от того, что я буду ее брать раз за разом, снова и снова, твоя грудь и соски будут болеть от моих покусываний, но запомни одно, даже когда твое тело будет изнывать от усталости и пресыщенности ласками, ты будешь меня умолять сделать с тобою это еще.