Дезертир
Шрифт:
Все оказалось гораздо сложнее, чем думал Невзоров. Его заинтересовало загадочное исчезновение Шилова. Невзоров представил себе ночное ЧП со всеми возможными подробностями, и теперь, когда готовился к следствию, дело Ершова "О превышении власти при исполнении служебных обязанностей" переросло вдело Ершова — Шилова, вернее — одного Шилова, потому что дело Ершова само по себе яснее ясного и не нуждается в предварительном следствии.
Время, отпущенное прокурором, чтобы прописать Ершову штрафную роту, не прошло даром и в корне изменило представление Невзорова о ночном ЧП. Невзоров не верил, что Шилов утонул,
На этот счет у молодого следователя — две возможности. Одна — поднять со дна реки труп рыбака. Любое повреждение на теле покойного — неопровержимое доказательство, что старик убит, а Шилов дезертировал. Но как только невод вторгался в речное царство, ничего, кроме несортовой рыбешки да старых топляков, не отягощало мотни, как будто дед Евсей, минуя чистилище, спустился в рай, который, по расчетам рыбаков, находится именно там, под градом Устюгом Великим. Вторая возможность — эксперимент с местом причаливания лодки. За неимением в городе специалистов по инженерно-транспортной экспертизе, Невзоров взял на себя этот несложный опыт, чтобы установить, в каком месте лодка стала неуправляемой — на фарватере или у берега, если прибило к стапелям. Правильная постановка опыта дала бы следствию показания не в пользу Шилова и явилась бы основанием для прокурора завести новое дело, о котором хлопочет Невзоров.
Подшив рапорт Ершова и поставив номер страницы, старший лейтенант убрал со стола бумаги, закрыл папку, положил в сейф и вышел на улицу.
Утро было солнечное. Обжигающий ветерок поднимал в воздух тополиный пух, который, как новогодние снежинки, кружился над городом, засыпая мостовые, тротуары, одежду людей, вызывая неприятное ощущение у прохожих. Начиналась томительная жара, заставлявшая горожанина заглядывать в тенистые скверы, покрытые тем же отпугивающим пухом.
Невзоров пустился через весь город к судостроительному заводу, чтобы провести задуманный опыт с местом причаливания лодки.
В проходной его остановила Авдотья Никандровна:
— Вам кого, товарищ старший лейтенант?
Невзоров показал удостоверение и попросил вызвать к
проходной ученика токаря Сергея Меньшенина, к которому у него дело.
— А может, не стоит его от работы отрывать? — спросила вахтерша. — Если вы насчет убийства рыбака Евсея, то я могу Сережу заменить.
— Как вы сказали? Убийства? — переспросил Невзоров.
— Я не ослышался?
— Нет, у вас слух хороший.
— Простите. Ваше имя-отчество?
Вахтерша назвала. Старший лейтенант с ее разрешения зашел в проходную. Сведения о его подследственных, которыми располагала посторонняя женщина, не могли быть случайными. "Если Авдотья Никандровна утверждает, что дед Евсей убит, — подумал Невзоров, — значит, имеет на это какое-то основание".
— Скажите, Авдотья Никандровна, — сгорая от нетерпения, спросил старший лейтенант, — кто, по-вашему, убил рыбака Евсея?
Вахтерша замялась и ответила
— Разве вы не видели пилотки?
— Видел, конечно, — проговорил Невзоров, поняв, что не о том спрашивает
— Там есть фамилия убийцы, — продолжала вахтерша.
— Ваш лейтенант Смирнов показывал Сереже. Я тоже видела… Шилов… Он и убил…
Невзоров почувствовал неловкость перед пожилой женщиной:
— Извините, Авдотья Никандровна. Ваше мнение полностью совпадает с моим, но меня интересует другое. Как вы пришли к такому выводу?
— Душегубка деда Евсея помогла…
— В каком смысле?
— Пристала к стапелям. Значит, перевернута с плотов.
— Совершенно верно! — с чувством произнес старший лейтенант и тут же выставил на суд вахтерши намерение проделать этот опыт при понятых и результаты занести в протокол.
— Поздно, — разочаровала его Авдотья Никандровна.
— Почему поздно?
— Вода упала. Лодка застрянет у пристани…
— Да… Вы правы, — с сожалением признал Невзоров.
— Время действительно упущено. Я, знаете, не подумал об этом.
Возможность добыть обвинительное доказательство опытным путем внезапно оборвалась. Осталась одна, менее вероятная — поднять деда Евсея со дна реки. Обеспокоенный неудачным началом следствия Невзоров в растерянности взглянул на вахтершу, как будто просил у нее совета, как ему быть.
— А как с Меньшениным — вызывать? — спросила Авдотья Никандровна, снимая трубку телефона.
— Теперь уж нет смысла, — ответил Невзоров и стал прощаться, благодаря вахтершу за откровенный разговор.
— Наведаюсь в другой раз.
— А вы, товарищ старший лейтенант, не падайте духом,
— еще раз обратила на себя внимание следователя словоохотливая Авдотья. — Мы с Сережей в тот же день спускали лодку на воду с плотов и можем подписаться.
— Ну и как? — заинтересовался Невзоров. — Где лодка пристала?
— Там же. Малость подальше от берега. Вода после дождя прибыла.
— Спасибо, но ваш опыт не имеет юридической силы.
— Это почему же не имеет? — возмутилась вахтерша.
— Хорошая вы женщина, Авдотья Никандровна, — сказал Невзоров уже с предзаводской площадки, — но, к сожалению, трибунал проверяет данные органов дознания и следствия. А ваш опыт может быть учтен как свидетельское показание — не больше.
Авдотья пожала плечами. "Умный человек, — подумала она, провожая длительным взглядом странного следователя,
— да шибко неловкой в догадке".
Возвращаясь с завода, старший лейтенант, несмотря на провал затеи с лодкой, не считал, что шансы на изыскание материалов для возбуждения уголовного дела против Шилова равны нулю. Беседа с вахтершей укрепила в нем слабую надежду на успех. Невзоров верил еще в счастливую случайность, что невод поднимет со дна реки деда Евсея, который, несомненно, даст следствию право беспрепятственного поиска Шилова на его родине.
С этой мыслью Невзоров появился на пороге кабинета военного прокурора. Увидев "новенького", как сослуживцы успели уже окрестить Невзорова, прокурор, напоминавший своим телосложением штангиста тяжелого веса, указал ему на стул и не замедлил спросить о состоянии поисковой работы по материалам дознания, поступившим от полковника Александрова пять дней тому назад.