Чтение онлайн

Смех оборвался. Руки Тамары упали на колени, как мертвые птицы. Плечи расслабились, рот медленно закрылся. Глаза закрылись тоже, а когда Тамара снова открыла их, они были обычные, как всегда.

Нина подумала, все закончилось, обрадовалась (если в такой ситуации можно радоваться хоть чему-то). Она хотела спросить Тамару, как та себя чувствует, но пожилая женщина повернулась к ней и произнесла:

– Они здесь. Они в нас.

– Кто? – спросила Нина.

– Вы поймете. Скоро.

Тамара

перевела взгляд на Эдварда.

– Мальчик всю жизнь слышал голоса – сотни, хор голосов. Наш зов он услышал тоже. Спустя столетия. Джинн в бутылке. Мы ждали, когда кто-то придет. Кто-то выпустит.

Нина не понимала, кто перед ней. Тамара говорила странно. Она в трансе, и через нее с ними общается некий дух?

– Все дело в шкатулке? – спросил Александр.

Тамара раздвинула губы в ухмылке.

– Какая разница, как все началось? Главное, как закончится. Никому не выбраться. Вы в том месте, которого нет. Вы люди, которых нет!

– Заткни поганую пасть! – закричал Адам.

– Что это значит? – одновременно с ним спросил Александр.

– Когда день сольется с ночью, все закончится. Недолго осталось, – сказала Тамара или тот, кто говорил за нее. – Девятый день. Девятый.

– Мы проведем здесь девять дней?

Нина не узнала свой голос. Тонкий, хрупкий, он звучал, как голос перепуганного ребенка.

– На девятый день душа узнаёт, что такое ад. Ваши священнослужители, ряженые в пышных одеждах, думают, это время очищения, но они ошибаются! Это время перерождения! Начнется новый отсчет, наступит новое время, решится ваша участь.

– Почему девятый? Потому что нас было девять? – спросил Александр.

Тамара вперила в него острый, как клинок, взгляд.

– Девять – число новой жизни. Девять месяцев развивается человек в утробе. Девять – символ торжества духа над материей. – Она помолчала немного. – Девять двойных горных вершин – врата в Царство мертвых. Я многое могу сказать такого, что убогий человеческий ум постичь не сможет. Но это лишнее. Единственное, что следует знать… – Тамара обвела присутствующих взглядом, задержавшись на каждом. – Единственное, что вам следует знать, – кто спасется.

Она поманила их к себе пальчиком в карикатурном жесте, и люди послушно придвинулись к ней.

– Кто спасется? А? Никто!

Тамара выкрикнула эту фразу и воздела руки к стремительно темнеющему небу.

– Никто! – продолжала она вопить, тряся головой.

А после поднялась – легко, одним движением, как спортсменка-гимнастка. Ожидать такого от немолодой женщины было невозможно. Прежде Нина неоднократно видела, с каким трудом, кряхтя, Тамара поднималась с земли.

Выпрямившись, Тамара с силой откинула голову назад. Нине показалось, она сделала это не сама: невидимая рука схватила ее за волосы и резко, с невероятной

силой дернула.

Раздался треск, словно сломалась сухая ветка под чьей-то ногой. Нина подумала, что уже слышала этот жуткий сухой хруст, когда повесился Марк. Мысль была почти спокойной, однако за мнимым спокойствием завывал лютый хаос.

Крик Тамары оборвался, точно кто-то щелкнул ножницами, отрезая его, и мертвое тело мешком повалилось наземь.

Вслед за Тамарой упала и Нина.

Когда пришла в себя, обнаружила, что лежит на земле; под головой – свернутые валиком вещи. Не иначе Александр устроил Нину поудобнее.

День сбежал, уступив место ночи. Черное небо – пасть демона, разверзшаяся над ними.

«Кто спасется? Никто!» – звучало в голове, и Нина поняла, что верит этому пророчеству.

Слезинка выкатилась из угла глаза, побежала по щеке. Одна-единственная, на большее, наверное, в организме не хватало влаги.

Огонь горел слабо, вяло. Порубленная на дрова мебель кончилась, за ветками и палками в лес никто не ходил. Так что костер скоро умрет.

«Как и все мы».

Нина видела лица: София, Эдвард, Адам. Александр.

«Почему мы не встретились раньше? – подумала Нина и осадила себя: – Раньше такой мужчина на тебя и вполглаза не глянул бы. Потрепанная, ничем не примечательная тетка чуть не на десяток лет старше».

Нина апатично укорила себя: что за мысли, о чем она думает, тогда как…

– Тамара, – прошептала Нина. – Где Тамара?

Александр, который сидел, задумавшись о чем-то, повернулся к ней.

– Ее больше нет. – Он погладил молодую женщину по волосам. – Поспи, прошу тебя. Отдохни. Ты ничего не можешь сделать.

Она сухо всхлипнула.

– Тише, тише, – сказал Александр.

– Тамара присоединилась к остальным, – мрачно проговорил Адам. – Да, дорогая Нина, не волнуйся, беспокоиться не о чем. Никому из нас не о чем переживать понапрасну, все равно это бесполезно. Скоро все окажемся там. Уляжемся рядком.

– Неужели обязательно быть бесчувственной скотиной? – спросил Александр.

Но даже на перебранку их уже не хватило. Адам промолчал.

Нина прикрыла глаза.

«Нам осталось всего три дня», – подумала она.

Провалилась в сон, как в яму, но среди ночи проснулась. Было уютно, тепло, Нина чувствовала теплое дыхание на своей шее. Это было непривычное чувство – просыпаться рядом с кем-то, не одной. Мужская рука обнимала ее, чье-то тело прижималось к ее телу.

В первый миг сознание проявило милосердие, Нина не сразу вспомнила, где она, но неведение было недолгим. Она приоткрыла глаза. Костер прогорел, небо на востоке светлело. Остальные несчастные спали, мертвый дом торчал на краю поляны, как надгробный памятник.