Девушки в бегах
Шрифт:
— Ты тоже волнуешься?
— Подожди-ка минутку! — неожиданно вскрикнула Элайн. — Грег ведь пока еще не вернулся. А если все, что нам рассказал Филипп, — правда, тогда Грег, должно быть, поехал в Марбелью вслед за Кэти. Вдруг он уже нашел ее и Чарльза и в этот самый миг они находятся под арестом. Конечно, все это ужасно, но по крайней мере Кэти сможет сделать заявление и доказать свою невиновность…
— Вздор, Элайн. Кэти оказалась у Маркуса в четыре утра, то есть несколько часов спустя после того, как они уехали отсюда. Тернер мог арестовать ее гораздо раньше, и мы услышали
— Хм, он же судья, а не я. Я просто глупая девушка, забеременевшая в результате курортного романа, и… — Внезапно Элайн прикрыла рот рукой. — Господи, Лиза, это же я во всем виновата! Не уговори я вас поехать сюда со мной, ничего не случилось бы.
— Элайн, не смей себя винить, — сказала Лиза, устало похлопав Элайн по колену. — Все это могло произойти и в Англии.
— Да, наверное, — пробормотала подруга, тут же успокоившись. — Но остальное не случилось бы, — добавила она со странным блеском в глазах. — Вы с моим братом не полюбили бы друг друга, и Кэти с Грегом не встретились бы, а когда я объясню Маркусу все про свинку, то мы опять будем вместе.
— Боже мой, Элайн! — утомленно промолвила Лиза, поднимаясь с кровати. — Ты уже успела выпить с утра?
— О, я больше никогда не притронусь к спиртному, только выпью шампанского на своей свадьбе, и на твоей тоже, и на свадьбе Кэти.
Прислонившись к кровати, Лиза пристально посмотрела на Элайн.
— Знаешь, Элайн, мне казалось, ты становишься умнее, но сейчас ты рассуждаешь совсем как я когда-то, будучи глупой идеалисткой, что смотрит на мир сквозь розовые очки. Разве ты не понимаешь, что теперь все будет по-другому?
— Нет, — твердо заявила Элайн. — Видишь ли, я верю в лучшее. За последнее время моя вера несколько пошатнулась, но я все еще не потеряла ее. — Она кивнула в сторону детской кроватки, где спала ее дочка. — Софи дает мне силы и веру. Поэтому не надо говорить о том, что все будет по-другому. Ты сама только что произнесла одно короткое слово, которое лишний раз убедило меня в том, что надо настраиваться на хорошее.
— Неужели? И что же это за слово? — спросила Лиза.
— «Еще».
— Не поняла.
— Ты сказала, что еще не спала с моим братом, а это означает, что ты не перестала надеяться, — торжествующе изрекла Элайн. — Такой вывод сделал бы Фрейд, но я никогда его не читала, — добавила она, потом закрыла глаза и моментально уснула.
Лиза покачала головой от изумления. Элайн или быстро всему учится, или же не такая глупая, какой кажется. Истинные гении часто бывают именно такими. Взять, к примеру, Маркуса. Он прекрасно соображает во всем, что касается бизнеса, но полный ноль в области инфекционных болезней.
Лиза отправилась прямиком в свою кровать — ей тоже хотелось спать. Она и сама немного воспрянула духом. Кэти обязательно вернется. Что касается Филиппа, Грега и Маркуса, то всех их не мешало бы хорошенько встряхнуть, чтобы они образумились.
Кэти
Кэти рассказала Маркусу о телефонном звонке Элайн. Он пришел в восторг, что любимая первой сделала шаг к примирению, но тут же расстроился, узнав, что она приревновала к нему подругу.
Однако все это было цветочками по сравнению с тем, с чем придется столкнуться Кэти на вилле. Поскольку ее не было всю ночь, Грег наверняка совершил еще один подлый поступок — объявил всем, что она преступница, а сам он — следователь отдела по борьбе с экономическими преступлениями, выслеживающий ее, чтобы арестовать.
Первым им навстречу из дома выбежит Грег, вне всяких сомнений. В одной руке он будет сжимать наручники, а в другой — удостоверение личности и ордер на ее арест, предписывающий депортировать ее из Испании и держать в тюрьме вплоть до судебного разбирательства.
Никто, ни одна душа не вышла поприветствовать Кэти, когда она подъехала к вилле. Даже шум работающих двигателей двух мощных машин никого не встревожил. Кэти с беспокойством посмотрела на будильник на приборной доске — ее наручные часы сломались после прыжка в бассейн, — был уже полдень. Кто-то же должен находиться на вилле?! Она вылезла из «мерседеса».
— На западном фронте без перемен, — пробормотала Кэти Маркусу, когда он вышел из машины, и внезапно кинулась к нему в объятия, хотя он дрожал так же сильно, как и она сама. — Мне страшно, Маркус. Я считала себя храброй, но это не так. Что со мной будет?
— Успокойся, Кэти. Ты невиновна. Твои друзья здесь и поддержат тебя, не сомневайся, — заверял Кэти Маркус, крепко обнимая ее.
— О Господи, вы все никак не оторветесь друг от друга! Я думал, что ночь безудержной страсти утомит вас обоих.
Кэти и Маркус отскочили друг от друга и обернулись. К ним решительным шагом направлялся Филипп, весь какой-то неопрятный в своих помятых шортах и футболке, но такой же сердитый и напыщенный, как обычно.
А Кэти словно только и ждала этого — его обвинений, его проклятой надменности, его узколобости. Удивительно, но она почувствовала прилив сил.
— Что ты знаешь о страсти, Филипп? Для этого нужно иметь хотя бы сердце, а ты появился на свет без него. Как ты уже догадался, это Маркус. Маркус, а это твой будущий шурин — Филипп, хотя я бы такого не пожелала даже врагу. Наверное, будет уместнее принести тебе мои соболезнования, чем поздравления!