Чтение онлайн

– Да, Джимми, – согласился Марти. – Сейчас все так делают.

– Но я же первый начал! Ты-то знаешь!

– Ты все еще первый, Джимми, – утешил Марти, похлопывая его по спине. – Ты и сегодня разорвал всех в клочья. Это было прекрасно. Слышишь меня? Пре-крас-но.

Джимми откинулся на стуле и смерил Марти взглядом:

– Врешь ты все. Мне нужно что-то. что-то. – Лоррелл с улыбкой прошествовала к барной стойке, где тут же принялась кокетничать с одним из саксофонистов. – Что-то такое! – Джимми показал на Лоррелл. – Господи!

– Тебе нужно новое звучание! – с серьезным видом сказал Кертис. Джимми так пялился на Лоррелл, что даже не заметил,

как подошли Кертис и СиСи.

Но Джимми тут же парировал, и в его голосе послышалась легкая брезгливость:

– Нет, дружочек, мне нужен новый «кадиллак», у того, что ты мне втюхал, масло течет.

Марти хохотнул, а потом они с Джимми вернулись к своему разговору, сделав вид, что Кертиса и СиСи просто нет.

СиСи слегка приуныл, но решимости все же не растерял, а Кертис тем временем продолжил:

– Джимми, ты ведь помнишь брата Эффи СиСи? Очень талантливый молодой композитор.

– Ага. – Джимми взглянул на СиСи и щелкнул пальцами. – Это же ты написал ту песенку девчонкам. Как же там… «Уходи из жизни моей…» Ты, да?

СиСи снова расправил плечи.

– Да, причем без посторонней помощи, – с гордостью сказал он.

– И что ты думаешь об этой песне, Марти? – спросил Джимми, не сводя глаз с СиСи.

– Ну, мне кажется, она немного.

– Нудновата?

– Ага. Даже не немного, а очень, дружок. – Марти отхлебнул виски.

Глаза СиСи превратились в узкие щелки.

– Я вам не дружок, мистер, – сказал он и пошел прочь.

– Ты уж прости, но в твоей песне недостаточно души, нашей души, негритянской, ты понимаешь, о чем я, малыш? Я Джимми, мне нужна душа! – крикнул Джимми, ни к кому в особенности не обращаясь, когда саксофонист на сцене исполнил импровизацию стаккато. – Да! – снова крикнул Джимми. – Давайте исполнять соул! Соул и есть музыка души!

Кертис скользнул за стол и уселся рядом.

– Ну конечно, и соул, и госпел, [4] а еще ритм-н-блюз, джаз, блюз и все остальное, что заимствуют у нас белые, – поддакнул он.

Теми же словами он пару дней назад прочел лекцию СиСи после того, как они ночь напролет писали вместе песни. Кертис и СиСи вообще часто засиживались по ночам, сочиняя музыку на стареньком пианино, купленном в местном университете, пожелавшем избавиться от старого музыкального инвентаря. Кертис заплатил за пианино из своего агентского вознаграждения и тут же поставил его в тесном пыльном гараже, взяв с СиСи обещание, что тот вернет деньги за инструмент сторицей, написав несколько хитов для «Дримфеток». Перед этим СиСи несколько недель уговаривал менеджера сестры внести его в список в качестве композитора. Кертису нравились в этом пареньке две черты – энергия и чистота. Ему пришлось выдать всего лишь пару предложений, чтобы убедить СиСи сесть и на одном дыхании сочинить больше десятка оригинальных мелодий за те три недели, что прошли после доставки инструмента. Кертис все это время внимательно слушал, кое-где подправлял ноты, удлинял проигрыши, чтобы получился новый хит: с ним Джимми, которого он отчаянно хотел включить в свой список молодых дарований, взлетел бы на вершины чартов. СиСи впитывал каждое слово, уважая Кертиса не только за деловую хватку, но и за неподдельную любовь к музыке, а еще за то, что тот

открыл ему глаза – СиСи захотелось быть чем-то больше, чем второсортным композитором ритм-н-блюза. СиСи жаждал стать частью команды Кертиса, поскольку с предельной ясностью увидел, что когда-нибудь то, что они делают, войдет в историю. Он даже не расстраивался, когда Кертис переписывал его песни, просто склонялся над пианино, слушал и кивал, пока тот мерил маленькое помещение шагами, фонтанируя идеями, а СиСи играл и играл до поздней ночи.

– Должен быть какой-то способ нести нашу музыку в массы, – сказал Кертис, прищурившись и наклонившись к Джимми, – но только в этот раз нам самим. Чтобы самим зарабатывать деньги.

Джимми смерил его взглядом:

– Марти, этот парень мне толкает какую-то туфту.

– Да я слышу, малыш, – засмеялся Марти, но ухмылочка сползла с его лица, как только СиСи запел.

– Купи мне «кадиллак», «кадиллак», «кадиллак», – пропел он, сыграв на пианино привязчивый мотивчик.

Саксофонист опустил свой инструмент и наклонился поближе, а Лоррелл подошла и тоже подключилась со своим «о-о-о!».

– Купи мне «кадиллак», «кадиллак», «кадиллак», ведь я звезда, а значит, будет так, будет так, будет так, как я хочу-у-у-у, – пропел СиСи чуть громче, а Дина и Эффи присоединились к Лоррелл, как делали бесчисленное количество раз, когда СиСи придумывал им новую песню на конкурс талантов. Скоро и Джимми начал притопывать в такт ногой.

– Слушайте, я понимаю, что вы, ребята, пытаетесь сделать, но ничего не выйдет. – Марти ударил кулаком по столу. Ему было ясно, что Кертис претендует на его звездного – и единственного – клиента. – Джимми Эрли – это вам не уличная девка в ожидании первого клиента, а признанный артист, и у него контракт со звукозаписывающей компанией.

– Ага, с местной компанией, которой без году неделя и которая не может продвинуть его в ротацию, – мягко заметил Кертис.

– Ну, с этим я ничего не могу поделать, – пробормотал Марти, а Джимми тем временем сел за столик и ловил каждое слово их перебранки.

Кертис покачал головой и обратился к Джимми:

– Одна запись, приятель. О большем я и не прошу. Одна песенка, простая мелодия, которую сможет запомнить каждый.

Марти выпрыгнул из-за стола и схватил свое пальто и шляпу. Кертис почувствовал, что нащупал у оппонента слабое место.

– Вы знаете, как сейчас песни становятся хитами? Звучат в машинах! Хиты – это те песни, под которые приятно вести автомобиль!

– Да, но поклонники Джимми все больше на автобусе, – фыркнул Марти. – Пойдем отсюда, – сказал он, протягивая Джимми пальто, но тот встал и прошел мимо него к пианино.

Кертис улыбнулся. Марти, потерпев поражение, снял шляпу и плюхнулся обратно на свое место.

– А ты уже придумал переход? – спросил Джимми у СиСи; он щелкал пальцами и подпевал вместе с девушками.

Не прошло и суток, как Джимми и девушки стояли в гараже в автомагазине Кертиса, зажатые между квартетом музыкантов и стеной. Кертис и Уэйн, пожилой мужчина, который именовался продавцом, но на самом деле был скорее личным помощником, примостились на металлическом столе, с которого убрали все лишнее, чтобы освободить место для двухдорожечного магнитофона и микшера.

– Ребята, вы играете немного вразнобой! – крикнул Кертис музыкантам. – Давайте-ка синхронизируемся. А ты, Джимми, не голоси так. Легко и непринужденно. Мы все знаем, что ты умеешь петь в манере соул, но я хочу, чтобы эту песню ты спел легко и непринужденно.