Девушка вампир
Шрифт:
— Вы питаетесь людьми? — Мысль о том, что он это сделает, не очень-то меня устраивает.
— Когда придется. — Он делает шаг назад. — Но я ограничил частоту поездок в ваш мир для кормления и сократил содержание более чем минимального количества человеческих рабов в нашем мире.
— Здесь есть рабы — люди? Для того чтобы питаться? — Это первое, что я слышала об этом.
— Не так уж много, и почти никого в Стоунхилле. Мои братья не столь разборчивы. Разве ты не спешила в библиотеку?
Чувствуя, что меня отпускают, я киваю и желаю ему доброго
Я осматриваю замок в поисках библиотеки, хотя могла бы просто спросить у Марко или Роко дорогу, но я предпочла бы найти ее самостоятельно и посмотреть, что еще обнаружу в процессе.
К сожалению, я не нахожу никаких тайных ходов или захватывающих комнат, полных сокровищ. Однако нахожу комнату, полную пыльной мебели и ковров, которые выглядят так, будто их не передвигали с незапамятных времен. Также нахожу несколько пустых комнат, которые, как сообщил мне Марко, пустовали с тех пор, как он себя помнил.
— Принц не очень хороший декоратор, — говорит он мне. Роко ухмыляется на это.
Когда я, наконец, открываю библиотеку, мне кажется, что я нашла сердце замка. Роко и Марко стоят за дверью, очевидно уверенные, что ничто не причинит мне вреда в священных стенах стольких книг. Я всегда любила библиотеки, всегда любила быть окруженным книгами, так много книг, что я никогда не смогла бы прочитать их в жизни.
И эта библиотека, с ее древними свитками и книгами в кожаных переплетах, полна, своего рода, магии. Комната имеет высокий потолок, охватывающий несколько этажей, с лестницами, идущими вверх, и высокими перекатывающимися лестницами, разбросанными повсюду, чтобы помочь получить доступ к книгам и свиткам на самых высоких полках. Пахнет старой кожей, пергаментом, магией и тайной. Я провожу руками по корешкам книг, которых никогда не видела и даже не слышала. Книги, не написанные и не доступные в моем мире. Эта мысль ошеломляет меня.
— Могу я помочь вам? — спрашивает глубокий голос.
Я оборачиваюсь, мое сердце колотится.
— Простите, я думала, что была одна.
Передо мной стоит высокий, гибкий человек с длинными седыми волосами и длинной белой бородой. Он носит белые одежды с вышитыми на них серебряной нитью символами. На его лице нет морщин, хотя глаза и волосы создают впечатление нестареющего человека. И уши у него заостренные. Он выглядит иначе, чем тень. Меньше вампиров и вообще Фейри.
— Ты никогда не бываешь здесь одна, — говорит он. — Это мои владения.
Я протягиваю ему руку.
— Я Арианна Сперо.
Он смотрит на мою руку, но не тянет свою. Вместо этого он низко кланяется.
— Для меня большая честь познакомиться с вами, принцесса. Я Кэл'Халлен, хранитель замка, к вашим услугам. Можете звать меня Кэл. Или Хранитель.
— А что делает Хранитель? — спрашиваю я.
Он хмурится на мой вопрос.
— Ну, он, конечно, хранит.
Правильно.
— Я ищу информацию о рабских контрактах в этом королевстве. И все, что я могу найти о том, как работорговля работает в этом королевстве.
Он кивает и начинает ходить по проходам, а я следую за ним. Шары белого света освещают большую комнату. Я указываю на одну из них.
— Я видела их повсюду. Они питаются магией?
— Да, — говорит он.
— От тебя? — Наверное.
Его глаза расширяются.
— Откуда вы знаете?
Я пожимаю плечами.
— Ты похож на замкового волшебника.
Его лицо искажается от отвращения.
— Нет. Я — хранитель замка. А не… — он щелкает запястьем, словно пытаясь стряхнуть собачье дерьмо с пальцев, — волшебник.
— Но ты же волшебник? Ты — Фейри?
Он кивает.
— Так и есть.
— Значит ли это, что ты тоже раб?
Он поджимает губы.
— Нет свободных Фейри, кроме тени, и назвать их свободными значило бы играть с правдой. Все Фейри в той или иной степени рабы в этом мире.
— И все же ты занимаешь здесь высокое положение? — Он носит эту власть в каждом своем шаге.
— Так и есть. Принц Фенрис оказал мне большую честь. — Мы останавливаемся перед полками, уставленными свитками. — Итак, какого рода информация вам нужна, принцесса?
Я говорю ему, что собираюсь сделать, он снова хмурится, но помогает мне. Мы проводим вторую половину дня, просматривая книги и свитки и обсуждая рабовладельческую силу в Инферне и то, как ее эксплуатировали.
— Почему я не могу сделать так, чтобы Каре и Джулиану заплатили?
— Откуда могли взяться деньги? — спрашивает он.
— Даже не знаю. Откуда берутся эти деньги?
— У каждого королевства есть своя специализация. Для Стоунхилла это лес и защита. Для князя чревоугодия — пища и травы. Существуют также налоги на города и деревни.
— Значит, они не могут быть оплачены из этих денег?
Он отрицательно качает головой.
— Большинство нашей рабочей силы — порабощенные Фейри. Если бы нам пришлось платить им всем, у нас не было бы достаточно средств, чтобы выжить.
Я отрицательно качаю головой.
— Выход есть. Это может означать нарушение экономического функционирования этого королевства на некоторое время, но это возможно. — Я думаю о своем собственном мире, о том, каково было на юге перейти от рабского труда к оплачиваемому.
— Вы говорите о войне, принцесса. Подобное разрушение привело бы к войне, смерти и краху нашего правительства.
Я разочарованно вздыхаю и закрываю лежащую передо мной книгу.
— Если я не могу починить его для всех, могу я, хотя бы, заплатить своим девочкам?
Кэл пожимает плечами.
— Это будет зависеть от вас, чтобы найти средства. Вы вряд ли сможете вырвать его у принца. Он твердо держится за финансы, особенно с приближением зимы.
— Почему Фейри не восстают? Ты говоришь о них так, словно они не твой народ? Но разве не все Фейри обладают магией?