Чтение онлайн

Он кивает, его лицо расплывается в улыбке, и он бежит к конюшне.

Я поворачиваюсь к Ари.

— Что это было?

Она кладет руку мне на плечо.

— Ты ловишь больше мух медом, чем уксусом, Фэн. Неужели никто никогда не учил тебя этому?

Она уже идет к конюшне, и я бегу, чтобы догнать ее, ворча себе под нос о мухах. Кому вообще нужны мухи?

Глава 8

ЗАПЕЧАТАННЫЙ КРОВЬЮ

— Ты никогда не видела, как я дерусь.

— Фенрис

Вейн

Я слышу, как Фэн бормочет свои жалобы. Я не обращаю на них внимания. Ольга мало что могла сказать о своем хозяине, но ее молчание сказало мне достаточно. Слуги Фэна уважают его, но не заботятся о нем. Я вижу это по тому, как они смотрят на него, когда он не смотрит, по тому, как они отводят глаза под его взглядом. Большинство из них — Фейри. Рабы. Это должно заставить меня ненавидеть его братьев и Фэна. Но почему-то я этого не делаю.

Я не испытываю к нему ненависти. Я нахожу его раздражающим, но также… очаровательным. Где-то там есть доброе сердце. Я видела это прошлой ночью, когда он позволил мне спать в своей комнате, хотя я могла сказать, что он не хотел этого. Я видела это в ту ночь, когда он спас меня в моем мире, а потом всю ночь смотрел со мной фильмы. Я вижу это по тому, как он относится к Барону, и по тому, как он заботится о своих братьях.

В нем есть что-то хорошее. Мне просто нужно его вытолкнуть. Помочь ему показать этим людям, что он действительно заботится о них и их благополучии.

Когда мы подъезжаем к конюшням позади замка, две лошади уже приготовлены для нас. Сейчас самое время признаться Фэн, что я никогда раньше не ездила верхом. Но боюсь, что он заставит меня остаться, поэтому ничего ему не говорю. Я просто смотрю, как он садится в седло, и пытаюсь скопировать то, что он делает. Я видела фильмы. Я знаю суть. Это ведь не так уж трудно, правда?

Моя лошадь прекрасна. Она черная с белой отметиной на лбу, и ее глаза смотрят на меня с такой мудростью. Мне удается сесть до нее, не упав на задницу. Я похлопываю лошадь по шее.

— Как ее зовут? — я спрашиваю у хозяина конюшни.

Это полная женщина с заостренными ушами и длинными волосами песочного цвета, которые стягиваются в хвост у основания шеи. Ее лицо широкое и кожистое, и она выглядит так, будто жила с этими лошадьми целую вечность.

— Она Даймонд и должна хорошо служить вам, ваше высочество. Принц сам выбрал ее для вас.

Я удивленно смотрю на Фэн.

— Ты это выбирал?

Он хмыкает.

— Я знал, что тебе понадобится что-нибудь, чтобы передвигаться.

— Спасибо. Она потрясающая.

Хозяин конюшни одобрительно кивает.

— Так оно и есть. Она будет хорошо относиться к вам, если вы будеде делать все правильно.

Барон следует за нами, пока мы немного прогуливаем лошадей. Мне кажется, я начинаю привыкать к этому, но я нервничаю, что если Даймонд начнет бегать или рысью, я потеряю контроль.

— Удивительно, что Барон не напугал лошадей, — говорю я, подтягивая Даймонда к Фэну и его лошади.

— Они привыкли к нему, а он — к ним. Это непростой союз, но он работает. — Он выводит нас на грунтовую дорогу и поворачивается ко мне. — Ты готова бежать? Нам нужно добраться туда быстро.

Я сглатываю, сожалея о своем решении не говорить ему о недостатке опыта. Но теперь уже слишком поздно.

— Конечно, давай сделаем это.

Он ухмыляется и издает щелкающий звук, легонько подталкивая лошадь в бок. Он набирает скорость, так что я подражаю ему, и Даймонд пускается рысью,

потом бежит. Я обхватываю ее тело коленями, так крепко вцепившись костяшками пальцев в кожаный ремень, что боюсь его сломать. Но не падаю. Мы быстро едем вниз по тропинке и через лес, пока я не начинаю слышать звуки людей. Фэн сбавляет скорость до рыси, потом идет пешком, когда мы добираемся до лесопилки. Участок с деревьями расчищен, и груды стволов выстилают траву. Машина, напоминающая мне гигантский резак для пиццы, стоит в центре, покрытая черным дымом. Люди разбросаны по всей поляне, разговаривают, расхаживают, пьют. Не работают. Здесь нет женщин, что мне кажется странным. На самом деле, насколько я могу судить, вампиры бывают только мужского пола. Среди них не было ни одного Фейри или тени.

Все они одновременно поворачиваются к нам, и я стараюсь не смущаться, слезая с Даймонда.

— Спасибо, девочка, — шепчу я ей на ухо. — Ты заставила меня хорошо выглядеть. Я должна угостить тебя, когда мы вернемся.

Фэн, который, по-видимому, услышал меня, криво усмехнулся и протянул мне яблоко. Я даю его Даймонд, которая обхватывает его своими большими мягкими лошадиными губами и жует.

Крупный, мускулистый мужчина во фланелевой одежде с густой рыжей бородой подходит к фену, двое мужчин стоят по бокам от него. Он хмурится.

— Мы закончили! — он говорит. — Ни один человек не может работать в таких условиях.

Фэн скрещивает руки на груди.

— Вы ведь не совсем мужчины, не так ли?

Мужчина свирепо смотрит на меня.

— И демонов тоже нет.

— А где Хенрик? — спрашивает фэн.

— Я здесь, сэр.

Мы оба поворачиваемся в направлении голоса. Хенрик лежит на деревянном столе под брезентом, его нога забинтована. У него темно-каштановые волосы и черная татуировка, покрывающая половину шеи. Фэн шагает к нему.

— Что случилось?

— Дровосек заклинило. Когда я попытался очистить его, проклятая штука взорвалась на мне. Моя нога изрядно порвана.

— Мы тебя подлатаем. — Фен подает сигнал нескольким мужчинам, стоящим вокруг. — Отвези его к Навии в Стоунхилл. Скажи ей, что это я тебя послал. Он должен получить самый лучший уход, понятно?

— Да, сэр, — говорят мужчины.

— Простите, сэр, — говорит Хенрик. Он слишком бледен, и его челюсти сжимаются от боли, когда он пытается говорить. — Мы уже отстали в производстве. Мы никак не сможем уложиться в срок до наступления зимы.

Фэн резко кивает, но больше ничего не говорит. Я подхожу и кладу руку на руку Хенрика.

— Просто береги себя и выздоравливай. Остальное образуется само собой. Так всегда бывает.

Хенрик вздрагивает от моего прикосновения. Если уж на то пошло, то и Фэн тоже, но он снова решил не противоречить мне в присутствии других. Интересный. Я уверена, что мы оживленно поговорим об этом позже, когда останемся одни.

От одной мысли о том, чтобы остаться с ним наедине, у меня горит кожа. Я играла спокойно, делая вид, что вижу его обнаженным, и прикосновения к его телу не влияют на меня. Но, господи, это была моя самая большая ложь в жизни. Я не могу выбросить из головы образ этого человека. Или ощущение его на моей коже. Один его запах заставляет меня хотеть того, чего я не должна хотеть. Мне все еще придется жить с шестью другими принцами. Я не могу влюбиться в Фэна, не сейчас. И, кроме того, он ясно дал понять, что не желает быть королем. Он даже не хочет, чтобы я его выбирала. Я готовлюсь к тому, что мое сердце разобьется, если я отдам его человеку, который этого не хочет.