Чтение онлайн

Из-за Фионы мы каждое утро с трудом приползали на работу.

Что было непростительно. Это время могло стать для нас самым счастливым. Мы были деловыми партнерами и переехали в новое здание. А наши личные отношения вышли на новый уровень.

До приезда Фионы все было чудесно.

Теперь же мы перед сном украдкой целовались на лестничной площадке, пока Фиона в метре от нас умывалась и чистила зубы. После этого она шумно полоскала больное горло, которое першило от постоянного плача…

Сандра обняла меня за плечи.

— Не расстраивайся, Энни.

Все пройдет, как сказала актриса епископу, проглотив его кольцо. Фиона не останется у вас навсегда, правда? — Она посмотрела на меня с любопытством и скорчила гримасу.

— О боже! Неужели ты можешь представить меня, Джерри и Фиону живущими бок о бок до конца жизни? Я глотаю успокоительные пилюли и готовлю Фионе обед, потому что она так и не может оправиться от предательства Сэма. А Джерри ругает ее вдоль и поперек и грозит пристрелить. Да это был бы ад кромешный!

Тогда я этого не знала, однако существовал еще один вариант развития событий. Причем куда более грозный.

Наступил понедельник. Стоял один из тех дождливых вечеров, когда все чувствуют себя не в своей тарелке. Не успели мы закончить приготовленный мной обед, как кто-то позвонил в дверь.

Поскольку Джерри уже взялся за телефон, а Фиона не сдвинулась бы с места даже под страхом смертной казни, открывать пошла я.

На крыльце стояла хорошенькая маленькая женщина, державшая за руки сыновей Джерри.

— Привет. Я Салли. Ничего, если я войду? — Она прошла по коридору и направилась прямо в гостиную, где Джерри разговаривал по телефону.

— Конечно. Почему бы и нет? — пробормотала я, обращаясь к пустому дверному проему.

О боже… У ворот был припаркован маленький «Фиат», битком набитый чемоданами и картонными коробками с торчавшей наружу одеждой. И детскими игрушками.

— Это Энни, — представил нас Джерри, когда я просунула голову в дверь гостиной. — Энни, это Салли.

Мы чинно поздоровались, стараясь не слишком пристально рассматривать друг друга.

Впрочем, Салли волноваться не приходилось. Она была похожа на хрупкую куколку. Маленькую фарфоровую куклу с голубыми глазами и безукоризненными светлыми волосами, аккуратно перехваченными черной бархатной лентой, как у двенадцатилетней девочки. На ней было светло-голубое платье, прикрывавшее колени и идеально сочетавшееся с голубыми туфельками.

У меня был трудный день. Кроме того, я была по горло сыта Фионой и ее депрессией. Поэтому по возвращении с работы я сняла деловой костюм и облачилась в просторный купальный халат с намерением принять продолжительную горячую ванну.

Не помню, что заставило меня спуститься на первый этаж. Может быть, желание забрать свой драгоценный крем, который Фиона оставила на каминной полке. Но потом я пошла на кухню за резинкой, чтобы скрепить волосы. Эта неосторожность закончилась тем, что я начала готовить обед, отложив ванну на потом. До сих пор я никогда не готовила в громоздком махровом халате. Возможно, именно поэтому к концу процесса на нем появились следы масла, томатной пасты и красного вина. Но сил переодеваться не было,

и я села обедать в совершенно непотребном виде.

И тут, как назло, приехала Салли.

— Вы новый партнер Джерри? — Она держала меня за руку и как зачарованная смотрела на мой халат.

— Я… э-э… я готовила обед. — Я постаралась прикрыть пятна рукой.

— Да. — Она сделала вид, что ничего не заметила. Но это не помогло.

Я всегда представляла себе бывшую жену Джерри крупной женщиной. До сих пор единственной другой Салли, которую я знала, была Салли Ивенс, ужас школьной хоккейной команды. Каждый раз, когда Джерри упоминал имя своей бывшей жены, перед моим умственным взором возникал портрет Салли Ивенс. Я вспоминала, как она прочесывала магазины в тщетных поисках одежды, которая была бы ей впору. А эта Салли оказалась миниатюрной, пропорционально сложенной женщиной примерно сорок четвертого размера. И выглядела так, словно только что прошла химчистку.

Предполагаемая беременность, которая вывела из себя Джерри в тот вечер, когда мы были в дансинг-клубе, оказалась злой шуткой. Если эта женщина была беременна, то могла произвести на свет лишь муравья.

Мальчики набрасывались на Джерри, пытаясь стащить его на пол.

— Салли? — негромко прозвучало у нас за спиной. Появилась Фиона в облаке духов, успевшая переодеться в еще одно умопомрачительное летнее платье. Ее волосы были заплетены в аккуратную французскую косу.

— Привет, Фиона.

— Что ты здесь делаешь?

— Я могла бы спросить тебя о том же. — Хотя Салли была изящной и похожей на куколку, но характер у нее имелся. Эта женщина начинала мне нравиться. Несмотря на то, что в ее присутствии я ощущала себя дылдой и неряхой.

После внушительного перерыва, во время которого Фиона потчевала Салли длинной и не слишком связной историей ухода Сэма к женщине-абажуру, я сумела утащить ее из столовой.

— Ради бога, дай им поговорить друг с другом! — прошептала я, когда Фиона начала ныть, что еще не закончила свой рассказ. Потом я затолкала ее на кухню. Дождь кончился, и мальчики отправились в сад. Они гоняли лягушек, доселе безмятежно живших в траве высотой до колена, которую Джерри зарекся косить. Не из-за экологических соображений, а потому что у него всегда были «дела поважнее». Я следила за ними из окна; тем временем Фиона направила ухо в сторону полураскрытой двери столовой.

Вроде бы Салли ушла от хлыща. Из подслушанного Фионой явствовало, что они поссорились из-за места, где им придется жить ближайшие пять лет. И где детям предстояло пойти в школу. Хлыщ, как настоящий офицер, считал, что начальству виднее.

Но, похоже, Салли считала, что виднее ей. По крайней мере в том, что касалось детей.

— Я не желаю перевозить их в Корк, — говорила она Джерри.

Когда я закрыла дверь, Фиона разозлилась.

— Зачем ты это сделала? — прошипела она. Вместо ответа я налила ей стопку водки. Это помогло. Фиона успокоилась, а после еще одной порции снова начала болтать.