Чтение онлайн

— Сю Анцзинь? — сказал он. — Жена Сю Шандяня? Она пострадала от Сисюэмо шу?

— Оно убило ее, — сказала я.

Отец обмяк, как мокрый мешок, зажмурился.

— Я знал ее, — сказал мрачно отец. — Я представил ее мужу.

— Он мне рассказывал, — сказала я. — И показал их Восемь деталей.

— Это, — он оскалился. — Все ложь. И зря.

— О чем ты, отец? Шифу?

Он повернулся к зрителям:

— Сражение закончено, — сообщил он. Ворча, они разошлись. Отец протянул руку, и я вернула прутья. Он связал их леской и вернул в сумку.

Железная пиала, в которой он сжигал бумагу, уже остыла, и он стал разбирать переносной храм и алтарь. Я помогала ему собирать вещи. Он взглянул на меня и кивнул.

Зевак не осталось. Отец шагнул ко мне и сказал:

— Я сделал для нее фальшивое чтение, Ли-лин.

— Почему ты это сделал?

— Сю Шандянь хотел купить то, что улучшить его удачу за игровым столом. У него были деньги и самоконтроль, чтобы игрой не дойти до бедности, но он хотел быть победителем. И тут как раз привезли девочек для аукциона. Те продажи, Ли-лин,… неприятные. Девочек не заковывают в цепи, их держат в комнатках с сеном, как скот, они едят холодный рис, пока их не продадут. Одна из ценного груза в прошлый раз повесилась, и ее призрак беспокоил их…

— Хорошо, — сказала я.

Судя по его лицу, он согласился. И просил меня молчать.

— Меня позвали изгнать призрака, — сказал он. — И тогда я встретил девочку, которую ты знаешь как Сю Анцзинь. Ей было шесть, милая, печальная и одинокая. И она, если честно, напоминала тебя.

Я молчала.

— Я посмотрел на девочку, увидел лицо моей дочери в этом возрасте, когда твои глаза были полны удивления. Ее сердце было открытым, как у тебя до гибели твоей матери и смерти твоего мужа, до череды плохих решений, сделавших тебя наглой, вспыльчивой, грубой и постоянно злой.

Во рту пересохло, эмоции бурлили. Удивительно, но он мог в один миг заставлять меня ощущать себя ценной, а в другой — жалить.

— Так что пойми, Ли-лин, я не мог оставить ее той судьбе. Я увидел девочку, которой нужен был тот, кто позаботиться о ней, и я увидел неженатого мужчину, которому нужна была удача. Я соврал ему об их совместимости, чтобы он купил ее и дал ей лучшую жизнь.

— Но, Шифу, — сказала я, — Сю Шандянь стал удачливым в играх. Его удача — легенда. Как это произошло, если его жена — его талисман — не принесла баланс его жизненной энергии?

— Как только я поженил их, я начал колдовать для его удачи.

— Но все равно не понимаю, шифу. Его удача невероятна. Говорят, он никогда не проигрывает.

— Ты сомневаешься в моих способностях?

— Шифу, — сказала я, — Бог игры… Говорят, он играл в кости, где нужно было выбросить значение как можно ниже, и он проиграл бы, если бы было поровну. Его противник бросил шесть костей, и на каждой выпало по единице. Мистер Сю не мог победить, но… когда он бросил кости, на пяти была единица, а шестая разбилась. Он победил, хотя это было невозможно.

— Я слышал об этом, — сказал мой отец.

— Твои чары удачи могут усилить шансы на победу, шифу. Они не творят чудеса.

— По какой-то причине, —

сказал он, хмурясь, — мои чары удачи работали на Сю Шандяне лучше, чем на ком-либо еще.

— Он мог использовать еще чью-то магию удачи? Испорченные чары другого волшебника?

— Ли-лин, — сказал мой отец. — Сю Шандянь порой играет в залах, где висят мои талисманы. Если бы кто-то пронес с собой амулет, его сила угасла бы из-за моих оберегов. Или ты думаешь, что проклятье волшебника сильнее?

Я покачала головой, чтобы не развивать конфликт.

— А Сю Анцзинь, шифу? Мне нужно провести ритуал ее похорон.

— Тебе нужны Восемь деталей, — сказал он. — Настоящие.

Я кивнула.

Он вытащил из кармана бумагу и карандаш.

— Не хочешь свериться с записями? — сказала я. — Ты точно не помнишь ее Восемь деталей.

— Конечно, я их помню, Ли-лин, — сказал он. — Думаешь, я сделал бы такое легко? Я не из тех, кто обманывает кого-то, не переживая из-за своих действий долгое время. И я обманул Сю Шандяня, подделав дату и место рождения девочки, соврав о ее Восьми деталях. Это было серьезным решением для меня, Ли-лин. Теперь я напишу детали для тебя, чтобы ты помогла ее высшей душе.

Я скривилась.

— Насчет высшей души… — сказала я.

Я несколько минут объясняла ему. Нас окутала тишина, и отец долго хмурился.

— Шифу, когда я пришла, ты думал, что я исполняла Главный ритуал. Какой именно?

Отец отошел на пару шагов и вернулся.

— Ритуал Облачения, — сказал он.

Я повернулась к нему.

— Кто-то пытается призвать божество? В Сан-Франциско? Без твоего разрешения?

— В том и дело.

— Что за божество?

Он поджал губы.

— Туди Гон.

Я притихла. Туди Гон был богом места, у каждой зоны была своя версия Туди. Местное воплощение действовало и говорило от лица популярного божества, но было со своими качествами, действовало независимо. Его статуи украшали многие залы городов в Китае, были во многих зданиях правительства, и многие статуи возвели на площадях, где люди украшали их лепестками цветов, прося об удаче.

В городах Туди был известен как Городской бог, в деревнях он был Земным богом, но, как бы его ни звали, все его воплощения были с милосердной улыбкой. Туди был посредником между людьми и богами, и то, что Туди не было в Сан-Франциско, печалило. Людям вдали от дома тоже нужен был бог-посланник, который обращался бы к богам от них.

Я взглянула на разобранные части алтаря отца, все было уже аккуратно сложено, перевязано бечевкой. Отец все убрал и не собирался задерживаться на улице за разговором с женщиной, которую уже не считал семьей. Он скрестил руки перед собой.

— Похолодало, — сказала я. — Тебе нужно одеваться теплее.

Он посмотрел на меня, и я надеялась, что он меня услышал. Эти последние месяцы были для него одинокими, ведь некому было теперь заботиться о нем.

Это был мой момент. Шанс протянуть руку, быть дочерью, хоть он и отказывался.