Чтение онлайн

Марина, ещё выпив рюмку виски, наконец с сетованиями, завере - ниями в дружбе и скорой встрече, удалилась. Наташа закрыла дверь, приперла её креслом и наконец-то почувствовав себя лучше, сошел какой-то налет, будто грязью её вымазали, а сейчас чуть-чуть отмылась. Так с Мариной всегда, как только она появля - ется на Наташином горизонте. Она несет какой-то яд не яд, но от - менную гадость. Уж если так - разве можно таким людям крестить - ся?
– Гнать их! А она крестилась, и Наташу поучает, и других, наверное, а сама стала ещё хуже. Надо проверять, что ли, этих крещеных, кто как живет и снимать

с них кресты, в наказание! Тогда бы подумали. А так вывесят на грудь, будто это бижутерия - смотреть страшно! И ничего им, спокойно.

Потому что они думают, что вот, крестились, исповедуются, в цер - ковь заглядывают, и все грехи отпущены! А если ещё на храм да - дут! Тогда уж прямиком в рай. Это перед людьми так можно и перед священником тоже, ибо он - человек.

А для Высшего существа, где мера совсем другая - это жизненная мелочевка, которую они дают или крест, который вешают напоказ на волосатую или сисястую груди, ничего. Как это по-ла - тыни? НИХИЛ. НИХИЛ - НИЧТО. Но откуда им додуматься! Откуда Ма - рине додуматься, что делами надо идти на крещение... Благими на - мерениями, говорят, вымощена дорога в ад.

Ну, вот она и стала проповедником собственной конфессии. Си - дела бы уж и молчала. Она, с её немыслимым грехом и всем осталь - ным!

Наташа собралась и поехала к маме. Там обошлось, она наверте - ла маме такого, что сама понять не могла, откуда что бралось! В общем, мама дала и денег, и Алиске-крыске брошечку очередную, красивую, с опалом. Спросила, что Наташа делала? Наташа сказала, что убиралась в квартире и лежала в ванной. А вот завтра или послезавтра поедет на дачу. Мама хотела отправить с ней Гарьку, но Наташа воспротивилась. сказала, что ей в первый раз надо при - ехать одной.

Поездила по магазинам, но шубу покупать не стала - очень до - рого, вот когда пойдут проценты, тогда. Купила себе прекрасный нубуковый плащ с нежнейшим дымчатым мехом. Купила маленькую шляпку с вуалеткой и прекрасные уличные закрытые туфли из замши.

И по мелочам - духи этот монстр все забрал.

Домой она вернулась довольно поздно, поставила машину под ок - нами, вздохнула: скоро не будет здесь её "рено" серебристого.

Уведут. Завтра, послезавтра, через три дня - надо быть к этому готовой. Готовой ко всему. Что у тебя возьмут все и скажи спаси - бо, что не угробят. Красота, кто понимает. Три дня Наташа мета - лась по всяческим делам, покупала замки, вызывала слесарей, ремонтников, платила бешеные деньги, забегала в магазины, покупала, что оказывалось взятым, например, чайный китайский сервиз. Заезжала к маме, чтобы, не дай Бог, ей в голову не пришо самой приехать. Говорила, что ещё не прибралась. И каждый раз, садясь в" рено", думала: в последний?

Наконец, все было сделано и она собралась на дачу. Приняла ванну с гелем, сделала маску, намазалась кремом, сняла его, мас - саж, покрасилась легко, причесалась. Надела свои алый халат, ко - торый тоже остался, висел на спинке стула, видно, что ношеный, на кой им ношеные вещи? И села пить кофе с сигареткой. Мир нас - тупил в её душе. Сейчас она не будет торопиться, посидит, поку - рит, соберется и поедет. При этой мысли у неё сразу ста - новилось хорошо на душе. Даже присутствие Алисы не портило сос -

тояния умиротворенности. Потреплется с ней минут пятнадцать и уйдет в свой дом. Свой ли? Но Алек сказал, что дом - её. Ладно, разберемся, как говорит Марина. Она встала, - хватит ловить кайф, - надо ехать.

Надела бархатные брюки, которые купила теперь, светло-серую ан - гору, нацепила серебряные украшения, те, что были на ней в тот вечер, - с неё он ничего не стащил, решил, что и так хватит, но - вые замшевые туфли, - там дорожки, чисто. Что-то показалась ей кофта не слишком элегантная, серенькая, надо что-то придумать, может, шарф синий? Она стояла в задумчивости и тут прозвонили в дверь. Кто это так рано? Марина? Соседи? А вдруг монстр?

Днем? В светлоту? Да и зачем, он же понимает, что здесь уже ничего не обломится.

Она медленно пошла к двери.

Кто?
– спросила и заглянула в глазок: там стоял молодой чело-век в черном кожаном плаще, опустив голову, она не могла расс-мотреть его лица. Странно... Похоже, все-таки решили, что у неё есть хороший загашник... Что делать?

Кто?
– повторила она и парень вздрогнул, будто очнулся и, улыбнувшись, сказал:

Не бойтесь, Наталья Александровна, я из УГРО, от Александра Евгеньевича, меня зовут Горин, Валентин.
– И он показал в око-шечко красную книжечку. Глазок был отличный! Хорошо, что она его сделала.

Все ещё немного побаиваясь, открыла дверь. Перед ней на поро - ге стоял не очень высокого роста молодой человек, блондин, с густыми, почти белыми, волосами и при этом темными бровями и ресницами. Глаза у него были настолько светлые, что даже стано - вилось немного не по себе... Нос - с горбинкой, тонкий и нервный и немного выпяченные вперед губы, тоже, пожалуй, тонковатые, но в целом оригинальная и красивая внешность, если бы не эти свет - ло-серые, слишком светлые глаза и белые, очень густые волосы, разделенные четким косым пробором.

Все это она увидела сразу, и он смотрел на неё так же присталь - но.

Проходите, - сказала она, - и повернулась спиной к нему, спину захолодило - вот сейчас вонзит нож между лопаток или как там, под левую лопатку, у неё даже кольнуло туда. Но она стойко прош-ла в гостиную. Он прошел, чувствуя, видимо, некоторое смущение.

Его, наверное, Евгеньич прислал, - потрясти её насчет знако - мых и родственников. А чего сам не пришел? А этот - совсем соп - лячок, лет двадцать пять, самое большое. Но посмотрев в лицо парня, она заметила уже резкие морщины у губ и на переносице, может, и к тридцати катит... Все равно для неё - молодняк.

Он уже сидел, плащ скинул в передней, пока она впереди него шествовала и ждала удара ножом между лопаток. Усмехнулась, он удивленно посмотрел на нее. Еще подумает, что над ним и его на - чальником насмехаюсь. Надо быть серьезной, милой дамой... И ска - зала:

Хотите кофе?

Он покачал головой:

Спасибо, нет. Я к вам по делу, Наталья Александровна, как вы поняли. Она кивнула, хотела было пошутить, но решила - не нуж-но, у молодого человека был очень служебный вид. Он ещё раз дос-тал свою книжечку и подал ей. Она взяла, глянула - все правиль-но: Горин Валентин Владимирович, младший следователь УГРО.