Девочка в мальчике

У меня осталось всего два с половиной месяца. А я ничего не смогла сделать. Сейчас моя внешность ничем не отличалась от обычного подростка старшей школы. Но это было просто ужасающе трудно. Я так и не смогла привыкнуть к реальности происходящего.

– Вы не можете оставить меня здесь надолго! Это не мое тело и не моя жизнь! Я не могу быть парнем! Этот Томми… Кошмар какой-то! Вся его жизнь один сплошной кошмар наяву. Он живет в трейлере с тетей! Вы это знали?

– И

– Как что? Я два года была просто бестелесным духом, проходила два курса обучения, защитила два успешных Восстановления и теперь все чего я оказалась достойна – это тело подростка Томми с жуткими проблемами?

– Так вышло. Не мы выбираем. И ты это знаешь.

Ниль виновато улыбнулась. Руки, сложенные в замок на столе, едва заметно дрожали. Но меня это не останавливало. Как они могли со мной так поступить? Как? Что это вообще?

– Я могу отказаться. У меня есть такое право.

– Мы знаем, – Лира откинулась на спинку стула и прищурила глаза. – Но в таком случае ты знаешь, что последует за этим.

– Знаю.

Мои мысли разбегались в разные стороны. У меня больше не будет права Перерождения. Я навечно, а точнее, до самой смерти своей оболочки останусь в том теле, которое выберет за меня Совет.

– И твое решение?

– Какие у меня шансы на нормальную оболочку?

– Смотря что ты подразумеваешь под нормальной оболочкой? Томми – нормальная оболочка. Зависимостей нет, внешние физические критические изъяны отсутствуют. Позиция в структуре – 2.

Ниль спрятала руки под стол. Это был ее второй совет и я пыталась разжалобить хотя бы ее. Но у меня плохо получалось. Итак, что я имею на данный момент? Ужасного ботана Томми. Вечно голодного. Абсолютного интроверта и флегматичного зануду. Без друзей. Отношений. Живущего в трейлерном парке. Спасибо, что хоть девушки нет. Но больше плюсов в этом и нет. Как я должна это безобразие вернуть в социум? Вернуть желание жить?

– Мне нужно время, – буркнула я еле слышно, но достаточно громко для того, чтобы Третье поколение Совета меня услышало.

– Отлично. Тогда не вижу смысла тебя задерживать, – Лира поднялась из-за стола и откинула тяжелую, усыпанную ярко-красными камнями, косу назад. Третье поколение Совета держалось только на ней. А с ней было тяжело спорить. Я вздохнула и отвернулась.

Все было не в мою пользу. Ах, Томми! Ну и что мне с тобой делать?

Что может быть хуже тела парня, который просто ненавидел себя? Вообще, не в курсе. Он ждал так долго и в итоге просто сбросил себя с моста. Еще один идиот, который ничего не оценил. Все свои безграничные возможности, которые подарил ему этот мир.

Я тоже когда-то была такой. Не спорю, тяжело. Но что с ним-то было не так? Он вообще в курсе, что парням в этом мире все дается легче? Его тоже напоили на вечеринке у Мортсона и на утро разослали его голые

Вряд ли.

Третье поколение Совета ничем мне не могло помочь. А мне не хотелось бы терять свой шанс. Мне всего-то навсего нужно было сделать так, чтобы дурак Томми снова захотел жить. И пока его жалкая душонка будет проходить курс восстановления, я должна сделать тут его жизнь лучше. А если он в итоге так и не захочет вернуться? Мне придется доживать в этом теле не один год. Ужасно? Нет. Отвратительно просто.

Я девушка, черт подери, и зачем меня только запихали в тело парня? Я даже не знаю что с ним делать.

Утро выдалось отвратительным. Томми, а точнее я, проснулась от оглушающего хохота. Хохотала не я. Еще бы. После Совета мне пришлось снова вернуться в дурацкий трейлерный парк и спрятаться за шторкой в углу. У Томми судя по его профилю была мать. И какое-то жалкое подобие отца.

– Эй, идиот!

Кажется кто-то обращался именно ко мне. Тощий и неприятный человек алкогольного типа смотрел на меня исподлобья. Хотя… он, наверное, всегда так смотрел на Томми. Может Томми и вправду был идиотом.

Я поднялась с кровати и подошла к мужчине. Но тут же упала на пол когда тяжелая рука мужчины ударила меня в нос. Ау! Вот черт! Томми был жалким не только внутри, он еще был мальчиком для битья этого чувака снаружи. Я стиснула зубы чтобы не расплакаться. Кровь хлынула прямо на коричневые шорты и зажала нос рукой.

– Придурок! Я еще не сказал твоей матери что ты вчера натворил!

Я промолчала в поисках силы, чтобы подняться с грязного пола трейлера. Вспомнив как зовут чертового придурка, который только что меня стукнул, я поднялась с пола, все еще зажимая нос.

– Джим. Что ты хочешь?

–Ахаха, ты умеешь разговаривать?

Я стиснула зубы.

Этому Томми пора было сваливать из этого места. И почему он только здесь жил? Что его держало тут?

Меня охватило странное чувство того, что я проваливаюсь в какую-то яму, которой нет конца. Да, вот оно. Чувство что ничего не изменить и этот ужас никогда не прекратится. Томми не справился с этим. Оно только сильнее его увлекало за собой. Он жалел себя, жалел о том что жил и ничего не мог изменить.

Умывшись в раковине я посмотрела на свое отражение в треснутом зеркале. Томми был абсолютно не выдающимся человеком. Но несмотря на это … Хотя, чего я опять умничаю? Я сама была просто дурой тогда. Мне нужно сейчас все изменить и дать этому Томми еще один шанс.

Когда кровь остановилась, я умылась и почистила зубы. Томми нужно было идти в школу, а я была не намерена пропускать уроки. Что-что, а учиться я любила. Пока пьяный Джим что-то ковырял на кухне, я улучив момент, схватила рюкзак и выбежала из трейлера.