Девочка голкипера

Александра

Сомов бросает меня на мягкую кровать, застеленную шелковым алым бельем. Сам падает рядом.

– Сомик, пожалуйста, не надо, – шепчу дрожащими губами, когда теплая мужская рука проникает мне под футболку.

По телу проносится сумасшедший жар. Понимаю, что исступленно хочу парня, это вводит меня в шок и сумбур.

Смотрю внимательно в его серые глаза.

Интересно он догадывается, как сильно я его люблю?

Похоже, нет… К лучшему.

Андрюхин

сдирает с себя джинсы и футболку, принимается за избавление от моей футболки.

– Сашенька, я предложил тебе дружбу с бонусом. Ты согласилась. Даешь задний ход?

Инстинктивно прячу настоящие эмоции под толстую шкуру, которую удалось нарастить за шесть месяцев проживания в Москве.

– Андрюхин, мне немного страшно, – онемевшими пальцами расстёгиваю джинсы, стягиваю их, бросаю на пол.

Остаемся в одном белье. Как в белье? На мне даже бюстгальтера нет. Так, тонкая полоска ажурных трусиков.

Температура нашей дружбы давно перевалила за нормальную отметку, поэтому, когда Андрей предложил дружбу с бонусом, я согласилась. Давать обратный ход сейчас не намерена.

Температура в комнате мгновенно повышается. От жара наших тел простынь нагревается до температуры на поверхности Солнца.

– Маковка, в чём дело? Испугалась? Пасуешь? – друг сжимает теплыми ладонями мои оголённые ягодицы, от чего сердцебиение учащается, а дыхание сбивается.

Андрей лежит на спине, смотрит на мои руки, сложенные стыдливо на груди. Встряхивает русой головой, будто готовится к прыжку, осторожно скидывает мои руки с вожделенного объекта.

– Выглядит божественно! – разглядывает два полушария с восставшими пиками.

– Правда? – спрашиваю, как ребенок. Очень хочется безумно ему нравиться.

Андрюхин мычит что-то нечленораздельное, нежно сжимая мою грудь в ладони.

– Малыш, кожа бархатная, – парень привстает на одном локте, склоняется надо мной.

Будто дразнит меня, глядит на грудь, а слизывает капли пота с шеи.

Медленно перемещается к ключицам, ласкает языком кожу, внезапно покрывшуюся пупырышками. Гладкий язык воздействует на меня так, будто ко мне прикасается невидимой рукой арктический холод.

Гормоны взрываются шариками от пинг-понга в крови одновременно у обоих.

– М-м! – выдаю странный звук.

Андрюхин постанывает в такт, чего-то мычит.

Оба не можем совладать со своими эмоциями. В ожидании первой близости сумасшедшее энергия и желание заполняет нас.

Прикрываю глаза, зарываюсь пальцами в жестких волосах любимого… друга.

Сомов считывает согласие, тут же его ладони соскальзывают на мои бёдра. Они горят адским пламенем, когда он нахально обхватывает внутреннюю сторону бедра и проталкивает палец под ткань трусиков.

Вздрагиваю, тяжело сглатываю.

– Ты вся бархатная, – шепчет в губы, и толкает палец мне

в рот.

Немного смешно, не знаю, что с ним делать.

Не кусать же! Облизываю. Приоткрываю глаза, сквозь длинные ресницы наблюдаю за довольным выражением лица мужчины.

Значит, я инстинктивно поступила верно. Улыбаюсь самой себе.

– Больше не могу, – внезапно Андрей оказывается у моих ног, склоняется надо мной. Хватает зубами резинку ажурных трусиков, стягивает их с меня.

– Ррр! Хочу! – серые глаза горят неистовым, ненасытным, необузданным желанием. В комнате пахнет тестостероном и… надвигающимся неизбежным сексом.

Андрей смотрит на меня голую, становится стыдно. В глазах застывает страх.

Утром наступит завтра.... Как же мы будем общаться после того, что случится сегодня ночью? Дурацкая дружба с бонусами! Кто её придумал?

Мы сами.

Не успеваю додумать мысль, потому что Андрей опережает ее своим действием.

Он заполняет меня…

Я в ауте… мои ожидания не оправдываются даже на йоту.

Ощущения такие странные – болезненные, не похожие на кайф. В глазах застывают слёзы, прячу их. Не желаю, чтобы любимый человек разочаровался во мне, подумал, что я не такая… как все его бывшие. Не хочу даже думать о них!

Содрогаюсь. Закрываю глаза, чтобы не видеть. Хочу только чувствовать мужчину, чтобы понять нравится ли мне то, что он делает с моим телом.

– Ты классная! – мужской голос садится. Сиплые ноты проваливаются в мягкую постель, проникают в меня.

Широкие ладони ложатся на мои бедра, припечатывают меня плотнее к кровати и к мужскому вспотевшему телу.

Тело друга бьется в конвульсиях. И мне немного завидно, хочу также. Но пока от боли не могу почувствовать то, что испытывает он.

Любимый лежит на мне, его ресницы трепещутся.

Приподнимаюсь, целую реснички, веду по ним кончиком языка. Если моему мужчине хорошо, значит, мне тоже… ведь я его так сильно люблю!

Меня накрывает. От переизбытка эмоций схожу с ума.

– Сашка, ты лучшая! – громко орёт, скатывается с меня и уносится в ванную.

Лучшая?! Немного обидно. Но, есть за что бороться…

После душа всё начинается сначала. Круговорот эмоций. Я расплескиваюсь, дарю себя всю без остатка мужчине, которого люблю всем сердцем.

Не выбираемся из дома и из кровати двое суток.

С каждым актом ко мне приходит понимание кайфа, который дарит секс с любимым.

Сливаемся в очередном жарком поцелуе. Теплые языки сплетаются влажно. Кожу слегка царапает небритость Дрона. Эта сладкая боль доставляет странное удовольствие.

Сижу сверху, держу Андрея за плечи. Запрокидываю голову назад, закатываю глаза. Голова кружится от эмоций, обвиваю здоровую шею руками, ощущаю кожей венку, бьющуюся в такт с моим желанием.