Дэвид Баркли - "Эсхил"
Шрифт:
– У него был самый большой пакет акций, Кейтлин. В два раза больше моего. Я понимаю, что мои позиции в компании позволяют на многое влиять, но, в конце концов, последнее слово всегда остается за акционерами, - Готфрид смотрел на неё, буравя взглядом зеленых глаз.
– Доля твоего отца огромна. Большая часть своего состояния он сколотил в "Вэлли Ойл" задолго до вашего с братом рождения. Ты знала об этом?
Кейт нервно скрестила ноги. Платье было слишком коротким, пришлось одной рукой его оттягивать.
– И?
– И он оставил её тебе. Свою долю в "ВО". Не Роберту,
Осознание сказанного пришло за мгновение. Кейт перестала дергать себя за платье и наклонилась вперед.
– Чего?
– 383117 акций. Пока ты добиралась сюда, я глянул цены. Каждая стоит 84 доллара. Пересчитай.
И Готфрид улыбнулся по-настоящему, той самой зловещей улыбкой вольного стрелка.
– На завтрашней встрече ты будешь присутствовать не как работник компании, а как основной держатель её акций. Пока же, следует срочно вернуть твою охрану на место.
– Я... я...
– что "она", Кейт так и не смогла произнести. Её трясло.
Готфрид подмигнул.
– Ты богата, девочка.
3
Через 12 часов Кейт оказалась в вашингтонском офисе "Вэлли Ойл". Картины в викторианском стиле украшали стены, у фонтана разместились несколько статуй, ковер под ногами, должно быть, стоил, как её машина. Тишина стояла такая, что было слышно лишь тихое клацание клавиатуры в кабинете администратора. Администратором работала молодая, хорошо сложенная, загорелая девушка, возможно, совсем недавно из колледжа. Когда Кейт спросила, как её зовут, она сказала:
– Меня? О, меня зовут Мерри. М-Е-Р-Р-И, если интересно, - но Кейт не было.
Долго ждать не пришлось. Привлекательный мужчина, в возрасте сильно за сорок, прошел мимо стойки администратора и протянул ей руку.
– Здравствуйте, мисс МакКриди. Рад, наконец-то, встретиться.
– Взаимно, мистер Лусиан.
Майкл Лусиан возглавлял в "Вэлли Ойл" международный отдел. Всё во внешнем виде этого человека говорило о яркой личности - от острых черт лица, до цвета одежды, которую он носил, чтобы эти черты подчеркнуть. Его костюм был очаровательного серого цвета, а вкрапления голубого в галстуке гармонировали с голубым цветом глаз. Было ли так запланировано или нет, но эффект был просто обезоруживающим. К тому же, Готфрид держал решение о передаче наследства в тайне, и, когда об этом стало известно, каждый в руководстве компании захотел встретиться с ней.
– Зовите меня Майкл.
– Хорошо.
– Примите соболезнования по поводу вашего отца. Он был хорошим человеком, нам будет его не хватать. Жаль, что мы встречаемся при столь ужасных обстоятельствах, - он улыбнулся. Эта улыбка должна была очаровывать инвесторов на сотни тысяч и миллионы долларов и, как полагала Кейт, была нацелена именно на это.
Кейт только открыла рот, как позади неё включился телевизор. CNN вела трансляцию с Капитолийского холма, где на подиуме стоял мужчина с грубыми чертами лица. Она узнала в этом человеке Джека Филдса, пожилого отставного морпеха, который выглядел, как старый крейсер и при этом, обладал весьма тихим голосом.
–
– Извините, - подала голос Мерри и отключила звук.
Филдс продолжил жестикулировать в безмолвии. Кейт и так знала, что он собирался сказать. Два дня назад Филдс был спикером Палаты Представителей, а теперь заменял отца в его должности. Впрочем, "заменял" было неподходящим словом, следовало бы сказать "наследовал". Кейт лишь дважды встречалась с Филдсом до похорон отца и пришла к выводу, что хуже, чем он, человека для этой должности было трудно подобрать.
– Моя вина, - сказала Мерри.
– Уронила пульт.
Это, что ревность в её глазах? "Мечтай, милочка".
– Без проблем, - невозмутимо сказал Майкл. Затем обратился к Кейт: - Сюда, пожалуйста.
Сначала они зашли в кабинет Лусиана, украшенный гораздо ярче и богаче, чем приёмный офис. Её новый знакомый был похож на крёстного тем, что тоже коллекционировал книги, коими были уставлены многочисленные полки. Кейт подумала о своем кабинете тремя этажами ниже - разбросанные в беспорядке папки, доклады, бумаги. Её офис был похож, скорее, на комнату в общежитии, нежели на рабочее место. Кейт даже немного смутилась.
Он зашел как раз тогда, когда зазвонил телефон.
– Да, она здесь. Хорошо, спускаемся, - сказал он в трубку.
Кейт показалось, что он нервничает.
– Боюсь, мы тут все немного в замешательстве. Мой партнер в Абу Даби требует начинать немедленно, и я его понимаю.
– Начинать?
– Готфрид говорил ей о встрече, но из-за всего произошедшего, из-за шума и гама его слова совсем вылетели у неё из головы.
– А, точно.
– Идем со мной. Постараюсь провести вас коротким путем.
Майкл вёл её через лестничную клетку, где расположились роскошные кабинеты.
– Полагаю, вы понимаете, что подобные случаи всегда становятся кошмаром для пресс-службы. Даже представить боюсь, что начнется на бирже, когда это выплывет наружу. А долго держать это в тайне мы не сможем.
Кейт с огромным трудом пыталась вникнуть в детали. Добыча прекращена. Персонал пропал. Катастрофа на новейшей и самой дорогой частной платформе.
– Таким образом, вы оказались тут в не самое удачное время. До вечера мы не станем ничего сообщать пресс-центру, но вы, ведь, уже там не работаете. Так что, ваше мнение будет очень важно.
– Погодите, - сказала Кейт, останавливаясь.
Майкл тоже встал. На мгновение - лишь краткий миг - его спокойствие нарушилось.
– Да. Что случилось?
– Просто... я хочу знать, что происходит.
– Простите, - Майкл коснулся её руки. Вопреки её собственным ожиданиям, ей это понравилось.
– Я бы очень не хотел разводить тайн, Кейт, но у нас тут серьезный кризис. Я бы с удовольствием посидел бы с вами и обсудил будущее компании - и когда-нибудь, мы обязательно так и поступим - но сейчас надо подумать о другом. Примите искренние извинения, что всё так быстро.