Чтение онлайн

— Н-нет… — она старалась и правду сказать, и в то же самое время оправдать себя, — я не нарочно. Мы виделись только раз — меня тогда послали по магазинам. Он был таким добрым и внимательным… обещал писать… Я и не думала, что он вспомнит, но, когда пришло письмо, я… я конечно же ответила… Мне не хотелось портить сказку признанием, что «Огилви-Мэнор» — приют для сирот… Я же не думала, что Рори напишет еще и еще.

— А, письма! Они действительно такие компрометирующие?

— Да нет! Просто дружеская переписка, только вот…

— Только вот, как вы

сами признались, не хотелось портить сказку. Как я понял, корреспонденция была просто милой игрой, с чего же вы тогда взяли, что приглашение посетить Клуни означает поход под венец?

— Он сказал, нам надо получше узнать друг друга, что ему пора остепениться, а Клуни нужна хозяйка, — объяснила Харриет, видя в этом хоть какое-то оправдание своим безрассудным поступкам.

— Так и сказал? Видно, мой кузен тоже позволил себе предаться фантазии, раз дал понять, что он владеет замком. И что же, по вашему мнению, мой юный доверчивый друг, могло вызвать такое его решительное поведение?

— Могу показать вам письмо, если все еще не верите мне, — заявила она, и тут вдруг все встало на свои места. — Могло ли… могло ли быть это из-за наследства? — Голос ее дрогнул, и она поняла, что скептическое выражение его лица подтверждает эту леденящую душу догадку.

— Так, так. Вы использовали наследство как наживку? Возможно, вы поняли кузена лучше, чем могло показаться с первого взгляда. Английская наследница — привлекательная штучка для Рори. — Это замечание было не из лестных.

— Какая еще наживка? Всего-то пятьдесят фунтов… но для меня-то это было целое состояние! — Харриет вновь заревела, хоть и знала, что это повод для дальнейших шпилек с его стороны, но, к ее удивлению, на его лице вдруг отразились нежность и сочувствие.

— И совершенно без задней мысли вы описали наследство именно так, не правда ли?

— Да, наверное. Но я все объяснила, когда приняла приглашение. Вы полагаете… Вы полагаете, именно поэтому он уехал в такой спешке, мистер Лоннеган?

Он поднялся с кровати и посмотрел на нее сверху вниз.

— Думаю, так все и было, мисс Джонс, так что чем быстрее вы подрастете, тем лучше для вас, — резко сказал он.

— Да, — понуро согласилась она и вдруг забеспокоилась: — Но что же мне теперь делать? Наследство потрачено, и у меня нет… нет денег даже на билет до Англии.

— Возвращаться в постель и спать — вот что делать. И попытаться к утру привести в чувство свою невероятно доверчивую головку. Надо же так понадеяться на свою привлекательность, что даже не купить обратный билет! — недобро отметил он и вышел из комнаты.

Однако заснуть не удавалось. Постель вдруг стала слишком жаркой, лодыжку ломило, и Харриет совершенно неожиданно затосковала по своей маленькой жесткой приютской кроватке. Все, чего ей хотелось, так это проснуться и вновь окунуться в такую знакомую будничную жизнь общины.

Тут ей пришло в голову, что нет никакой необходимости лежать в этой огромной грубой пижаме. Харриет поднялась и открыла свой чемодан в поисках чего-нибудь

более подходящего. Новая одежда, которую она с такой любовью выбирала, чтобы не ударить в грязь лицом во время предстоящего визита, теперь показалась ей дешевой и бедной. Харриет стало еще хуже, едва она припомнила, сколько все это стоило и как легкомысленно она потратила деньги на очень дорогую ночную рубашку и жакет, коими хотела поразить слуг замка. Стоило оставить хоть что-то на билет! Однако, немного приведя себя в порядок, она почувствовала себя гораздо лучше. Уверенность окончательно вернулась к ней, когда она влезла в свою нарядную сорочку и улеглась в постель. По крайней мере, теперь она не будет выглядеть общипанным цыпленком, когда хозяин дома вернется померить ей температуру или перебинтовать ногу.

Но никто не шел, и Харриет устала лежать в темноте. Она набралась храбрости и решилась раскрыть все тайны масляной лампы, стоящей у ее кровати, размышляя, взорвется ли она или плюнет ей в лицо, если сделать что-нибудь не то. К счастью, ничего подобного не произошло, зато фитиль она вывернула слишком высоко, лампа закоптила, в результате ее сорочка покрылась черными пятнышками. И надо же было мистеру Даффу Лоннегану избрать именно этот момент для того, чтобы прервать ее одиночество и войти в комнату с подносом в руках!

— Силы небесные, да ты хоть что-нибудь умеешь, девочка? — Он торопливо поставил поднос ей на колени и поспешил завернуть фитиль.

— Была совсем новая… — Она попыталась смахнуть сажу, но только размазала ее.

— Куплена для свадебного визита, как вижу, — бестактно заметил он. Харриет ответила прежде, чем подумала, что говорит:

— Чтобы поразить слуг, правда.

— Бог мой, что за старомодное замечание! — Непонятно было, то ли он издевается, то ли просто веселится. — Боюсь, вам стоит пересмотреть свои возвышенные идеи об ирландских замках, мисс Джонс. И со слугами здесь те же проблемы, что и в Англии, — их здесь не так много.

— Я думала, замок — звучит так величественно… лакеи и все такое… знаете, как в книгах.

— Боюсь, книги в вашем приюте малость устарели. Рори стоило бы сказать вам, что замков в Ирландии видимо-невидимо и они ценятся не больше, чем простые дома. Теперь ешь свой ужин, пока он не остыл.

Дафф молча наблюдал за Харриет, пока она ела, а когда она закончила, забрал поднос и задернул шторы. Потом он встал у ее кровати, задумчиво глядя на нее.

— Смена наряда положительно пошла на пользу, несмотря на все эти пятна. Тебя хорошо кормили в том месте?

— Да, вдоволь питательного тушеного мяса и пудингов. А что?

— Такая худенькая, но возможно, просто тонкая кость.

— Я всегда была кожа да кости. Матрона говаривала, что я прямо какая-то карикатура на сироту.

— Хм… она достойная женщина?

— Да, очень, всегда заботилась, чтобы выпускать в свет образованных и ответственных девушек. Я ее разочаровала.

— Что так? Недостаточно ответственная?

Она застенчиво улыбнулась в ответ: