Чтение онлайн

– Никогда не думала об этом, – и это была правда. Мама много говорила про «богачей» так, словно они отличались от нас, и в этом я с ней была согласна, но и бедными мы не были. – Может, ты и прав.

Арчер покачал головой, выглядя немного смущённым.

– Не понимаю, почему я вообще заговорил об этом, – сказал он, открывая дверь. – Стоит мне только вспомнить про отца, как я начинаю думать о деньгах.

Квартира начиналась с коридора, за которым я увидела кухню с огромной сверкающей плитой и гранитной столешницей. На кухне стоял мужчина, прислонившись

к кухонному шкафу и глядя в телефон. Он был высоким, с седеющими волосами и кристально голубыми глазами. Когда мы вошли, он посмотрел на нас.

– Арчер, ты дома?

Арчер кивнул.

– Я ночевал у Джоша. Мы выступали вчера.

Он весь вытянулся в струнку, словно его кости соединялись проводами. Арчер посмотрел на меня, а затем снова на мужчину.

– Это Фиби. Фиби, это мой отец.

– Доктор Хьюз, – представился отец Арчера и пожал мне руку. – Рад встрече. И как же вы познакомились?

Я успела заметить, что дверца холодильника за его спиной была совершенна пуста: ни фотографий, ни рисунков. Ничего.

– Моя сестра поёт у них в группе. Луна. Кто же ещё.

Он посмотрел на меня так, будто не совсем понимал, что я имела в виду.

– Ты тоже поёшь?

– Нет. Ни пою, ни играю.

– А Арчер у нас музыкант, – сказал доктор Хьюс и обратил свой взор к сыну. – Что ж, посмотрим, кем он будет через десять лет.

– Большое спасибо, пап, – в его голосе чувствовалась нотка горечи. Я также заметила, как он совсем немного отвернулся от него. – Ты, как всегда, умеешь поддержать.

– Я поддерживаю тебя, – доктор Хьюс положил свой телефон в карман и поднял со стола чемодан. – Только, полагаю, не так, как тебе бы хотелось.

Арчер ничего не ответил, лишь мерно дышал и ёрзал на месте. Луч солнца светил прямо в золотой квадрат на плитке пола у него ног. В комнате воцарилась тишина.

– Моя мама тоже преподаёт в университете, – сказала я, просто чтобы заполнить паузу. Я не собиралась рассказывать ему о том, что до этого она тоже пела в группе, которую потом бросила.

– Да ладно? В каком?

– В университете Баффало. На кафедре изобразительного искусства.

– На кафедре истории искусства?

Его брови взметнулись вверх.

– Студийного искусства. Скульптура.

Я надеялась, что он не станет спрашивать меня, из какого материала, потому что вряд ли он много знает о металле. Что бы о нём подумала мама? Что он не похож на человека с подходящим телосложением. Она бы сказала, что этакому тузу вообще нечего делать в мастерской.

Он кивнул, словно обдумывая мой ответ. Я даже могла предположить, какая мысль сейчас мелькнула в его голове: лучше бы история искусства.

Арчер немного дёрнулся, после чего его натянутая поза стала расползаться по швам.

– Ладно, мы пришли забрать мой тюнер.

Доктор Хьюз кивнул.

– Ну, да, а у меня собрание. Мне пора идти.

Арчер уже пошёл в другой конец квартиры, а я задержалась на одну секунду, прежде чем пойти за ним.

– Было приятно познакомиться, – сказала я перед

уходом.

– Взаимно, – он улыбнулся, и в этот раз он казался искренним.

Арчер прошёл по коридору до своей комнаты. По меркам Нью-Йорка она была большой, в тёмно-сине-—сером цветах. На одной из стен комнаты висела старомодная карта Северной Америки. У него также был постер с альбомом Битлз «Let it be», где Джон, Пол, Джордж и Ринго были каждый в своём квадрате. Широкое окно в черной раме выходило на здание напротив. В одном из окон я увидела флаг Ирландии, рядом с которым стояло что-то вроде пальмового дерева. Арчер включил проигрыватель и установил иголку на лежавшую на нём пластинку. Заиграли «The Kinks».

– Супер.

– Фанатка «Kinks»?

– Ещё бы. Люди считают, что вопрос в том, кто лучше: «Битлз» или Роллинги, но правильнее было бы спрашивать: «Битлз» или «Кинкс».

Я не стала говорить Арчеру, что это мамина любимая фраза, которую я просто повторила за ней. И это неудивительно, ведь это она дала нам с Луной музыкальное образование. Правда, выкинула урок про «Shelter» из курса «Музыка девяностых», но я и это наверстаю.

Арчер улыбался мне, и я почувствовала, как вспыхнули мои щёки.

– И кто бы выиграл?

Я тоже улыбнулась.

– А, ну, «Битлз», конечно же, но так соревнование было бы серьёзнее.

Арчер опустился на колени перед кроватью и достал из-под неё коробку. Я стояла по центру комнаты, не зная, что делать. Стол был завален фотографиями, которые я попыталась незаметно рассмотреть. Как минимум одна из них была с Арчером и симпатичной темноволосой девушкой.

– Хороший цвет, – сказала я.

– Какой цвет?

Арчер рылся в проводах и педалях, доставая и укладывая часть из них на ковер.

– У комнаты. Это же цвет китов.

Я совсем не задумалась о том, как это звучало. Слова вылетели изо рта, не успев пройти обработку в голове. Стоит поставить меня в спальню к симпатичному парню, как связь между мозгом и языком исчезает. Но Арчер опять улыбнулся.

– Именно такой я и хотел.

– Правда? – я почти расслабилась.

Он усмехнулся.

– Ну, не совсем. Но киты мне нравятся.

Арчер стал доставать новые коробки из-под кровати, а я не могла понять, куда сесть, и подошла к окну. Внизу на тротуаре я увидела Рафаэля, помогающего курьеру с огромной коробкой продуктов. Апельсин выпал и покатился к обочине, но этого никто не заметил.

В обычной жизни мне не доводилось забираться так высоко и видеть людей такими маленькими на улицах города, как и скользящие машинки, и перестраивающиеся из полосы в полосу жёлтые такси. Внезапно я заметила, как возникла пауза между песнями, заполняемая потрескиванием пластинки как при помехах на радио. А затем началась песня «Strangers», в которой голос Дэйва Дэйвиса звучал подобно камушкам на дне чистейшего прохладного ручья. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Я чувствовала себя героиней фильма, только вот какого? Не понятно. И я не знала, что произойдёт дальше.