Дети Предтеч
Шрифт:
Мы остановились у больших дверей, которые вели в помещения для отдыха.
— Что дальше? — спросил Кузьмичов. — И как с дислокацией?
— Пока здесь. Мне надо долететь до Кастора, отдохнуть, выловить первого секретаря райкома, он у нас по совместительству завхозом трудится и вот тогда точно скажу куда и как. Сколько человек в отряде?
— Тридцать, обещали до сорока расширить, — сообщил Кузьмичов.
— Отлично. При таком составе можно проводить ротацию по необходимости и без потерь. Ладно. Спасибо тебе лейтенант, ты очень вовремя. У нас сейчас такое начнётся, мама не горюй.
Кузьмичов
Мы вернулись на Кастор, как обычно, под покровом ночи и я плюнул и на субординацию, и на дисциплину, выдал всем два дня выходных. Правда, не помогло. Выспаться в первый день не получилось, потому что поздним утром, где-то часов в девять, в моей комнате, крадущейся лисьей походкой, появилась Рита Столярова.
Я очень чутко реагирую на изменение обстановки в своей норе. Вот и в то утро, я проснулся от скрипа двери (специально петли не смазывал и от чьих-то деликатных шагов). Приоткрыв один глаз, я обнаружил рыжую нечисть, которая топталась на пороге, не зная, как меня разбудить.
— Чего тебе? — недовольно спросил я.
— Товарищ Кирьянов, вам товарищ капитан прислала какие-то материалы про Новикову…
— И тебе не терпелось сунуть в них свой любопытный носик, но ты не смогла расшифровать кодировку, а уникальный ключ только у меня. Диана, скорее всего, тебе отказала, и ты решила разбудить своего командира.
Девушка потупилась. Я вздохнул и открыл оба глаза.
— А как вы догадались?
— Очень просто. Обычно ко мне заходят только две женщины. Вронковская, но она моя правая рука по бумажной работе и Яковенко. Но Диана особый случай.
Смущённая Столярова стала водить глазами по стенам. А у меня было на что посмотреть.
Первая стена была украшена фотографиями с автографами знаменитостей. Да не каких-нибудь киноактёров, а легенд нашей космонавтики, которые венчала фотография Джанибекова со словами напутствия мне лично. Там же были автографы писателей-фантастов. Крапивин, Казанцев, Булычёв, словом, почти все, из наших, советских, которых я читал в детстве. Была ещё пара иностранных писателей… Да, для этого я использовал свою героическую биографию. Но мне не стыдно.
На второй стене висели трофеи с Ирсеилоура и Тангорихкса. Разумеется, только те, которые разрешили взять. Но это уже было неважно. Столярова залипла на стене с космонавтами.
— Да вы романтик, товарищ старший лейтенант, — чуть ли не мурлыкнула она.
— А так? — я откинул одеяло и встал.
Голым я никогда не спал, да и семейники не носил, но знаете, боксёры вкупе с майкой-алкоголичкой они тоже не особо романтично выглядят.
Однако Столярова лишь хихикнула.
— Не получится у вас меня смутить, товарищ старший лейтенант. Мы с вами голенькими в гейзере вместе мылись.
— Раздельно, — оборвал её намёки я, одеваясь, а то мало ли, вдруг кто услышит. Всё-таки здание разведки. — Ладно, пошли.
— Куда? — насторожилась Ритка.
Ох, поздно ты девочка спохватилась. Об этом надо было раньше
— Письмо посмотрим. И поверь мне, если что-то оттуда уйдёт на сторону, то у нас появится новая уборщица на всю неделю.
Я оделся окончательно, проверил ширинку, а вот щетину даже трогать не стал, позже сбрею, и мы пошли в информационный центр.
— Стареете, командир, — заметила Диана. — А я думала, вы на гауптвахту отправите нахалку, когда она к вам попёрлась.
— У нас её всё равно нет, — заметил я. — А я сделал лучше. Возложил на Столярову ответственность за сохранность информации.
— Можно я пойду к себе? — взмолилась девушка.
— Нет, — с наслаждением садиста ответил я. — Это будет твоим очередным уроком. Наглость, для разведчика — второе счастье, но надо знать меру.
Рита надулась, но послушно изучала материалы, собранные нашими коллегами на Земле и пересланные нам. А посмотреть было на что. Нет, будь там что-то такое, явно антисоветское, ей бы поставили метку в личное дело, и к нам она бы не попала. Всё куда проще и смешнее.
Где-то через полгода после моего визита к Новиковым, Катерина, используя инфосеть, создала инициативную группу, которую назвала — угадайте как? Группа свободного поиска. Разумеется, никуда они не летали, но регулярно писали петиции в Верховный Совет СССР, Совмин, ЦК КПСС и лично генеральному секретарю, разрешить школьникам путешествовать в космосе, с целью поиска новых планет, установки контакта с цивилизациями, ещё не найденными землянами.
К этому отнеслись, конечно же, как к милой блажи комсомольцев. Выдавать звездолёты, им никто не собирался, но поддержали, даже кого-то из бывших пилотов космических кораблей, назначили курировать группу, просвещать молодёжь по части космоса. И пометки, которые они получали в личные дела, были положительными: инициативные, ответственные, неравнодушные. Все они были на хорошем счету. Многих из этой группы взяли пилотами срочной службы, с прицелом на последующее обучение. Об этом мне сказала Рита, которая училась на курсах космолётчиков (подготовительные, к службе в армии), потому что с ней на курсах было несколько таких.
— Чудные они какие-то, — сделала выводы девушка и обратилась ко мне. — Товарищ Кирьянов, а что здесь такого секретного и не подлежит разглашению?
— Особо ничего. Просто испытание. Насколько ты способна держать язык за зубами.
Столярова фыркнула, а потом ещё раз перечитав справку, уставилась на меня своими синими глазищами.
— Одно только непонятно. Если их брали на курсы подготовки космолётчиков, то почему она: во-первых, не пошла туда, а во-вторых, оказалась… хм. Откуда вы её забрали?
— В досье же есть, — буркнул я.
— Пехотные части космической поддержки? — не поняла Рита.
— Космодесант, — пояснил я. — Я там служил…
— И её сестра! — закончила за меня девушка.
Я кивнул, а потом поджал губы и покачал головой.
— Всё равно что-то не сходится. Если у неё был план и была цель, то почему она выбрала космодесант, а не военно-космические войска?
— Возможно, план был в другом, — подала голос Диана. — В порядке бреда… Попасть к тебе или вообще сюда, во Внешний рукав.