Чтение онлайн

— Товарищ Яковенко, я надеюсь, вы понимаете, что исчезновение военнослужащей советской армии на неисследованных территориях космоса, это ЧП межгалактического масштаба? — резко спросил я. — Рассказывайте, что вам известно. Это приказ.

— Она не исчезла, — выдавила девушка, стараясь не глядеть на нас.

Мы с Варягом переглянулись, и я достал табельный пистолет.

— Товарищ Мишин, вынужден признать, что в нашем отряде творится полный бардак. Надо срочно исправлять ситуацию. Начнём с показательного разжалования и расстрела.

Ох, девочка,

какие бы древние знания в твои мозги ни внедрили, ты как была девчонкой, так и осталась ей. Перепугалась-то как и даже не смекнула, что у нас здесь не Дикий запад, судов Линча нет, а все расстрелы, я должен проводить, как минимум через военно-полевой суд, а не по желанию левой пятки. Да, мы ликвидируем некоторых сотрудников военной разведки, как Олю Зотову, но для этого нужен приказ подписанный, как минимум полковником Тихоновым и согласованный с руководством ГРУ. И кажется, они его как-то через суд оформили. Ну чтобы два раза не бегать.

— Рассказывай, — уже мягче сказал я Диане. — Обещаю, пока расстреливать не буду.

— На третий день, уже после битвы, когда ты вёл переговоры об отлёте со старейшинами, она напросилась съездить со мной на шуруппакский базар. Там мы встретили Набонахида, торговца из Западного Шуруппака, который путешествует между мирами, покупая редкие диковинки. Видно эта блондинка ему запала в сердце. Особенно, после того как она показательно подстрелила из своей винтовки ворону, стащившего одно из его украшений. Он предложил ей составить ему компанию в следующем путешествии.

Услышав это за пистолетом, потянулся и Варяг.

— Дуры, — с чувством сказал я. — Две малолетние дуры.

— С нами он был искренен, — пыталась возражать Диана. — Я просканировала его.

— Гриш, убери пистолет. Их пороть надо, а не расстреливать. Давай, красавица, добивай.

— Ну мы и решили, что если свяжемся с тобой, будем согласовывать операцию, то ты откажешь или мы потеряем время. Поэтому поговорили, и Катя пошла с ним. И да, я не такая дура. Он меня за колдунью принял. А я пообещала его проклясть, если с моей подругой что-то случится.

— Ты прав Валера. Надо их пороть, — раздался от двери голос Плоткиной.

Я лишь мысленно выругался. Хана и девчонкам и мне и, возможно, нашему отряду и всей операции.

Февраль — март 2008 года

— Вылет строго по графику, Валер. Никакого раньше, — сказала Плоткина. — К тебе претензий нет и не будет. Девушка сознательно нарушила приказ и все инструкции. В том, что с ней случится, будет виновата только она одна и никто больше. Ещё Яковенко, возможно. Впрочем, её особо сурово наказать не получится, из-за её статуса.

— Угу. Я бы взял вместо неё Леонидову в следующий вылет, но руководство строго запретило привлекать к операции гражданских лиц, с непонятным статусом, — развёл я руками.

— Ладно, влепил ты Диане наказание, изолировав до отлёта, в её комнате, и бог с ней, — вздохнула Плоткина.

Мы

сидели в кабинете Веры Семёновны на спутнике Кастора. С того момента, как я узнал об авантюре Новиковой — Яковенко прошло пять дней. Плоткина тогда очень много сказала и мне, как командиру, и Яковенко, как соучастнице. Досталось и Мишину, но так, по касательной. Потом она сказала, что переговорит с Марселем Темиргалиевым о происшедшем и по результату будет вынесено решение. Однако вместо разноса прилетел полковник Тихонов, который провёл со мной беседу.

— Смотри, Валер, такие дела. Если девчонка найдёт что-то полезное или завяжет нужные контакты, сам понимаешь: победителей не судят. Если просто проболтается восемнадцать дней, то тогда или в рядовые или трибунал.

Анатолий Степанович умел доходчиво объяснять. Например, он объяснил, почему ни меня, ни других не будут обвинять в халатности.

— Это вообще другая галактика. По сути дела, вы действуете вслепую. На вас обрушился массив новой информации, плюс пришлось воевать, к тому же вы пытались найти хоть что-то про Детей Предтеч. В такой обстановке всегда что-то идёт не так. Поэтому один просчёт, это вам ещё повезло. Могло бы быть хуже.

— Не хотелось бы мне снова к Новиковым ходить, со второй похоронкой, — вздохнул я.

— И не пойдёшь, — утешил Анатолий Степанович. — Яковенко отправим. Пускай она объясняет, раз считает себя самой умной.

Я вздохнул и не стал ничего объяснять. Ведь мне по существу объяснили.

Сам Тихонов прилетал не только ко мне, но и проверить, как у нас идут дела по превращению Кастор в торгово-перевалочный центр, не только для СССР, а практически для всех земных стран, имеющих выход в космос и инопланетных держав. То, что в итоге мы станем галактическим шпионским центром, подразумевалось, само собой, по умолчанию. Поэтому мне, а вернее, Плоткиной всё-таки добавили кадров для усиления.

Меня же хотели залегендировать ещё глубже, но потом передумали. Приказали начать строительство новой базы, специально для моей группы. Из-за этого у Мишани едва не случился сердечный приступ. Особенно когда я притащил ему планы, того, что я желаю получить и в какие сроки базу желательно построить. В «торговой артели» мы решили оставить приёмную, а то и так все знают, где мы сидим, а это нехорошо.

Я даже не стал вступать в дискуссии, просто смылся куда подальше, сказав, что всё завизировано и возражения пусть пишет в Новый Ленинград, по всем известному адресу.

Куда подальше оказалось спутником Кастора, где мы и общались с Верой и я попытался у неё выпросить выпустить экспедицию пораньше, но, товарищ капитан была непреклонна. Мне нужна полноценная команда, чтобы снова выступить в галактику Стрельца.

— А её место, пусть займёт кто-нибудь другой, — добавила она.

— У нас слаженная команда, — вздохнул я.

— Всё равно тебе потребуется новый человек, если только девочка не сотворит чудо и не найдёт что-то необычное, — едко сообщила Плоткина. — Но чудес не бывает.