Чтение онлайн

Ноябрь 2007 года

Планета, которую мы называли Синей, носила какое-то своё оригинальное название. Но в глубокой древности, ещё до разразившейся на ней войны, ставшей последней. Глобальной, я имею в виду. Так-то людей не переделать, особенно если они одичали и между ними порой случались стычки. Однако, оставшиеся в живых аборигены давно не использовали его, по каким-то неясным нам причинам. Они вообще не выходили в космос

с того времени и, кажется, изрядно деградировали, даже не помышляя о космических путешествиях. Имперцы обозначили её как Аранг Тегорат, то бишь мёртвая планета.

Уровень цивилизации, на момент гибели соответствовал семидесятым годам двадцатого века. Понятно, что никаких посадочных колец там не было, да и не могло быть. И мы и имперцы просто сделали разведку на флаерах, не вступая в контакт с местным населением. Хорошо, что догадались поставить в местах обитания людей датчики, которые собирали информацию, а также изучали речь местных племён. Теперь нам пришлось кружить надо планетой, ожидая, пока информация будет обработана.

— Что это? — спросила меня Столярова, с недоверием оглядывая прибор, который я вручил новичкам.

— Автоматический переводчик, — пояснил я. — Наша, советская модель, АП-21, приспособленная под русский язык, в качестве основного. Незаменимая вещь здесь, во Внешнем рукаве. В остальной галактике могут, более или менее сносно изъясняться на низком имперском, а на окраине галактики, докуда империя не добралась, приходиться выкручиваться. Впрочем, мы взяли за основу технологию Ардат Тангорихкс, потом поискали кое-что в загашниках Предтеч на Кадмии и получили вот это. Даже у американцев подобного нет, а европейцы вообще у нас предпочитают заказывать и не только центральные, а и западные.

Столярова, Либерман и Новикова продолжали молча смотреть на меня. Они пока ещё не сталкивались с такими технологиями.

— Смотрите, как им пользоваться, — вздохнул я и стал показывать, как его приспособить, чтобы аборигенам было незаметно и можно было говорить, как на родном языке. — Через полчаса загрузятся местные наречия и можно будет спускаться.

— Вы бы лучше изучили, с чем нам на планете предстоит столкнуться, — проворчала Стерлядкина, которая пришла к нам в кают-компанию, размять ноги.

— Фигня, — отмахнулся Мишин. — Обстановку я помню, по нашему прошлом визиту. Деревеньки, кучкующиеся в долине на северном континенте. Пара городов, если так можно назвать эти руины, в которых обитают люди. А ещё там бегают какие-то кочевники. Кажется, мутанты.

Марина постучала себя по лбу согнутым указательным пальцем.

— И ещё там не должно было быть никаких миссионеров, способных выйти в космос. У меня память не хуже твоей. И уровень техники там крайне низкий.

— В смысле? — заинтересовался Либерман.

— Да сложно сказать. В нашей научно-технической истории, таких аналогов нет. Там могут соседствовать

как паровые машины, так и примитивные дизельные. Ещё в наличии ручная механика, а кое-где исключительно примитивные орудия труда.

— Как у нас, на Земле, до открытия межзвёздных переходов, — ровным голосом произнёс я. — СССР и США летали в космос, а в Африке, в это время работали мотыгами, даже не сохой.

Стало тихо. То ли из-за моих слов, а может быть в целом из-за ситуации, собравшиеся ощутили неловкость. Я поднялся с кресла и прошёл к экрану, запустив информацию, об изменениях, которые произошли на планете.

— Это всё лирика, ребята, — пояснил им я. — Но Марина права. Надо изучить новые данные.

— Я имел в виду оружие, — стушевался Александр.

— С оружием всё в порядке. Огнестрела нет. Зато есть очень мощные арбалеты, интересного вида мечи и прочие копья, алебарды, бердыши…

Я вывел на экран несколько фотографий, сделанных в прошлый раз. Кажется, союз деревень отбивался от налёта кочевников. Либерман стал заинтересованно их изучать, а я вызвал на экран новые данные. Минуту внимательно читал, что же там произошло в наше отсутствие, а потом развернул монитор к остальным.

— Вот смотрите. Это даже не аборигены, можно выдыхать — чудес не бывает.

Моя команда, практически в полном составе уставилась на экран. За время нашего отсутствия на планете появились некие люди, которые были не похожи на местных жителей, но подходили под описание, данное Джастином.

— У меня версия, — щёлкнула пальцами Марина. — Какие-то мутные инопланетяне наткнулись на планету, обнаружили искусственный интеллект и запустили свой сектантский проект, чтобы вытащить ИИ на свет божий и получить его в своё распоряжение.

— При отсутствии прочих и эта сойдёт за рабочую. Только сразу укажу на слабые звенья: откуда они узнали? Почему у них хватает ресурсов летать по космосу, а выкопать ИИ нет? И так далее.

— Всё эти вопросы решаются крайне просто, — фыркнула Марина. — Спускаемся, захватываем проповедников…

Мы с Гришей Мишиным переглянулись.

— И что дальше? — озадачил я вопросом нашего пилота.

Стерлядкина растерялась и как-то беспомощно осмотрелась по сторонам.

— Ну, наверное, допросим…

— И о чём будем спрашивать? — вкрадчиво спросил я.

— Вам виднее, — отрезала она. — Я пилот.

Я и Мишин опять переглянулись и тяжело вздохнули.

— Эме, солнышко. Пойми, пожалуйста, правильно. Возможно, мы имеем дело с реальными фанатиками, но возможно, что и с аферистами. В обоих случаях надо вести допрос по-разному. Сейчас же мы вообще не представляем, как надавить на пленника, чтобы начать хоть что-то выяснять.

— В любом случае нам надо спускаться на планету и общаться с местными жителями или этими проповедниками, — проворчал Хацкевич, проверяя оружие.