Чтение онлайн

Сей студент меня доконал, и я впала в оцепенение. Утешало лишь то, что в подобном положении бывала не только я. Например, моя мама, преподававшая когда-то в школе литературу, на всю жизнь запомнила ученика, в сочинении по «Грозе» Островского упорно вместо «темного царства» пишущего «тц». Когда моя мама иронически поинтересовалась, что же это за «тц» такое, тот, подумав, предположил: «Наверное, торговый центр?» Вероятнее всего, он списывал с готового комплекта сочинений, в котором для компактности кое-что было сокращено.

Из оцепенения меня вывел мой собственный двоечник, нашедший меня

по расписанию экзаменов и мечтающий получить зачет. Я взбодрилась и приготовилась слушать. Однако день был какой-то неудачный. Студент продемонстрировал формулу и довольно интимным тоном прокомментировал: «Весьма существенно, что эта формула использует несчастные производные». На слове «несчастные» было сделано ударение. Я опешила. Почему они несчастные?.. Я еще понимаю, если бы ученик назвал несчастным себя, вынужденного производные заучивать. Но их самих!.. Может, мне послышалось? Или после вечерников у меня теперь не все в порядке с головой? Я сосредоточилась, и вот… о боже, опять! «Поскольку производные нам требуются несчастные…»

– Погодите, – жалобно перебила я. – Какие?

– Несчастные, – уверенно ответил двоечник. – Ну, грустные такие.

– А… почему они несчастные? – осмелилась уточнить я.

Он уставился на меня с безграничным удивлением:

– Потому что вы нам так сказали.

– Что?!

– Вы сказали, а я записал. Я всегда стараюсь записывать слово в слово.

– Немудрено, что вы при этом ничего не успеваете, надо записывать лишь основное, – прокомментировала я и сунула нос в его конспект. Неужели я дошла до того, что сама не ведаю, что несу? Запуталась в собственных проблемах и пренебрегаю профессиональными обязанностями… Ох, какой у него красивый почерк! Но ни одна фраза не доведена до конца… так я и чувствовала, что, если я несколько раз повторяю одно и то же, кое-кто считает своим долгом и запротоколировать это несколько раз… а тут что? «Это нечастные производные».

– Пишется раздельно, – пояснила я, слегка утешившись. – Мы с вами проходили частные производные. А эти – другие. Не частные. Вот и все. Ладно, давайте зачетку.

У меня не было больше никаких сил. А на очереди еще один вечерник.

– Ну, что бы мне у вас спросить? – уныло вздохнула я.

– Если хотите – про векторное произведение, – улыбнулся тот.

Я спросила. Он ответил.

– А вот если бы вам понадобилось сделать вот это…

– Я бы попробовал так… – оживился он.

– Замечательно! А если бы, например, проблему поставили следующим образом…

– Ну, тогда бы, наверное…

К реальной действительности нас вернул лишь голос лектора, мрачно поведавший:

– Сейчас вас тут запрут.

Я подняла голову. Уборщица нервно потрясала тряпкой перед моим носом.

– A y меня еще есть одна мысль, – сияя глазами, признался студент. – Только мне надо ее хорошенько продумать дома, с бумагой и карандашом.

– Прекрасно, – прокомментировала я. – В смысле, отлично. В смысле, пять.

– Я потом найду вас и все расскажу, – кричал мне вечерник, уволакиваемый собственным лектором по коридору. – Это так интересно!..

Все-таки чудесная у меня работа! Ни у кого больше нет подобной! Бывают моменты – петь хочется. А я еще и зарплату за нее требую. Непорядочно с моей

стороны, честное слово…

– Так я и знал, что ты полезешь на этот пустырь, – выговаривал мне Леша, подкарауливавший за углом. – Ты ведь мне обещала – через пустырь в темноте не пойдешь, а проедешь остановку на трамвае. Ну ради спасения собственной жизни могла бы потратиться, а? Учитывая сложившуюся ситуацию.

– Я не из экономии, – оправдывалась я. – Я задумалась, а ноги сами понесли через пустырь. Я ведь здесь каждый день хожу! А ты как тут оказался?

– Ну, раз уж я понял, что ты полезешь на пустырь, пришлось оказаться. А то убили бы тебя там, а я бы угрызениями совести мучился. Зачем мне это надо?

– Так уж сразу и убили, – не могла не возразить я. – Но ты же не знал, во сколько мы закончим? Этого мы и сами не знали. Сколько же ты, бедненький, ждал?

Леша улыбнулся:

– Честно говоря, я ждал поддверью. И подслушивал. Незабываемое впечатление!

– Для меня тоже, – призналась я. – Поступай ко мне учиться!

– Лучше сразу к тигру в пасть, – покачал головой он, а у меня не было сил, чтобы объяснить ему, какая я белая и пушистая. Может, он сам понимает, только дразнится?

Едва я переступила порог собственного дома, раздался телефонный звонок. «Опять эти инопланетяне, – устало подумала я, поднимая трубку. – Покоя от них нет!»

Но это были не инопланетяне. Звонила Настя.

– Знаешь, – без предисловий заявила она, – я хочу сразу тебе сообщить. Пожалуй, насчет Леши мы ошибались.

– В каком смысле? – тупо осведомилась я.

– В таком!.. – возмутилась моя подруга. – Я трачу собственное время и кучу сил, забочусь о ее безопасности, а она обо всем забыла! Мы же считали, что Леша причастен к этим бандитам, так? Потому что не пристает. Даже ночь у тебя провел, и то не пристал. Мы полагали, это ясно свидетельствует, что его интерес к тебе совсем другого рода. Бандитского.

Я решила не уточнять, что слово «мы» в маленьком спиче Насте не мешало бы заменить на «я», и лишь сказала:

– И что?..

– Я решила убедиться, – с достоинством поведала Настя. – В конце концов, нельзя отметать ни один вариант. Бывают среди мужчин такие… странные. Которые вообще не пристают. Короче, гомосексуалисты и импотенты. Я и подумала: «Нельзя огульно обвинять человека. Может, он не инопланетянин, а просто импотент?»

– И что? – повторила я.

– Да! Он такой! Так что бояться его тебе нечего. Конечно, нечего на него также и время тратить, но это уж твое дело. Если любишь импотентов, трать. По крайней мере я теперь спокойна. Его интерес к тебе не бандитский, а платонический.

– И… и почему ты так решила? – огорчилась я.

– Естественно, произвела испытания, – возмущенно ответила моя подруга. – А ты как думала, с бухты-барахты? Я четыре раза проверяла, будет ли он приставать ко мне. При крайне благоприятствующих обстоятельствах, разумеется. Сегодня была последняя проверка. Окончательная. Любой нормальный мужчина обязательно бы пристал, а этот – хоть бы хны! Так что подозрения с него можешь снять. Да и я, наконец, отдохну. Думаешь, легко было гоняться за этим типом по всему городу?