Чтение онлайн

Энрике Мартинес был зол, и не скрывал этого. Его все же оставили в Чечне, но запретили покидать Грозный, заставив заниматься штабной работой. Конфликт с местными, причем серьезный, со стрельбой, наверняка с кровью - такого командование не хотело. По сути, ссылка в Грозный была Мартинесу на благо, ведь помешанные на законах чести и кровной мести чеченцы могли и поквитаться с "неверным", вмешавшимся так нагло и бесцеремонно в их дела. А так офицера было не достать, если только и впрямь развязать полномасштабную войну. Но появились эти "пиджаки", и капитан понял, что с относительным уютом и безопасностью большой базы придется, пусть временно, но распрощаться.

–

Пройдемте в штаб, - предложил Мартинес, указывая на бронированные "Хаммеры" с гостеприимно распахнутыми задними дверцами.
– Доложу обстановку, господа, а там уж сами делайте выводы!

Устроившись в одном из джипов, рядом с водителем которого уселся сам Энрике Мартинес, Говард с Уоллесом за время недолгой поездки успели оценить размах работ. Все моряки, не стоявшие в карауле, трудились на стройке, возводя вокруг аэродрома настоящую крепостную стену. Бетонные блоки в полтора человеческих роста, поверх - спирали колючей проволоки, через равные промежутки были оборудованы наблюдательные пункты и огневые точки с пулеметами и гранатометами. Если кто-то извне решится атаковать базу морской пехоты, его встретит плотный огонь, заставит смешать порядки, остановиться, а затем подоспеет авиация, или державшиеся в глубине территории бронемашины LAV и самые настоящие танки "Абрамс", которые вомнут в землю ублюдков.

– Прошу, господа, - капитан Мартинес указал на планшетник, заменивший даже в армии бумажные документы.
– Это - территория Чеченской республики. Наши гарнизоны находятся здесь, в Грозном, разумеется, и во всех крупных городах с населением хотя бы пять тысяч человек. Это отряды численностью от отделения до роты, иногда с бронетехникой. Чечня - самый проблемный регион России. Местное население видит себя независимым ото всех, чеченцы ненавидят русских, но и между собой постоянно грызутся. Они поделены на тейпы - кланы - между которыми всегда есть старые счеты. А если мы пытаемся вмешаться, развести их, эта свора готова кинуться и на нас.

– У вас абсолютное превосходство в технике, есть танки, бронемашины, вертолеты, - отмахнулся Говард.
– Чеченцы будут ворчать, но сидеть смирно.

– Здесь в каждом доме хранится целый арсенал! У них на руках море оружия, причем не только автоматы. По нашим данным, в горах припрятано немало ПЗРК, и русские SA-14 [5] , и "Стингеры" американского производства, попавшие к боевикам прежде через третьи руки. Мы с ними справимся, не сомневаюсь, но это обойдется немалой кровью.

Разговор прервало появление нового персонажа, на которого невольно отвлеклись гости. В тесную каморку, служившую личным кабинетом капитана Мартинеса, вошла молоденькая девушка, худощавая, но вовсе не тощая, смуглая, как уроженки этих мест. Удивление вызвало то, что одета она была в полевой камуфляж, такой же, как на остальных морпехах, подогнанный по ее фигурке.

Взглянув большими печальными глазами на приезжих, чеченка, склонив голову, протянула Маритнесу флягу, к которой тот приложился, сделав несколько больших глотков. Возвращая сосуд девушке, он неожиданно тоже чуть склонил голову, произнеся негромко:

– Рахмат!

Девушка исчезла, словно растворившись на месте, а морской пехотинец, увидев изумление на лицах гостей, хмуро пояснил:

– Мы привезли ее из Урус-Мартана, вытащили

с боем. С гор спустилась банда, ее семью убили в их собственном доме, а ее саму хотели изнасиловать всей толпой, человек пятьдесят, не меньше. Нам повезло появиться там не слишком поздно, когда все только началось.

Никто не сказал в ответ ни слова, Уоллес с Говардом лишь переглянулись между собой. А затем агент ЦРУ сообщил морпеху:

– Как раз в Урус-Мартан нам нужно попасть немедленно. Насколько мне известно, там обосновались люди полевого командира Хусейна Шарипова?

– Верно. Превратили город в крепость, устраивают там жизнь по законам шариата - публично порют розгами, режут головы, насилуют всех чужеродцев, и женщин, и мужчин. И постоянно что-то делят с соседями.

– Мы поможем вам, капитан! Заберем с собой самых из местных, тех, кому не живется мирно, и займем их делом далеко отсюда. Ну а оставшихся вы как-нибудь сумеете удержать в узде, надеюсь!

– Собираетесь пустить волков в овчарню? А не боитесь, что эти дикари, опьянев от крови и вседозволенности, начнут резать без разбора всех, и тогда уже вам придется удерживать их в узде?

– Это не ваше дело, капитан, - зло одернул морпеха Говард.
– Вы получили приказ? Так извольте доставить нас в Урус-Мартан! А там мы сами как-нибудь со всем разберемся!

В город, занятый боевиками, вылетели со всей помпой. Гости погрузились в камуфлированный "Ирокез", в грузовой кабине которого нашлось место для самого Энрике Мартинеса и для двух вооруженных до зубов морпехов. Один из моряков суетился возле установленного в проеме распахнутой двери шестиствольного "Минигана", а второй все время полета сидел на жесткой скамейке, монотонно пережевывая "бабл-гам" и слушая какую-то музыку в плейере.

Возможно, Мартинес и не шутил насчет царившей здесь напряженности, а возможно, просто пускал пыль в глаза гостям, но эскортом при "Ирокезе" пошел ударный вертолет AH-1Z "Вайпер", из-под коротких крылышек которого грозно свисали ракеты "Хеллфайр" и блоки семидесятимиллиметровых НУРСов, а из-под фюзеляжа торчала трехствольная пушка калибра двадцать миллиметров. Боевой геликоптер занял позицию слева-сзади транспортного UH-1N и выше его на сотню ярдов, словно опытный телохранитель.

Перелет занял не больше получаса, хотя и этого Рональду Говарду, привыкшему не к шумному и тряскому нутру десантного вертолета, а к роскоши первого класса салона какого-нибудь авиалайнера, хватило с лихвой. Пара вертолетов, пугая гулом турбин суетившихся внизу людей, прошла над городом, направившись к центральной его части. Экипаж "Ирокеза" выбрал для приземления просторную площадь, к которой со всех сторон уже стекалась толпа, а "Вайпер" завис над Урус-Мартаном, чуть в стороне, в случае неприятностей гарантированно накрывая залпами ракет FFAR центр города... и выгружавшихся из вертолета американцев. Завис - и тотчас оказался на прицеле, когда из переулка выкатился на площадь тяжелый армейский "Урал" с ЗУ-23-2 в кузове, вокруг которой деловито суетился расчет.

Ступив на твердую землю, Говард сразу заметил развевавшийся над большим, казенного вида зданием, наверняка бывшей местной мэрией или чем-то еще подобным, зеленое знамя с затейливой арабской вязью. Увидев это, эмиссар "Юнайтед Петролеум" впервые засомневался в том, что они сделали, дав повод диким, кровожадным народам добиваться еще большей независимости, чем имели прежде. А для тех, кто по духу так и остался в средних веках, своя независимость определялась степенью зависимости соседей, которых лучше всего было превратить в рабов.