Чтение онлайн

Бражников вдруг заметил, что они уже полчаса кружат по окрестностям вокзала. Слюсаренко, следуя в общем потоке, маневрировал на развязках, мастерски втираясь в малейший просвет между машинами, разворачиваясь, срезая путь какими-то переулками, но продолжая кататься по одному и тому же району. А еще от внимания генерала не укрылись сменявшие друг друга каждый пять минут автомобили, как привязанные следовавшие за микроавтобусом. Неновый "Форд" с поцарапанным передним крылом и "десятку" с помятым бампером трудно было не заметить, если иметь хоть немного внимательности. Но, судя по тому, что спутники Бражникова не обращали внимания на хвост, это были свои. Во

всяком случае, сам генерал очень хотел надеяться на это.

– Посмотрите в окно, - воскликнул Максим Громов, указывая рукой на полные прохожих улицы столицы.
– Разве похоже, что рядом идет война? Даже здесь никто ни о чем не знает. Где-то в лесах русские, американцы и чеченцы истребляют друг друга, где-то льется кровь, но в Москве все спокойно. Здесь не слышны выстрелы, не рвутся бомбы, се верят, что наступил мир! Американцы сумели убедить всех, в том числе и самих себя, что принесли спокойствие в Россию, предотвратили гражданскую войну, восстановили порядок ценой малой крови! Война идет где-то на периферии, а здесь ничто о ней не напоминает. Наблюдатели ООН прилетели в нашу страну, но пока не решились выбраться за пределы столицы. Американцы установили настоящую информационную блокаду. Ни о наших, ни об их потерях не говорится в открытую, хотя гробы с телами американских парней продолжают лететь через океан на запад. Пора заявить всему миру о том, что в России есть, кому сражаться за свободу этой страны! Записи, что вы доставили, это лишь начало, генерал! Сейчас военную победу можно обратить в поражение, если представить все в правильном свете. Американцы сильнее нас, в честном бою нам не победить, и потому путь грубой силы не для нас. К тому же время работает на противника.

– Принято решение отвести все отряды с линии боевого соприкосновения, - продолжил Аляев.
– Партизанская война в чистом виде не приносит результата. Американцы заняли оборону на своих базах, отвечая на наши комариные укусы редкими, но мощными ударами. Мы теряем людей, расходуем ресурсы напрасно. Мы соберем все силы и возьмем под контроль какой-нибудь город, проведем масштабную операцию, о которой невозможно будет молчать. Распространение записей со зверствами чеченцев привлечет внимание к России, и когда к нам обратятся взгляды из-за рубежа, мы и продемонстрируем свою силу и возможности. Соберем журналистов, заявим о себе на весь мир!

– Не понимаю, - помотал головой Бражников.
– Эта акция обречена с самого начала! Даже если мы и сможем скрытно перебросить сотни людей в какой-то город, даже если сможем, пользуясь внезапностью, взять его под контроль, мы просто загоним самих себя в западню. Американцы пустят в ход всю свою огневую мощь, сравняют этот город с землей, и весь мир узнает об очередной победе над терроризмом! Пока мы можем добиваться численного перевеса лишь за счет растянутости вражеских коммуникаций, но если соберемся разом в одном месте, янки тотчас туда сгонят всех, кто есть, со всех уголков России. Да, всех, кто у них есть, в одно место...
– вдруг совсем другим тоном, словно разговаривая с самим собой, произнес генерал, и, взглянув на своих собеседников, добавил: - И в этом случае могут не успеть среагировать на то, что творится у них за спиной.

– Это решение было принято единогласно, и вы будете выполнять приказ. Вам придется вернуться в Архангельскую область, чтобы собрать там всех, кто еще сохраняет боеспособность. Все отряды должны отойти резервные базы и быть готовыми выдвигаться по первому приказу туда, куда мы сочтем нужным. И это не обсуждается,

генерал!

– И какой же город вы избрали для этой операции?

– Нижнеуральск. Небольшой промышленный город, менее двухсот тысяч населения, самое то, чтобы оборонять его с нашими силами. При этом он находится в зоне интересов американцев, в городе даже есть небольшой гарнизон, окопавшийся на местном аэродроме. Там мы дадим последний и решительный бой! И там мы одержим победу!

Бражников с сомнением покачал головой. Враг обладал большей огневой мощью, лучшей разведкой, и партизаны сводили на нет эти преимущества за счет высокой мобильности и хорошего знания местности. Они были готовы воевать и умирать, потому что верили в свое дело, но загнать их в город, собрать всех вместе, чтобы американцам проще было со всеми разом расправиться...

– Я не согласен с этим решением, - твердо произнес Бражников, взглянув в глаза Аляеву.
– Мы погубим всех! Сейчас наши бойцы - призраки, внезапно появляющиеся и так же внезапно исчезающие в пустоте. А вы хотите их превратить в мишени! Не знаю, что вы задумали на самом деле, но слишком многое ставите на кон!

– Мишень не может ответить огнем! Бойцы получат все, что нам удалось накопить, все запасы оружия и снаряжения. Китайские товарищи немало смогли нам передать, да и мы сами ищем дополнительные источники снабжения. У партизан будет достаточно зенитных и противотанковых ракет, гранатометов и снайперских винтовок, чтобы превосходство врага в технике перестало иметь решающее значение. Американцам придется посылать в бой своих солдат, жертвовать ими, и в какой-то момент уровень потерь превысит допустимый, и это будет наша победа.

– Этот город просто раскатают по камню огнем артиллерии и ударами авиации!

– Да, ущерб неизбежен, как и потери среди наших людей, но это война! Что же до разрушения города, без ядерного оружия это придется делать долго, гораздо дольше, чем сможет сохранить свою решимость наш враг. Катастрофу Дрездена и Токио им повторить не удастся!

– Что ж, если вы прикажете, я немедленно установлю связь с командирами отрядов, действующих в моем секторе, и передам им все необходимые инструкции.

– Да, я приказываю. А вы обязаны выполнить мой приказ. Я отлично сознаю риск этого замысла, но, поверьте, и те преимущества, которые сулит нам хотя бы частичный успех. Действовать нужно очень быстро, не только мы имеем информаторов во вражеских структурах, противник тоже ведет разведку. Предателей хватает, и мы смогли выявить далеко не всех, так что каждый день, каждый час промедления может обойтись нам очень дорого. Если наши группы перехватят на марше...

Аляев не закончил, да и не нужно было. Бражников понял все без лишних слов. В городе, скрываясь в плотной застройке, действуя, как привыкли, небольшими группами, партизаны смогут противостоять даже американской авиации. В чистом поле же, тем более, если противник будет готов к столкновению, шансов у них просто не останется.

– Каковы на данный момент силы партизан в вашем секторе?
– поинтересовался бывший глава ГРУ.

– До тысячи бойцов. Но есть проблемы с оснащением. Тяжелого оружия мало, ПЗРК вообще по пальцам одной руки можно пересчитать.

– Эту проблему мы решим, есть резервы, как раз на такой случай. Какую-то часть бойцов вам придется оставить на прежних позициях. Когда начнется переброска основных сил, потребуются отвлекающие удары по коммуникациям, думаю, сотни штыков для этого хватит. Им мы тоже подбросим побольше оружия и снаряжения.