Чтение онлайн

– Херовы джепы!
– презрительно фыркнул Гленн, убедившись, что все ракеты, выпущенные по нему, прошли мимо.
– Желтые ублюдки!

"Супер Хорниту" нужно было пересечь наискось Сахалин, затем преодолеть пролив, и тогда никакие японцы за ним не сунутся. Тем более, впереди уже ждет прикрытие. Но противник тоже понимал это, заставив Гленна вспомнить, что максимальная скорость его F/A-18F на пятьсот километров в час ниже, чем у японских "Орлов".

Его настигли над береговой линией. Один из противников выпустил пару ракет "Сайдвиндер".

Полковник активировал систему постановки помех, и за кормой его машины рассыпались фейерверком тепловые ракеты-ловушки. И тотчас над крылом бледными росчерками мелькнули трассеры - кто-то из японцев решил не полагаться на технику, открыв огонь из бортовой пушки "Вулкан".

Джим Гленн успел осознать всю ошибочность американкой политики, когда лучшим оружием снабжали всех подряд, кто бил кулаком в грудь, называя себя союзником Америки и приверженцем демократии. Эти русские хотя бы поставляли своим сателлитам заведомо худшее, нарочито упрощенное оружие с заниженными характеристиками. Сейчас, правда, стало иначе, последние модификации "Фланкеров" и "Фулкрэмов" арабы с папуасами получали раньше, чем ВВС России, но это издержки времени. А вот ему пришлось вступить в бой с лучшими истребителями, когда-либо созданными в Штатах.

Выполнив резкий разворот, так что в глазах на миг потемнело от навалившейся на тело свинцовой тяжестью перегрузки, полковник залпом выпустил оба своих "Сайдвиндера" в ближайшего "японца". Он видел, как дымные следы ракет пересеклись с траекторией F-15, и самолет буквально развалился в воздухе, настигнутый волной осколков. А через мгновение очередь из "Вулкана" прошлась отбойным молотком по фюзеляжу "Супер Хорнита". Двадцатимиллиметровые снаряды оторвали левую плоскость, и истребитель клюнул носом, устремляясь к земле.

– Всем, кто слышит, я подбит! Падаю!
– кричал Джим Гленн в эфир, пытаясь нашарить вслепую рычаг катапульты.
– Покидаю самолет!

Пиропатроны сорвали с креплений плексигласовый колпак фонаря пилотской кабины, а затем мощный удар порохового ускорителя вытолкнул из рассыпавшегося на куски самолета кресло с накрепко притянутым к нему летчиком. Уже когда над головой с хлопком раскрылся купол парашюта, замедлив падение, Гленн осмотрелся, увидев поднимавшийся над сопками столб дыма, но полковник так и не понял, был ли то его истребитель, или японская машина.

Генерал Флетчер нервно ходил по командному центру, бросая взгляд на огромный экран, подернутый "крупой" помех. Проплывавший в безвоздушном пространстве разведывательный спутник был еще слишком далеко, испускаемый им сигнал не коснулся нацеленных в небо антенн. А на земле, на раскиданных вдоль китайской границы аэродромах, уже приводились в боевую готовность эскадрильи "Хорнетов" и "Харриеров" Морской пехоты. Получив приказ, пилоты натягивали на себя летные комбинезоны, техники выкатывали на взлетные полосы тележки с уложенными плотными рядами авиабомбами, в баки крылатых машин хлынуло густым потоком

топливо.

Командир Третьей экспедиционной дивизии Морской пехоты США сделал выводы из собственных ошибок, и теперь вместо пары самолетов к захваченному вероломными японцами острову была готова выдвинуться целая армада, десятки боевых машин. Но для того, чтоб вылет был максимально эффективным, нужна была разведка, координаты целей, тех, которые следует уничтожить в первые мгновения атаки. И потому Флетчер ждал сигнала с приближавшегося к Сахалину спутника.

Оператор, физически ощущавший нетерпение командующего, оторвавшись на миг от консоли, произнес:

– Сэр, спутник войдет в зону приема через десять секунд!

Орбитальный аппарат видовой разведки "Ки Хоул-11", описывая очередной виток вокруг земного шара, приближался к западной части Тихого океана, направив объективы своих сверхмощных камер к поверхности. Через несколько мгновений мелькание помех на экране сменилось четким изображением города, рассеченного на неправильные четырехугольники кварталов прямыми линиями улиц.

– Есть картинка!

И одновременно другой офицер, терзавший аппаратуру связи, произнес, обращаясь к Флетчеру:

– Сэр, на связи генерал Камински из Раменского!

Командующий Третьей экспедиционной дивизией морской пехоты подошел к терминалу видеосвязи.

– Мэтью, добрый день!
– поприветствовал Флетчер своего начальника.
– В прочем, если его можно назвать добрым. Я только что получил подтверждение о потере двух истребителей над Сахалином. О судьбе пилотов ничего неизвестно.

– Скверные новости, - поморщился командующий американским контингентом.
– Если наши парни живы, нужно вытащить их оттуда. Запросите японцев, пусть пропустят спасательные вертолеты.

– Мэтью, какого черта мы будем вступать в переговоры с японцами? Они первыми атаковали, и я готов нанести ответный удар. Авиация пустит на дно их эскадру, после чего накроем их позиции на острове "Томагавками". Мы получаем данные со спутника, и вскоре будем знать всю их систему обороны.

– Не думаю, что это будет так просто, Боб! Насколько мне известно, японцы перебрасывают на Курилы и Сахалин войска со своей территории непрерывно, к тому же к островам приближается их эскадра, не меньше дюжины вымпелов. За ними следят наши субмарины. А на Хоккайдо в полной готовности находятся десятки истребителей.

– Значит, сначала "Томагавки" полетят на Хоккайдо! Нам плюнули в лицо, Мэтью, и я не собираюсь просто утереться и делать вид, что все в порядке!

– Но тебе придется сделать это, Боб! Принято решение не нагнетать обстановку, с японцами попробуем договориться по дипломатическим каналам. Сейчас не время начинать новую войну с передовой азиатской державой!

– Какого дьявола, Мэтью?!
– рассвирепел Флетчер.
– Мы им вломили от души в сорок пятом, повторим и сейчас. Мой дед воевал на Сайпане и Окинаве!