Деловые игры

Annotation

«Библиотека Крокодила» — это серия брошюр, подготовленных редакцией известного сатирического журнала «Крокодил». Каждый выпуск серии, за исключением немногих, представляет собой авторский сборник, содержащий сатирические и юмористические произведения: стихи, рассказы, очерки, фельетоны и т. д.

booktracker.org

КАК ЗДОРОВЬЕ?

А ДРУГИЕ?.

НЕДОРАЗУМЕНИЕ

ИМЕНИ ЛЕСНИКА СЕМЕНОВА

ДЕЛОВЫЕ ИГРЫ

ЗАЛОГ АНШЛАГА

ПА-ДЕ-ДЕ ДОВЕРИЯ

ЗА ВЕНТИЛЯМИ

НЕПОНЯТЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ

ТРОЕ В БАССЕЙНЕ

ПОНИМАТЬ

НАДО!.

АЗБУЧНАЯ ИСТИНА

НА ПОЛЮСЕ

ЧЕБУРАШКА

ПУСТЬ ПИШЕТ ЗАЯВЛЕНИЕ

ЗВЕЗДА ЭКРАНА

ПОКА МЯЧ В ПОЛЕТЕ…

ШЕСТИКЛИНКА

Г. Ю. ЦЕЗАРЬ

Более подробно о серии

INFO

АНАТОЛИЙ НАУМОВ

ДЕЛОВЫЕ ИГРЫ

*

Рисунки Е. Милутки

Библиотека Крокодила. 1984 г.

Дружеский шарж Н. КАПУСТЫ

После того как я родился, окончил среднюю школу и техникум подготовки культпросветработников, я, конечно, не избежал соблазна поступить в медицинский институт. Еще бы, ведь сколько сатириков и юмористов, включая Антона Павловича Чехова, вышло из докторов!

К счастью для моих будущих пациентов, я быстро решил переквалифицироваться в журналисты и успешно сдал экземены в Московский государственный университет. Да это и понятно, ведь не кто иной, как сам Марк Твен редактировал сельскохозяйственную газету.

Теперь я возглавляю в газете «Социалистический Донбасс» сельскохозяйственный отдел. А в свободное от обстоятельных публикаций о пользе тыквы, особенностях борьбы с вредителя ми растений и вреде небрежной уборки кукурузы время успел сочинить несколько сборников юмористических, как, впрочем, и сатирических рассказов и повестей и даже вступить в Союз писателей СССР.

КАК ЗДОРОВЬЕ?

От всей души жаль себя. Знаете, каким цветущим я был?! Иду по улице — прохожие рты настежь. Румянец у меня на щеках — прикуривать можно. Бицепсы из-под рубашки выпирают, как надувные. Аппетит такой, что подавай жареные гвозди — не хуже йога справлюсь.

Сон у меня был — три

будильника не могли разбудить, одни с усиленным электробоем, он колокольный набат имитировал. Сейсмические станции за границей его фиксировали, а я не просыпался.

В «Комсомолке» рубрика есть, «Главный рекорд — здоровье» называется. Если бы на Олимпийских играх разыгрывались медали по этому виду рекордов, я бы запросто оттеснил с высшей ступени пьедестала почета нашу сборную, вместе взятую.

Я, бывало, возвращаюсь с работы домой, а на пороге две-три пионерские делегации. «Поделитесь, дядя Гена, секретом вашего образцово-показательного здоровья. Мы хотим быть такими же крепкими, как вы…» Со студии научно-популярных фильмов однажды приезжали. Засняли обо мне для широкого экрана небольшой сюжет — отбою потом от писем не было. Почтальоны мешками их носили. Все хотели знать обо мне все, особенно женщины. Их очень интересовало, как отражается мое здоровье на здоровье жены…

Я с таким безупречным внешним и внутренним состоянием с докторами общался только по телевизору, в программе «Здоровье». И клянусь собственным, а не телевизионным здоровьем, что на этом мое общение с ними и ограничилось бы, если бы у меня не появилась в профсоюзе рука. Свояк у меня объявился в тех кругах, которые путевками ведают.

Когда он узнал, что я ни разу в жизни не был в санатории, то даже оскорбился.

— Да ты только заикнись! — закричал он, гордый от сознания своих больших возможностей. — Я тебе любую путевку мигом организую. Хочешь — на июль, а хочешь — на август. Притом соцстраховскую, ни копья платить не будешь. Это ж самое лучшее средство еще больше укрепить свое здоровье!

— Так в санатории ж лечиться надо, — возразил я.

— Чудак двадцатого века! — отчитал он меня. — Кто ж в санатории летом лечится? Летом там все отдыхают. Глотнешь таблетку-другую для отвода глаз — и наводи бронзу на фигуру…

От соцстраховской путевки отказаться у меня не хватило сил. Свояк с помощью знакомого доктора состряпал мне такое врачебное заключение, что в санатории, куда я прибыл, слезу пустили от сострадания. Они думали, что я к ним поступил прямо из реанимации. Не веря глазам своим, потому что видели перед собой цветущего мужчину, а веря диагнозу, они назначили мне такой интенсивный курс лечения, что мне впервые в жизни стало дурно. И действительно, понадобилось принять кое-какие процедуры.

Вскоре свояк сделал мне сразу две путевки — на грязи и на воды. С грязей я еще чистеньким выбрался. В том смысле, что медицинский персонал там вредил здоровью летних отдыхающих в меру. А вот на водах пришлось идти, так сказать, ко дну. Главврач здесь очень принципиальный попался. «Я вас всех на чистую воду выведу!» — кричал он. Проще было утопиться, чем уйти из-под его контроля. Он меня буквально загнал в ванну и держал там весь путевочный срок. Я чуть не захлебнулся! Эта жуткая мацеста в конце концов заставила мое сердце куда-то побежать. Может быть, даже к инфаркту.

Так я попал в кардиологический санаторий. С жутким диагнозом: свояк снова постарался. Якобы мое сердце вот-вот должно остановиться, если не принять срочные меры. И мне сразу же строго-настрого запретили море и солнце — чтоб не переохладился и не перегрелся. А процедур и лекарств назначили столько, что дохнуть стало некогда, особенно свежим воздухом — все в очередях на эти процедуры выстаивал. В итоге мое сердце действительно чуть не остановилось. Выбрался я отсюда худым, как спичка, и нервным, будто кассир в продовольственном магазине после шести вечера.