Чтение онлайн

– В жизни не догадаетесь, - настаивал Майк.
– Хоть сто лет пробуйте.

– Кларет?
– снисходительно уточнил Ричард Пратт.

– Безусловно.

– Значит, из какого-нибудь маленького виноградника?

– Может быть, Ричард, может быть. А может, и нет.

– Но сбора хорошего года? Одного из действительно удачных лет?

– Да, это я гарантирую.

– Тогда это навряд ли должно быть трудно, - сказал Ричард Пратт, скучающе растягивая слова.

Мне показалось,

однако, что в его нарочитой скуке и вялой манере тянуть слова было что-то странное - злая морщинка между глазами и затаенная напряженность.

– Нет, это трудный орешек, - возразил Майк.
– Я не настаиваю на пари.

– Правда? Почему же?
– и вновь медленный надменный изгиб бровей и напряженный холодный взгляд.

– Вам будет слишком трудно.

– Вы, видно, не очень высокого мнения обо мне.

– Мой дорогой, - сказал Майк, - если вы так настаиваете, я готов.

– Определить кларет - это не очень трудно.

– Вы хотите побиться об заклад?

– Я, разумеется, хочу заключить пари, - подтвердил Ричард Пратт.

– Ну хорошо, тогда как обычно: на дюжину этого же вина.

– И вы полагаете, что я не смогу определить, что это, так?

– Вообще-то я, при всем моем уважении, не думаю, что вы выиграете.

Майк прилагал все усилия, чтобы оставаться в рамках приличия, в отличие от Пратта, который не скрывал своего презрения ко всей затее. Как вдруг следующий вопрос выдал его несколько больший интерес.

– А если мы с вами поднимем ставку?

– Нет, Ричард, дюжины вполне хватит.

– А если пятьдесят дюжин?

– Нет, это того не стоит.

Майк, выпрямившись, стоял возле своего стула во главе стола, осторожно держа затейливую плетеную корзиночку. У края его ноздрей появилась белая полоса, рот был крепко сжат.

Пратт откинулся в кресле и с поднятыми бровями, полузакрыв глаза, с легкой улыбкой в уголках губ смотрел на него. И вновь я то ли увидел, то ли мне показалось, что в его лице скрыто что-то тревожное, то ли напряженная тень между глазами, то ли хитрый блеск в глубине черных зрачков.

– Так вы, значит, не хотите увеличить заклад?

– По мне, как вам угодно, старина, - сказал Майк.
– Я готов заложиться на все, что вы пожелаете.

Все остальные сидели тихо, наблюдая за ними. Жене Майка было не по себе. Ее рот искривился, она явно предпочла бы вмешаться. От кусков говядины на наших тарелках поднимался легкий парок.

– Так, вы, значит, готовы заложиться на что угодно?

– Я вам уже сказал.

– И даже на десять тысяч фунтов?

– Конечно, если вы захотите.

Майк обрел спокойствие. Он не сомневался, что сможет выставить любую доступную Пратту сумму.

– Так, значит, я могу сам назначить заклад?

–

Да, конечно.

Настала пауза. Пратт медленно огляделся вокруг, сначала посмотрев на женщин, потом на меня. Он как будто напоминал нам, что мы являемся свидетелями заключаемой сделки.

– Майк!
– окликнула миссис Шофилд.
– Может, уже хватит дурачиться? Мясо стынет.

– Нет, это не дурачество, - ответил ей Пратт.
– Мы хотим заключить небольшое пари.

Служанка стояла с блюдом овощей, не понимая, может ли она подойти и поставить его на стол.

– Ну хорошо. Я вам скажу тогда мою ставку.

– Валяйте, валяйте, - откликнулся беззаботно Майк.
– Ваше слово.

Пратт кивнул, и по его губам пробежала короткая усмешка. Затем он, пристально глядя на Майка, сказал:

– Если я выиграю, то вы отдаете мне в жены вашу дочь.

Луиза Шофилд подскочила на месте:

– Что?! Нет! Папа, послушай, это уж совсем не смешно.

– Ах, дорогая, - вмешалась мать, - они просто шутят.

– Я не шучу, - сказал Ричард Пратт.

– Но это действительно смешно, - сказал Майк, снова потерявший уверенность.

– Вы предложили мне назначить заклад.

– Я имел в виду деньги.

– Вы этого не сказали.

– Это подразумевалось само собой.

– Жаль, что вы не сказали об этом прямо. Впрочем, если вы предпочитаете взять свои слова назад, пожалуйста.

– Дело не в том, старина. Это в любом случае не пройдет, потому что вы не можете выставить равный залог. У вас нет дочери, которая пошла бы в заклад, если б вы проиграли, а если бы и была, я бы не захотел жениться на ней.

– Я рада слышать твои слова, дорогой, - сказала миссис Шофилд.

– Я могу поставить все, что хотите, - заявил Пратт.
– Мой дом, например?

– Который?
– уточнил Майк, переходя на шутливый тон.

– Загородный.

– Тогда отчего уж и не второй?

– Что же, если хотите - пожалуйста. Два моих дома.

Майк дрогнул. Он шагнул вперед и аккуратно поставил корзинку на стол. Он передвинул солонку, переставил перечницу, взял в руку нож, задумчиво посмотрел на лезвие и положил нож обратно. Дочь тоже увидела, что он заколебался.

– Папа, пожалуйста, не делай глупостей!
– закричала она.
– Я не позволю так играть мною.

– Ты абсолютно права, милая, - сказала мать.
– Немедленно прекрати этот вздор, Майк, сядь и ешь мясо.

Майк не обратил на нее внимания. Он посмотрел на дочку и улыбнулся неторопливо и по-отечески покровительственно. В его глазах неожиданно загорелся торжествующий огонек.

– А знаешь, Луиза, - улыбаясь произнес он, - знаешь, мы, пожалуй, должны подумать о его предложении.