Чтение онлайн

– Все совсем не так… это была монтировка.

– Боже, – воскликнул Морелли. – У тебя что, месячные?

Я сжала губы.

Он заправил прядку моих волос за ухо и провел кончиками пальцев по щеке.

– Полагаю, завтра я кое–что выясню.

– Что?

– На свадьбах женщина всегда становится легкой мишенью, – пояснил Морелли. И я подумала о монтировке. Как было бы здорово стукнуть ею Морелли по башке.

– Так вот почему ты пригласил меня?

Морелли ухмыльнулся.

Да уж. Он определенно заслужил получить монтировкой по башке. А потом после того, как съезжу по башке, я его поцеловала бы. Пробежала

бы ладонью по твердой плоской груди к его твердому…

У моего локтя материализовалась Бабуля.

– Как здорово тебя встретить, – сказала она Морелли. – Надеюсь, это значит, что ты снова начал обращать внимание на мою внучку. Такая скукотища наступила, когда ты сошел со сцены.

– Она разбила мне сердце, – пожаловался Морелли.

Бабуля потрясла головой:

– Много она понимает.

Морелли с благодарностью посмотрел на нее.

– Ну, я готова идти, – объявила Бабуля.

 – Здесь нечего смотреть. Крышку–то заколотили. Кроме того, в девять часов будет кино с Джеки Чаном, а я не хочу его пропустить. Йааа! – заорала она, изображая кунг–фу.

– Ты можешь пойти с нами посмотреть, – предложила Бабуля Морелли. – У нас еще остался от десерта пирог.

– Звучит здорово, – согласился Морелли, – но мне еще нужно проверить, как там идет дождь. Я сегодня вечером работаю. Мне нужно помочь кое–кому с наблюдением.

* * * * *

Когда мы вышли из похоронного бюро, Торчка поблизости не наблюдалось. Так, может, для того, чтобы от него избавиться, нужно его просто кормить. Я завезла Бабулю и продолжила путь к своему дому. Я разок сделала по парковке круг, заглядывая между машинами, чтобы удостовериться, что меня там не подстерегает Рамирез.

Когда я пришла домой, Рекс бегал по колесу. Стоило мне включить свет, как он остановился и повел на меня усиками.

– Еда! – сообщила я Рексу, демонстрируя коричневый пакет, который всегда сопровождал меня после обеда у родителей. – Остатки барашка, картофельное пюре, овощи, банка маринованной свеклы, два банана, кусок ветчины в четверть фунта, полбулки хлеба и яблочный пирог.

Я отломила корочку пирога и положила в мисочку Рекса. Он чуть не свалился с колеса от возбуждения.

Я была тоже не прочь поесть пирог, но подумала о маленьком черном платье и взамен взяла банан. После банана мне все еще хотелось есть, поэтому я отрезала половину ветчины и сделала сандвич. Смолотив сандвич, я потянулась к барашку. И, наконец, сдалась и съела пирог. Завтра утром первым делом выйду на пробежку. Может быть. Нет! Точно! Ладно, я знала, как это устроить. Я позвоню Рейнджеру и спрошу, не хочет ли он со мной побегать. Тогда он первым делом завтра утром окажется здесь, заставит меня выйти и сделать несколько упражнений.

– Йо, – ответил на звонок Рейнджер. Голос его звучал хрипловато, и я поняла, что уже поздно, и я, наверно, разбудила его.

– Это Стефани. Извини, что звоню так поздно.

Он протяжно вздохнул:

– Да никаких проблем. Последний раз ты звонила мне поздно ночью голой и прикованной наручниками к вешалке для занавески в ванной. Надеюсь, и сейчас не разочаруешь.

Это случилось, когда мы только начинали работать вместе, и я едва знала его. Он ворвался в мою квартиру и освободил меня с клинической эффективностью. Я подозревала, что сейчас бы он поступил по–другому. Мысль

о том, как он находит меня голой и прикованной сейчас, послала жаркую волну по телу.

– Прости, – произнесла я. – Такой звонок случается лишь раз в жизни. А сейчас я звоню насчет упражнений. Э, я могла бы заняться парочкой.

– Сейчас?

– Нет! Утром. Хочу пробежаться и ищу партнера.

– Ты ищешь не партнера, – сообразил Рейнджер. – А крутого погоняльщика. Ты же ненавидишь бегать. Должно быть, беспокоишься, что не влезешь в то черное платьице. Что ты только что съела? Кусок торта? Конфету?

– Всё, – призналась я. – Я только что съела всё.

– Тебе нужно взять себя в руки, Милашка.

Черт, и то правда.

– Ты собираешься бежать со мной или нет?

– Только если ты серьезно настроена привести себя в форму.

– Я настроена.

– Ты ужасная врушка, – упрекнул Рейнджер. – Но раз уж я не хочу работать с какой–то жирной курицей, то буду у тебя в шесть.

– Я не жирная курица, – завопила я. Но он уже повесил трубку.

Проклятье.

* * * * *

Я поставила будильник на пять тридцать, но проснулась в пять и оделась за пятнадцать минут. Подвигнул меня на сей подвиг вовсе не пыл с пробежкой. И я не особенно беспокоилась о том, чтобы успеть вовремя встать из любезности к Рейнджеру. Я боялась, что просплю, и когда Рейнджер ворвется в квартиру, чтобы разбудить меня, я уволоку его с собой в постель.

И тогда что я скажу Джо? У нас в некотором роде соглашение. Правда, никто из нас в точности не знал, в чем состоит это соглашение. В общем–то, сейчас, когда я подумала об этом, мне показалось, что никакого соглашения и в помине нет. На самом деле, больше похоже, что мы на стадии переговоров заключения соглашения.

Кроме того, я не собираюсь ничего делать с Рейнджером, потому что связаться с Рейнджером – то же самое, что прыгнуть с самолета без парашюта. Я временно помешалась на сексе, но не стала глупее, чем обычно.

Я соорудила сандвич и съела его с остатками пирога на завтрак. Потом сделала несколько упражнений на растяжку. Выщипала брови. Переоделась в спортивный костюм. И в шесть часов ждала в вестибюле, когда на стоянку подъехал Рейнджер.

– Черт, – заметил он, – ты и впрямь серьезно настроилась на пробежку. Я не ждал, что ты к этому времени встанешь. Последний раз мне пришлось силком вытаскивать тебя из постели.

На мне был спортивный костюм, а я уже отморозила задницу, размышляя, когда же, черт возьми, появится солнышко. Рейнджер надел футболку с короткими рукавами, и, похоже, совсем не мерз. Он сделал пару растяжек подколенных сухожилий, пару круговых движений шеей и начал бег на месте.

– Ты готова? – поинтересовался он.

Милю спустя я встала, как вкопанная и согнулась в поясе, глотая воздух. Футболка намокла от пота, а волосы мои прилипли к голове.

– Погоди минутку, – взмолилась я. – Меня тошнит. Черт, я действительно не в форме.

И, может, не стоило мне есть ту ветчину и пирог.

– Тебя не тошнит, – заявил Рейнджер. – Вперед, двигайся.

– Я не могу двигаться.

– Еще четверть мили.

Я толклась позади него.

– Черт, я действительно не в форме, – снова повторила я. Думаю, пробежка раз в три месяца – это недостаточно для максимальной физической подготовки.