Дар
Шрифт:
— Хоть он и башибузук, а дело сказывает, — сердито сказал домовой. — Чо эт ты, Аронеюшка, удумала? Чтобы за золото дали тебе бумажки? Чо они ныне стоят? Подуй и улетят. Я б тоже золотом взял! Аль ты себе-то, чо ж, вовсе ничего не возьмёшь? — уныло протянул он. — Вона домик-то ваш перекрыть бы надо — крыша ветхая и чердак скоро протечёт. Да и забор подновить пора бы…
Калина прикрикнул на него:
— Никшни, домовёнок! Не чаешь — Аронеюшка добро желает творить? Не зуди! Проклят этот клад! Кто с его доходов домы строит, тот и вовсе без угла останется! А
— Ратобор-то, вон — живой, — возразил домовой.
— Дык у него и души давно нет! Чернота одна! — возразил Калина. — У него и помирать-то нечему!
Ратобор, прислушиваясь к этой перепалке, тем временем о чём-то размышлял. И вдруг решительно заявил:
— Вот что! Слушайте моё решение!
Глава 12
Фокус с кладом
Происшедшее затем надолго врезалось в память Аронии — до каждой мелочи.
На следующий день после того, как было получено согласие Ратобора — передать клад государству — всё происходило по разработанному ими плану.
Утром Полина Степановна, проснувшись, рассказала внучке свой удивительный сон — будто она обнаружила клад с несметными сокровищами в их огороде, под вишней.
— А сундук совсем такой, как я видела во сне раньше, — восхищённо рассказывала Полина Степановна. — Мне кажется это вещий сон. А что если там и вправду есть клад?
Стоит ли сомневаться, что содержание этого сказочного сна старушке внушил Ратобор, обладающий способности к гипнозу.
И Полина Степановна была очень удивлена тем, что Арония восприняла её рассказ не только всерьёз, но даже с энтузиазмом.
— Надо немедленно раскопать это место! — заявила она. — Вы правы, бабуля — вдруг этот сон вещий!
И, не медля ни минуты, она позвонила и пригласила Ратобора и Владислава — на поиски клада в их огороде. Те на удивление быстро согласились.
Кстати, когда Владислав в очередной раз брал на работе отгул, то услышал от Мережкова угрозу уволить его в самом младшем чине. Учитывая бесконечные переработки Чунильского и выезды в выходные дни на места преступлений, это было, по меньшей мере, несправедливо. У него этих выходных накопилось уже столько, что можно было сплавать, наверное, в кругосветное путешествие.
И вот на участке, где стоял дом Полины Степановны, закипела работа по извлечению клада из-под вишни. При этом — кроме Полины Степановны, Аронии, Владислава и Ратобора — здесь присутствовали, незримо, разумеется — Калина и Михалап. А как без них? Ведь именно Калина указал точное место под развесистой вишней у забора, где он спрятал этот клад. А Михалап наблюдал за порядком. Как-никак — роют-то на подведомственной ему территории, рядом с его домовладением. Да и — что там кривить душой — просто хотелось ещё раз полюбоваться «на богатющее золото и самоцветные яхонты». Когда ещё такое доведётся на его немалом веку?
Яма, над которой трудились с лопатами Владислав и Ратобор, сооружалась по всем землеройным правилам — без применения колдовства. А, в целях наглядности поисков и во избежание всяческих подозрений —
И вот, наконец, лопаты, звякнув, упёрлись в железо. Ещё немного усилий и — вот он, узорный кованый сундук, измазанный в сырой земле. Владислав и Ратобор, осторожно подняв его, поставили сундук рядом с ямой в снег, а затем и сами выбрались наверх.
Владислав откинул крышку…
Арина ахнула.
Полина Степановна, заглянув в него, принялась кружиться вокруг него в танце. А, остановившись, восхищённо воскликнула:
— Совсем такой, как в моём сне! — И немного недовольно добавила: Только там драгоценности лежали до самого верха, а тут всего лишь половина. Ну, ничего! — махнула она рукой. — Нам и этого хватит. Правда же? — обратилась она к остальным кладоискателям. И… оказалось, что рядом с ней стоят только двое — Арония и Владислав. — А где же Ратобор? — удивлённо спросила она.
Но Аронии и Владиславу уже было понятно, что он исчез, прихватив и половину содержимого сундука. Лишь его светлая куртка насмешливо болталась от ветра на суку вишни.
И тут Арония услышала возмущённый шёпот невидимого Калины:
— Вот аспид! Я ж не успел вас окликнуть — он вмиг провернул этот фокус! Как молонья!
— А я ить тебя, Аронеюшка, упреждал! — прошипел невидимый Михалап. — Этому башибузуку веры нету!
Арония лишь виновато взглянула на Владислава, а тот, вздохнув, развёл руками.
— Вот негодяй! — воскликнула Арония.
— Как это — негодяй? Ратобор очень благородный человек! — возразила Полина Степановна. — Он ушёл и оставил нам весь клад! Представляете, какие мы теперь богатые?
— Представляем, — упавшим голосом сказала Арония.
Она чуть не плакала от обиды. Как она могла поверить Ратобору? Раскаялся он! Как же! Правильно Калина говорил — нет у Ратобора души, чернота одна.
Владислав сочувственно приобнял её. А что тут скажешь — решение-то принимала она. Хотя Владислав — как и Калина с Михалапом — не верил ни единому слову этого проходимца. Камушков он Смугляку дал! Как бы не так!
Но — если быть честным — он понимал, что Ратобор так же легко мог забрать и весь клад, но почему-то оставил Аронии её законную половину. Мол, делай с ней, что хочешь! Полу-джентльмен, так сказать. И на том спасибо.
Но делать нечего — надо было и дальше действовать по плану. Не век же стоять над ямой и полупустым сундуком памятником собственной глупости.
— Ну что, я вызываю полицию, Арония? Надо этот клад описать и под охрану сдать, — сказала Владислав.
— Да, — кивнула она. — Вызывай.