Дар
Шрифт:
— Скажи, Инциус… — Рольф замялся, но потом, бросив на жреца затравленный взгляд, все-таки решился: — Почему тебе, говорящему с Богами, не под силу то, что могут безбожные ведуны? Почему они могут узнать, в ком скрывается оборотень, а ты нет?
Вопреки ожиданиям заранее виновато сгорбившегося князя, его вопрос не смутил и не рассердил жреца. Инциус ответил со снисходительной улыбкой:
— Это очень просто, Рольф. Как, по-твоему, кто быстрее найдет в лесу волка — охотник или другой волк?
Князь бросил на жреца удивленный взгляд, но больше вопросов на эту тему задавать
— А с нашим ведуном ты о Даре не говорил? — с тенью надежды в голосе осторожно спросил Рольф.
Инциус бросил на князя острый взгляд. Рука жреца непроизвольно поднялась к груди, где под одеждой висел небольшой кожаный мешочек. Осознав это, Инциус быстро опустил руку, лицо его приобрело непроницаемо-равнодушное выражение.
— С ним бесполезно говорить об этом, — нарочито небрежным тоном бросил Инциус. — Думаю, он не смог бы ничего сделать, даже если бы захотел: он всего лишь Ищущий. И потом, мы ведь не знаем еще точно — кто. Может статься, Ведовской Дар нам и вовсе не понадобится…
Рольф быстро обернулся и схватил жреца за плечо. Глаза его горели огнем мрачной ярости. Сегодня вечером Рольф был трезв, и непривычная трезвость не лучшим образом влияла на его разум: стряхнувший на время привычное хмельное отупение, князь то и дело терял равновесие, кидаясь из крайности в крайность — уныние, гнев, ярость, отчаяние, бессильная покорность судьбе и бешеная ненависть к ней же, все смешалось в его душе в жуткую гремучую смесь.
— Нет, жрец! — яростно процедил Рольф. — Я не хочу рисковать! Я и так уже слишком многое потерял в этой жизни, и на этот раз своим «может статься» ты от меня не отделаешься!
Инциус спокойно, не отводя глаз, выдержал прожигающий взгляд Рольфа. И снова князь сник под холодным взглядом жреца и, бессильно отведя глаза, убрал руку с его плеча.
— Зачем тебе мои дети, Инциус? — все так же глядя в сторону, глухо спросил Рольф.
— Твои дети? — Инциус казался удивленным, но не слишком сильно. — С чего ты взял, что они нужны мне?
— Я не настолько глуп, чтобы поверить в то, что ты торчишь в этой глуши для того, чтобы защищать меня и мою семью от тварей из Нижнего Мира. — С горечью проговорил князь. — Ты больше меня боишься их потерять… Хочешь забрать их у меня?
— Если бы я хотел их забрать… — жрец поджал губы и с сожалением посмотрел на Рольфа. — То давно забрал бы.
Рольф раздраженно дернул плечом, но сдержался. Князь знал, что жрец говорит правду: в этом деле от него мало что зависело. Как ни мучительно было это осознавать, но не во власти Рольфа было что-то изменить или, наоборот, — отменить возможные изменения. Все, что ему оставалось, это ждать и уповать на благосклонность Жреческого Совета.
— Пойдем-ка лучше в замок, — предложил Инциус, плотнее запахнув плащ. — Скоро совсем стемнеет.
Князь огляделся по сторонам и, зябко поежившись, кивнул. Инциус ободряюще похлопал Рольфа по лечу и они двинулись в сторону недалекого входа в потайной туннель.
Двинутся-то двинулись, но вот дойти до него без приключений им не удалось.
Ленивый дождичек стих так же незаметно, как и начался. Затянувшие небосвод серые
— Впереди, — тихо подсказал жрец, подняв руку.
Рольф резко обернулся и зашарил испуганным взглядом по кустам медвежьей ягоды, на которые указал Инциус. Кусты эти росли по краю небольшого овражка, тянувшегося параллельно замковому рву. В стене этого овражка и находилась дверь ведущего в замок потайного хода. В сгустившихся сумерках Рольф, как ни старался, не смог разглядеть в кустах ровным счетом ничего подозрительного. Кусты как кусты — ни ветка не шелохнется, ни листик не дрогнет, ни единый подозрительный звук не нарушит тишину! Устав напрягать зрение и слух, Рольф недоуменно обернулся на Инциуса и снова вздрогнул: лицо жреца превратилось в темную маску, его широко раскрытые глаза горели в темноте зеленоватым кошачьим огнем. Рольф моргнул, и наваждение схлынуло — Инциус снова стал обычным человеком.
— Смотри вперед! — ледяным тоном процедил жрец и с неожиданной силой сдавил тонкими старческими пальцами плечо Рольфа. — И отпусти меч, он тебе не поможет!
Князь послушно убрал руку с рукояти меча и снова вперил напряженный взгляд в кусты, показавшиеся Инциусу подозрительными. И снова Рольф не увидел ничего угрожающего. Но несмотря на это его все сильнее стала разбирать крупная дрожь — натянутые до предела нервы не выдерживали напряжения. Рольф глубоко вздохнул, пытаясь выгнать из души липкий страх, и уже почувствовал, что ему что-то удается, как вдруг…
— Ро-о-льф-ф…
Прокатившийся по лесу шипящий шепот ударил в уши князя сильнее небесного грома. Пожалуй, ударь сейчас в землю у его ног молния, Рольф воспринял бы это более спокойно, чем произнесенное неизвестно кем собственное имя. Впрочем, Рольфу было чего пугаться: в донесшемся будто из-под земли глухом шепоте ощущалась мрачная темная сила. Окружающие деревья в полном безветрии тревожно зашелестели листвой.
— Ро-о-льф-ф…
Второго оклика Рольф не выдержал. И если после первого князь лишь замер как изваяние, то после второго не смог сдержать испуганного вскрика и бестолково попятился, едва не сбив с ног стоявшего позади него Инциуса. Жрец вовремя остановил князя, уперев ему в спину ладонь. Князь глухо застонал и снова судорожно схватился за меч.
— Стоять! — сквозь стиснутые зубы приказал жрец. — Хочешь жить — замри. И отпусти, наконец, свою железку!
Князь попытался, но не смог разжать сведенные судорогой пальцы. Его трясло от ужаса — теперь увидел и он.
Увидел, как в темных кустах медленно разгораются две алые точки. Князь, даже и без подсказки жреца, уже знал, чувствовал, что эти злые огоньки были глазами неведомой твари, посланной из Нижнего Мира по его, Рольфа, душу. И не было спасения, не было надежды, не было даже возможности умереть в бою, как воин и мужчина! Зачем он вышел из замка?!