Дан приказ...
Шрифт:
– Сколько на спидометре?
– Сто двадцать.
– Сбавь маленько, - неохотно распорядился маршал. Он любил быструю езду.
Машина, чуть уняв ход, приблизилась к следующему населенному пункту. До Братиславы оставалось километров двадцать. Сзади появились наши машины.
– Ну как, Балыкин, сейчас дела в Москве?
– спросил шофера маршал. [250]
Василий Яковлевич Балыкин, уже немолодой сержант, много лет проработал вместе с Ворожейкиным. Всю войну ездил по разным фронтам. Бывал, что называется, в разных переплетах. Прошло всего два дня,
– Хорошо, товарищ маршал, сейчас в Москве. Настроение у москвичей приподнятое. Ведь конец войны не за горами. Все ждут не дождутся победы.
Вдруг шофер метнулся вперед, лег на баранку и сжался в комок.
– Смотрите! Смотрите!
– почти закричал он.
– Стена, стена дома падает!
– Что за чертовщина?
– возбужденно проговорил маршал.
– Нужно проскочить! Нажимай, Василий!
Машина резко рванула вперед и помчалась с еще большей скоростью. Ворожейкин и Павленко успели заметить, как стоявшая впереди, с левой стороны улицы, высокая стена разрушенного дома вдруг надломилась и начала падать на проезжую часть - прямо на них. Стену словно толкнула неведомая сила, и толчок пришелся как раз на половине ее высоты. Слышно было, как огромные глыбы кирпича и цемента ударились о мостовую. По кабине дробно застучали мелкие осколки кирпича. Сзади поднялось облако известковой и кирпичной пыли.
Впереди показались маленькие домики. Городок кончился.
– Остановить машину!
– приказал маршал.
Резко остановились. Петр выскочил из машины и на всякий случай взял на изготовку автомат и гранату. Сильный ветер дул вдоль улицы, а с ним все тянулось и тянулось над землей плотное облако пыли, образовавшееся при обвале стены. Облако скрыло машину маршала от следовавших за ней легковушек.
«Случайный обвал или диверсия?» - сверлила мозг Петра загадка.
– Где остальные машины?
– спросил Ворожейкин.
– Пока не видно. Верно, не успели проскочить.
– Быстро на помощь!
– скомандовал маршал и первым ринулся в густое облако пыли.
Капитан и шофер кинулись за ним. Подоспели офицеры, ехавшие сзади. Неожиданно из развалин прогремели выстрелы. Бой был коротким. Диверсантов, оказавших сопротивление, удалось быстро обезвредить. Среди сопровождавших [251] Ворожейкина, к счастью, не было убитых. Несколько человек получили легкие ранения.
Оказав помощь пострадавшим, двинулись дальше.
Сидя в машине, Петр размышлял о случившемся. Больше всего его поразило, как умело в сложной ситуации действовал маршал Ворожейкин. Этот человек, казалось, не знал страха. Петру и раньше приходилось наблюдать, что он не теряется в минуты большой опасности. Такому можно позавидовать!
Капитану хотелось подробнее узнать о жизни маршала авиации, и такая возможность вскоре представилась. Однажды в Цифере после ужина Павленко долго беседовал с маршалом. Они вспоминали родные места, разговаривали об армейской службе, войне, об учебе. Многое поведал ему тогда Григорий Алексеевич Ворожейкин.
Родился он 17 марта 1895
В 1915 году Ворожейкина призвали на действительную военную службу во второй запасный пехотный батальон. Вскоре он поступил в Псковскую школу прапорщиков, по окончании которой был направлен на Северо-Западный фронт.
После победы Великой Октябрьской социалистической революции командира роты 149-го Черноморского полка штабс-капитана Григория Алексеевича Ворожейкина солдаты и командиры избрали начальником связи 22-го стрелкового полка 3-й стрелковой дивизии. Он быстро заслужил доверие революционных солдат. Ворожейкина назначают командиром полка, затем начальником штаба бригады. В этих должностях он участвовал в боях против врагов Советской власти на Южном и Юго-Западном фронтах.
Окончилась гражданская война. Многие командиры Красной Армии были направлены на учебу для повышения своей квалификации, в их числе - и Григорий Алексеевич. Он попал в Высшую стрелковую тактическую школу.
В 1927 году Ворожейкин вступил в ряды Коммунистической партии, и с тех пор вся его жизнь неразрывно связана с ней. [252]
Несколько лет Григорий Алексеевич успешно командовал 16-й стрелковой дивизией Ленинградского военного округа. Затем - резкая перемена в его военной судьбе: он стал слушателем Военно-воздушной и инженерной академии имени Н. Е. Жуковского. В 1934 году после окончания оперативного факультета Ворожейкин назначается командиром и комиссаром 200-й легкобомбардировочной авиабригады.
Советская авиация развивалась все более быстрыми темпами. На вооружение поступали скоростные самолеты-истребители И-15, И-16, бомбардировщики СБ. В авиационные части из школ прибывали молодые пилоты, имевшие хорошую общеобразовательную подготовку и неплохо разбиравшиеся в авиатехнике, но не имевшие опыта летной работы. Совершенствуя их летное и боевое мастерство, Ворожейкин не жалел ни сил, ни времени. Особое внимание он уделял организации полетов, повышению дисциплины, четкому выполнению уставов и наставлений, регламентирующих порядок и безопасность летной службы. Обучая и воспитывая молодежь, Григорий Алексеевич и сам неустанно осваивал новую технику, новые приемы воздушного боя.
Осенью 1936 года Ворожейкин назначается помощником начальника ВВС Особой Краснознаменной Дальневосточной армии, а незадолго до Великой Отечественной войны - командующим ВВС Приволжского военного округа.
Грянула война, и Г. А. Ворожейкин попросился на фронт. Вначале командовал авиацией 21-й армии, затем - ВВС Центрального фронта. Григорию Алексеевичу Ворожейкину 3 июля 1941 года присваивается звание генерал-майора авиации. В августе того же года приказом Верховного Главнокомандующего он назначается начальником штаба Военно-Воздушных сил, а в 1944 году - первым заместителем командующего ВВС.