Cosmological singularity
Шрифт:
— Мне вообще чужды все разговоры о личном, да и выросла я, не то, что в строгости, просто я из той семьи, где кроме бабушки меня никто и не любил никогда… — О’Нилл грустно улыбнулась. — И вот так поговорить… Я ни с кем не могу. И ты почему-то первый, с кем я вот так легко и просто этим делюсь. Почему-то не страшно, хотя я всегда очень осторожна, что ли… Спасибо.
Я вернул ей улыбку и, найдя её ладошку своей, осторожно сжал, понимающе кивая.
— Я рад, что мы на одной волне. И чувствую точно то же самое. Мне тоже легко с тобой… — хоть
— Но сегодня больше не хочу здесь оставаться… Проводишь меня, пожалуйста? Если я тебя не отвлеку, конечно, — вздохнув, Сара качнула головой. — Устала прилично… Да и нечего мне здесь без Майкла делать. Выпивать не хочу… Я не то чтобы прям любительница. За компанию и по настроению, а пить, ради того, чтобы пить — точно не мой случай. Танцевать тоже не хочется, лучше уж тогда поспать… Дома. В тишине.
— Как скажешь. Я, разумеется, провожу, если ты решила уйти, даже не переживай, — кивая в подтверждение своих слов.
— Так надеялась, что Майкл будет рядом, — О’Нилл тяжело вздохнула. — Так, ладно, больше не буду об этом. Неудобно уже, да и ты, кажется, закипать начинаешь… Мне тоже не нравилось никогда, когда подруги по мальчикам страдали, а эти мальчики что-то там не так сделают, и всё, сразу обидно, так что, да. Пошли, а? — поднявшись с кровати, она подошла к окну и выглянула во двор. — Вроде и дождь больше не собирается. По идее, быстро дойдём. А ты домой потом?
— Нет, я сюда вернусь, — пожимая плечами. — Отец с суток отсыпается, не хочу его беспокоить, сон чуткий, а если разбудить вдруг ненароком, даже через пять минут, как уснул, больше быстро обратно не ляжет, в итоге со сном проблемы, с его работой тяжело… — выдал я как на духу, а потом этому сам удивился.
Ведь правда, так легко…
Через каких-то минут двадцать я проводил Сару до дома. Всю дорогу мы болтали ни о чём, медленно бредя по улице. И хоть она и заметно погрустнела, хоть и просила передать Тёрнеру, если он появится, чтобы позвонил ей прямо оттуда, в этот момент нам обоим, однозначно, было комфортно вместе. Даже тишина воспринималась как что-то не гнетущее, не давящее, и я с благодарностью принял хотя бы такой вариант развития событий.
— Знаешь, а уже и не так грустно, — тепло улыбаясь, протянула Сара.
— Вот и чудесно! А то совсем раскисла чего-то, — я качнул головой.
— Так хорошо, что прогулялись, спасибо большое-большое, что проводил, — просияв, она чмокнула меня в щёку.
— Иди скорее в дом, хорошенько выспись, чтобы завтра всех затмила своей красотой, — подмигивая. — Хоть у тебя это в любом случае получится, ведь ты в любом случае невероятная, но всё же отдохнуть точно будет не лишним!
— Смущаешь! — и щёки О’Нилл, действительно, заалелись. — Это очень приятно слышать… Спасибо.
— Доброй ночи, — и я, приобняв её на прощание, отстранился.
— Повеселись ещё там, — произнесла Сара.
— Обязательно, — кивая.
Ещё раз махнув рукой, я отправился обратно в арендуемый семейством Харлотри дом,
«Потерпи немного, Дер. Тебе обязательно всё воздастся.»
Сара выглядела сногсшибательно. Она была хороша настолько, что все девчонки школы, без преувеличений, завидовали, шепча что-то ей вслед. Ну, конечно, восхитительное платье на точёной фигурке, демонстрирующее такую смелую и красивую татуировку во всём великолепии, простая, но в то же время, такая невероятно изящная причёска, личико, искрящееся счастьем, и, разумеется, самое лакомое, предмет зависти всего женского пола, присутствующего на празднике, — вполне довольный жизнью Майкл Тёрнер в дорогущем костюме, напяленном поверх футболки.
А ведь меньше суток назад из-за кавалера своего плакала.
На этот раз я даже не стал подходить, чтобы поздороваться или отвесить бесполезный комплимент той, что сияла ярче всех софитов в зале. От её улыбки, обращённой только к Майклу, мурашки бегали по коже. Стоило только представить, что О’Нилл хоть когда-нибудь смогла бы так на меня посмотреть, как голова снова кружилась, но я понимал, что это всего лишь мечты, которые уж очень вряд ли в ближайшее время могли бы стать реальностью.
К сожалению.
И всё же, когда парочка отлипла друг от друга по неведомым причинам, Сара направилась к столику, но, завидев меня с Кэнди, миновала напитки и подошла к нам.
— С Колумбом, — хихикнула она. — Какие вы сегодня оба красивые!
Искреннее восхищение в карих глазах практически сводило с ума.
— Про тебя и говорить нечего, выглядишь потрясно, — я улыбнулся, картинно осматривая её с ног до головы.
— Платье — просто зависть! Даже не буду говорить, что не завидую, потому что завидую! — как-то будто действительно обиженно протянула Нельсон. — Покрутись?
И О’Нилл, чуть не взвизгнув от радости, разделила восторг подруги и несколько раз обернулась вокруг своей оси.
— А удобное какое, я не ожидала даже, — с упоением делилась Сара.
— Стоит-то явно целое состояние… Мне бы мама ни за что такое не купила, хоть я и не могу сказать, что мы как-то особо считаем деньги, но такое — точно нет, — горько вздохнув, изрекла Кэнди.
— Моя бы тоже, — закатила глаза О’Нилл. — От родителей подобных снисхождений уже давно не жду.
— О, на карманные, что ли, купила? — неверяще спросила Нельсон, вздёргивая бровь.
— Можно и так сказать, — многозначительно улыбаясь.
— Что-то ты нам не договариваешь, — рассмеялся я.
— А вот, — таинственно произнесла Сара. — Но да ладно, чего обо мне! Как вам праздник?
— Обычно, — пожал плечами я. — В Балтиморе было лучше?
— Знаешь… Не так уже и важно, как там было, в Балтиморе! Главное, что здесь так хорошо… — мечтательно протянула О’Нилл. — Ладно, отдыхайте! Пунша выпить пришла, не хочу надолго с Майклом расставаться, — и, заливисто рассмеявшись, послала нам по воздушному поцелую и упорхнула по своим делам.