Cosmological singularity
Шрифт:
Сколько они были знакомы? Меньше двух недель? И уже проводили вместе ночи? Ну с этим бабником, допустим, всё было понятно. Среди его одноклассниц, да и среди наших, тоже, вряд ли бы собрался хоть десяток барышень с незапятнанной им репутацией. На Майкле, как говорится, и пробы негде было ставить, неужели Сара была об этом не осведомлена? Или же знала, но как и каждая из его бесчисленных бывших, считала, что будет самой особенной и останется единственной?
Глупая…
Глупая девчонка!
Крадучись, я шёл на несколько шагов позади,
Неподалёку от школы Тёрнер, перед этим выслушав что-то эмоциональное от своей спутницы и снова с ней пообжимавшись, отошёл перекурить, а сама О’Нилл направилась в тень клёна с раскрытым учебником физики.
Не теряя ни секунды, я подскочил к ней, против воли растягиваясь в стопроцентно тупой влюблённой улыбке. Сам себя раздражал!
— Дерек, — перекинув локоны на плечо, она обнажила татуировку, не так давно появившуюся на смуглой коже.
И в этом тоже явно был виноват забитый наколками, мать его, Майкл Тёрнер.
— Привет! — выпалил я, тут же цепляясь за ниточку для разговора. — Физика! Как раз сегодня не сделал…
— Вот тоже ничего не понимаю… Да и ладно! — хихикнув, О’Нилл захлопнула книгу и небрежно запихнула её в сумку. — Как-нибудь переживу не самый высший балл. Мама уже смирилась, что добиться от меня отличных оценок не по гуманитарным направлениям нереально, так что…
Я чувствовал, что нас прожигают взглядом, а потому принялся тараторить первое, что пришло в голову:
— Да и ничего! Девушке зачем вообще это знать? Не представляю, чтобы представительнице прекрасного пола в жизни понадобились эти формулы, если она, конечно, не планирует идти на физмат… — закатив глаза. — Хотя учёба, конечно, важна… Но не до абсурда, не зацикливаться, как Бобби!
— Да, — она растянулась в обворожительной улыбке.
— Кстати, ты же в курсе, что скоро День Колумба? — ну конечно же, она была в курсе! Но я никак не хотел заканчивать диалог. — Мы собираемся, чтобы плакаты отрисовать, ты не хочешь присоединиться?
Сара задумалась, слегка нахмурившись, а я, кажется, забыл, как дышать, глядя на неё в ожидании ответа. И даже голова закружилась.
— В принципе, можно, — наконец, капитулируя, при этом снова мягко улыбаясь.
Улыбаясь так, что за одну эту улыбку хотелось продать Дьяволу душу.
— А ещё дел столько, ди-джей наш выпустился в прошлом году, — я запнулся посреди предложения, ведь к нам, опасно сверкая глазами, приближался Тёрнер, — так что мы выбираем, кто займётся музыкальным сопровождением вечера…
— У Майкла хороший вкус, — и О’Нилл так красноречиво посмотрела на него, что я даже растерялся.
Ведь явно не о музыке она говорила…
— Отменный, — Майкл обнял её за талию, подходя со спины, и демонстративно поцеловал в затылок, нарочито лениво оглядывая меня с ног до головы, словно выказывая своё надо мной превосходство. — Так о чём
— Ни о чём, — я замолчал, не в силах справиться со своими эмоциями, с явной досадой опустив взгляд на ладонь Тёрнера, устроенную на боку Сары.
— Музыка, — О’Нилл же, совершенно не обращая внимания на нашу с Майклом безмолвную конфронтацию, просияла. — На вечеринке в честь Колумба. Ищут, кто ей займётся.
— Я могу помочь только парой кассет, и то, с возвратом, — подчёркнуто безразлично протянул он, для приличия даже не взглянув на этот раз в мою сторону, после чего смахнул свободной рукой прядку светлых волос, снова чуть прикрывшую рисунок на теле Сары, словно напоминал мне о чём-то, о чём не следовало забывать.
— Нам нужен ди-джей, — выпалил я, впериваясь в Тёрнера глазами.
— У меня будет занятие поинтереснее, — он самым наглым образом спустил ладонь на попу О’Нилл и ущипнул, что не осталось без моего внимания, да и сама она сдала себя с потрохами, вспыхивая как красное знамя.
От этого жеста стало так… мерзко? Но сил и гордости, чтобы развернуться и уйти, у меня не нашлось.
— Сара, ты идёшь? Мисс Бейкер не любит опозданий, — нарочито небрежно бросил я.
А вот на самом деле же хотелось не просто как можно скорее избавиться от общества Майкла, но желательно ещё и забрать с собой подругу. Да что там, сделать всё, только бы не видеть этих тошнотворных картин их милований, так больно задевающих что-то глубоко внутри…
О’Нилл растерянно глянула на своего парня, будто бы спрашивала разрешения.
— Давай, иди, — как-то лениво и словно безразлично протянул Тёрнер.
— Пока… — немного разочарованно произнесла она.
И Майкл, будто бы понял, что облажался в столь холодном прощании, захотел исправить положение дел и склонился, чтобы чмокнуть свою спутницу в губы. Оставив короткий поцелуй, ехидно улыбнулся и бросил:
— Пока, крошка, — а потом, развернувшись, пошёл прочь.
Хренов кобель!
Сара же грустно вздохнула, провожая его разбивающим моё сердце вдребезги влюблённым взглядом.
А через несколько дней по школе, обрастая всё новыми и новыми подробностями, понеслась новость, что на закрытой вечеринке для ребят с УКЗ, Тёрнер и О’Нилл рассказали о принятом решении встречаться, и это известие добило меня окончательно, ведь на моей памяти Майкл никогда не заявлял во всеуслышание, что он вступает в отношения.
Кажется, на самом деле зацепила…
Когда в городе вспыхнуло здание магазина при бензоколонке, мне на какое-то время даже показалось, что и на мою улицу пришёл праздник. Осторожно выведав у отца, кого признали виновником поджога, я злорадно потирал руки, предвкушая, что О’Нилл, разочаровавшись в своём парне, его бросит. Но, к огромному сожалению, рассказать Саре правду в лоб я не мог, как минимум потому, что шериф, по совместительству, отец, снял бы с меня голову, да упёк бы за решётку собственноручно за разглашение тайны следствия.