Чтение онлайн

В недоумении, он через ММИ сверился с датой, которой оказалось 12 ноября 2259 года, следующий за их прилётом с Луны день. Информация об эксперименте с телепортацией и всех последовавших за ним событиях отсутствовала.

Неужели это был всего лишь сон? Но такой яркий, такой подробный! — поражённо спросил сам себя учёный.

Он ощупал кровать, стены, включил головизор, попереключал каналы — по нему шли привычные передачи. Пребывая в растерянности, прошёл в душ, и, включив холодную воду, умыл лицо. Затем вышел назад в комнату и задумался.

Связываться

с кем-нибудь и говорить о своих снах было неловко, но как-то проверить всё стоило однозначно. Тогда в голову пришла запоздалая мысль — посмотреть напряжение на линиях имплантата. Взглянув на полученные данные, Максим осознал всё коварство ИИ — вольтаж ожидаемо был повышен почти в три раза.

— Вэйра! — крикнул человек во всё горло.

Спустя десяток секунд дверь открылась, а в неё вошла имеющая заспанный вид рыжая девчонка, потирающая кулачками свои зелёные глаза.

— Чего? — спросила она.

Максиму на миг показалось, что мир сошёл с ума… или он сам с него сошёл. После секундого замешательства, в девчонку полетела подушка, но не долетела до цели, ударившись о возникшее силовое поле. Вэйра заразительно рассмеялась.

— И на это наш сверхрациональный ИИ тратит имеющиеся ресурсы? — укоряющим тоном спросил учёный. — Я чуть не свихнулся!

— Ну, надо же было как-то отметить завершение герметизации носовой части корабля? И чем это тебя не устраивает мой облик? — невинно хлопнула глазами напарница, снимая блокировку с модулей памяти имплантата.

— Всем! И ладно интерьер, на зачем понадобилось создавать вторую мобильную платформу? — Максим понял, что происходящее является отместкой за произошедшие недавно в виртуальности события, а точнее — за коварный уход от атаки, сопровождённый крушением ИИ на земную твердь.

— А разве её кто-то создавал? Присмотрись, это же голограмма! — в дверном проёме появилась привычная «мобильная платформа» Вэйры, одетая в серебристый деловой комбинезон. А вышеупомянутая голограмма чуть дёрнулась и развеялась.

— Поставь себя на моё место! Я тут думал невесть что, а меня ещё в проблемах с распознанием голограмм уличают!

— Всё, поняла! Извиняюсь, такого больше не повториться… ну, может быть! — последние слова послышались уже из коридора.

Ну сколько можно! — в сердцах воскликнул учёный.

Уже полностью облачившись в боевую броню, ставшую за проведённое в этой вселенной время второй кожей, Максим решил снять шлем физический, заменив его силовым. Хоть герметизация и была завершена, но, до завершения исследования всех систем корабля и окончания монтажа новых, он решил не рисковать. Компактно сложив шлем, учёный прикрепил его за спину в районе лопаток, и, произведя тестирование скафандра и его окончательную подгонку, вышел в оставшуюся открытой дверь.

Оказавшись снаружи, он убедился, что обстановка его бывшего жилища была воссоздана в одном из прилегающих к главному залу помещений, ранее имевших определённо

жилое назначение. Поэтому, человек решил не убирать декорации для розыгрыша, а только слегка переделать интерьер, превратив комнату в «каюту капитана». Затем Максим прошёл по коридору, вошёл в сердце ещё больше погрузившегося в беспорядок командного центра, и, окинув взглядом рукотворный хаос, направился к центральной голограмме, в проецируемых которой очертаниях угадывалось внутреннее строение корабля.

В воздухе висели схемы трёх уровней звездолёта, отображающие расположение отсеков. Большая часть изображённых помещений была затемнена, некоторые имели постепенно становящиеся ярче контуры, и лишь носовая часть, включающая в себя командный центр, была полностью подсвечена. В воздухе, посреди голограммы, парила активно взаимодействующая с окружением Вэйра. Её пальцы быстро бегали по виртуальным клавишам не менее виртуальных клавиатур, иногда выделяли области на голограммах, и изредка их поворачивали.

Увиденное сильно напомнило Максиму его собственные методы взаимодействия с виртуальной реальностью. Понаблюдав некоторое время за деятельностью напарницы, он решил нарушить тишину, наполненную только ровным гулом систем охлаждения.

— Смотрю, ты вплотную занялась герметизацией. Когда ожидается её полное завершение? И, кстати, что это за новый интерфейс, разве из виртуальной среды не быстрее будет? — громко задал вопросы учёный, находясь ещё далеко от центра зала.

— Быстрее, но не намного, зато так — интереснее! — безапелляционным тоном заявила ИИ. — А расчётное время завершение герметизации корпуса составляет восемнадцать с половиной часов. Ещё несколько часов потребуется на изменение состава и нагрев воздуха. В силовом центре ведётся подготовка к созданию вакуума, — сообщила она текущее состояние дел.

— Смотри-ка, опять идём с опережением намеченного графика! — учёный счёл разумным не оспаривать предпочтения напарницы касательно интерфейсов. И, чуть погодя, добавил, — Как там сфера, в моё отсутствие параметры аномалии не менялись?

— Все отклонения находятся в пределах погрешностей оборудования. Статистика, получаемая от физических сканеров, не менялась, а про невозможность наблюдения в информационном пространстве ты и сам знаешь. Впрочем, и в атаках на информационные щиты установилось затишье, — ответила Вэйра, увеличив масштаб на схеме нижнего уровня и левой рукой коснувшись её где-то в районе двигательной установки.

— Надеюсь, что не перед бурей… — вздохнул Максим. — Возможно, стоит тогда с Наблюдателем пообщаться? Может, чего интересного сообщит, да и в запасе у нас целый день.

— Начнём с того, что на это нам и недели не хватит, а повышение его энергии, с использованием долговременных и множественных вспышек на орбите, чревато изменением баланса температуры и ураганом планетарных масштабов. За такое Наблюдатель нам «спасибо» уж точно не скажет. На осуществление других вариантов у нас нет ни времени, ни ресурсов.