Codename «Прокол»
Шрифт:
— Повреждённое оборудование, получается, указало невозможную область выхода, а энергия была уже затрачена, и не возникнуть канал не мог, ведь это бы стало нарушением причинности. В принципе, всё понятно… кроме одного. Почему нас притянуло именно к этой аномалии? Или она одна на всю вселенную?
— Скорее да чем нет. Сомневаюсь, что разбившийся корабль с чудом уцелевшим магическим реактором и уничтоженной системой контроля является частым явлением. А условия, приведшие к возникновению информационной аномалии, вообще уникальны. И… теперь я уверена, что есть способ вернуться назад.
— А вот это очень хорошая новость. Может, на ней и закончим? Ты, кажется, говорила про завершение создания генераторов? Что-то я совсем счёт времени потерял, пока работал над сферой. Ещё чуточку больше информации, и мой мозг вскипит.
— Как скажешь, командир! — ИИ козырнула и дематериализовалась.
Хорошо же побывать в родной стихии. Давненько столько времени в виртуале не проводил, завидую порой Вэйре!
Учёный усмехнулся, завершил все программы и создал резервные копии полученных в ходе работы файлов. Окружение исчезло, а через миг он открыл глаза уже в реальном мире.
Глава 15
Носовой части корабля исследователи достигли стремительным броском, открывая одну за другой переборки и перегораживая силовыми полями все остальные двери: им не особо хотелось получить удар в спину. И в первую очередь они опасались не за себя, а за возможное повреждение бесценных устройств, во множестве представленных на верхнем уровне корабля, изучение которых способно пролить свет на многие достижения построившей звездолёт цивилизации.
Мелькали дверные проёмы, проносились мимо шлюзы и многочисленные ответвления коридоров. Мушки едва успевали за своими хозяевами, и тем порой приходилось довольствоваться весьма слабым освещением. Впрочем, они в нём особо и не нуждались — многочисленные сенсоры позволяли ориентироваться даже в кромешной тьме.
Тактика «блицкрига» себя оправдала на все сто процентов, и через десяток минут штурмовики ворвались в отсек, которым и заканчивался «левый транспортный коридор верхнего уровня». Оправдали себя и силовые «заглушки», которыми перекрывались проходы: дроиды пару десятков раз пытались атаковать, но так и не смогли прорваться через силовые плоскости. Задевая щит они мгновенно теряли интерес к схватке, если противник не находился в зоне видимости. А этот самый противник очень быстро покидал их поле зрения.
Таким образом, штурмовая группа захватила контрольно-пропускной пункт, на который сильно походило венчающее коридор помещение, без единого удара или выстрела. А через несколько минут исследователи были готовы запрыгать от радости, обнаружив, что ни одно из многочисленных помещений командного центра не пострадало в бою. А это несомненно был командный центр, ведь именно в него шли тысячи кабелей, именно в нём находилось множество всевозможных устройств, и… только в нём нашлись отсеки овальной формы.
Вышеупомянутой овальной формой обладали три зала, один большой (уступающий в размерах «реакторному отсеку» всего в несколько раз), находящийся ближе к носовой части корабля,
Разведчики на всякий случай перекрыли полями все выходы из командного центра и приступили к тщательному обследованию.
Начали, что и не удивительно, с большого зала. Его тридцатиметрового потолка с трудом достигали лучи прожекторов, а глаза разбегались от обилия устройств и вполне материальных кресел, перил и балконов различной формы. С первого взгляда было понятно, что именно отсюда осуществлялась координация всех действий.
Максим оставил выяснение предположительного назначения устройств на Вэйру, а сам приступил к поиску объекта, на который возлагались огромные надежды. Следуя за хитроумно переплетающимися и разветвляющимися информационными кабелями, учёный достиг расположенного в задней стене зала шлюза, имеющего уже знакомую трапециевидную форму.
Открыв обе пары створок, человек оказался в просторном помещении, расположенном как раз между тремя залами, но вход в которое имелся только из большого. Оно оказалось буквально опутано паутиной энергопроводящих и информационных кабелей, соединённых со множеством прямоугольных блоков из кварцевого стекла. У правой стены находилось несколько шкафов с различными деталями, в том числе и отсоединёнными блоками.
А в каждом блоке, двумя рядами по восемь штук, в специальных зажимах располагались носители информации — имеющие октаэдрическую форму алмазы размером с кулак. К каждой из четырёх нижних граней алмаза подходило по одному информационному проводку, а к верхней — по силовому. Соединялись они со встроенными в блок устройствами, а уже из блока выходил шестидесяти четырёх жильный информационный кабель. И входил двухсантиметровой толщины силовой.
«Слушай, а я, похоже, только что нашёл местную серверную! Всё в целости и сохранности», — сообщил напарнице хорошую новость человек. А сам подумал: — Странно, отчего в числе жил, граней и самих алмазов просматриваются различные степени числа «2». Ведь цифровая передача данных отсутствует, а её битность — тем более. Надо будет разобраться.
«Я видела, смотрю трансляцию с твоих сканеров. Скоро приду, а пока разбирайся там сам. Думаю, у тебя особых проблем с этим не возникнет», — ИИ настолько отвлеклась от реальности, что обходя вокруг очередного устройства запнулась о кабель, начала падать вниз… и тремя взмахами крыльев взмыла под потолок.
«Зачем же такое радикальное решение проблемы? А если бы аннигиляционными кромками оборудование поломала? Не проще было, в конце концов, руками ухватиться за находящуюся справа стойку? Такими темпами ты весь зал разрушишь», — укоризненно обратился к напарнице учёный.
«Проще. Но так — интереснее! И вообще, что б ты знал, программа управления крыльями исключает возможность их случайного столкновения с чем бы то ни было. К тому же, взлёт оказался оптимальным решением, ведь прочность стойки неизвестна», — оправдалась ИИ.