Чтение онлайн

– Вовсе нет.

– Отлично, тогда я пойду.

– Так быстро? – с сожалением спросил писатель.

– У меня завтра семинар в колледже, так что предстоит бессонная ночь в компании с учебниками.

– Сколько стоят лекарства? – Грэг потянулся к портмоне, чтобы отсчитать необходимую сумму.

– Их цена слишком высока, чтобы ты смог расплатиться со мной, – на лице девушки заиграла озорная улыбка.

– Правда? И что же это за цена?

– Твоё скорейшее выздоровление.

– Вот как? Тогда я предлагаю проценты к оплате.

– Это становится интересным.

– Может быть, где-нибудь поужинаем?

– Нет. В таком

состоянии тебе следует оставаться дома.

– А как насчёт ужина прямо здесь?

– Я подумаю, – ответила Кейси.

А что, если он неправильно всё понял? Что, если у Кейси есть парень, и она всего лишь отдала дань уважения писателю ужасов, чьё имя время от времени мелькало в газетах?

Оставшись наедине с собственными мыслями, мужчина почувствовал, как место недавнего воодушевления занимает тревога. С чего он взял, что его чувство взаимно? Девушка проявила заботу о больном человеке, дала ему необходимые лекарства, купила недостающие – и что из этого?

«Но ведь она оставила мне свой номер телефона!» – схватился за спасительную соломинку Грэг. Разве стала бы она это делать, если бы ей было не интересно дальнейшее общение с ним?

Возможно, в ней говорило всего лишь женское себялюбие. Послушайте-ка, ей перезвонил тот самый Грэг Фишвик, о котором недавно писали в газетах. В душе мужчины поселился демон сомнений, и совладать с ним оказалось крайне трудно. На каждый довод в пользу того, что Кейси действовала от чистого сердца, находилось какое-нибудь опровержение, доказывающее обратное.

Она без всякой корыстной цели купила и принесла таблетки, ничего не потребовав взамен. Хочет втереться в доверие, а потом попросит взглянуть на неоконченный роман. Не исключено, что через пару дней текст будет выложен во всемирную сеть Интернет.

Как же Грэг ненавидел себя в такие минуты! Иногда он относился к жизни с излишней предосторожностью. Это помогало ему сочинять жуткие истории, но это же служило непреодолимым препятствием к сближению с другими людьми.

«Нужно ко всему относиться проще», – пытался убедить себя писатель, но не мог последовать собственным уговорам. Наверное, ему требовалось показаться хорошему мозгоправу, чтобы избавиться от внутренних противоречий, но он на дух не переносил тех, кто считал себя вправе лезть в чужую голову и ковыряться в хитросплетениях потаённых мыслей.

Чтобы отвлечься от мрачных размышлений, Грэг всё-таки пренебрёг советом Кейси и сел за компьютер. После загрузки рабочего стола мужчина запустил текстовый редактор и открыл последний документ.

«Приближающиеся шаги громилы казались оглушительными, но Венди старалась подавить панику и ничем не выдать своего присутствия. Когда убийца подошёл к двери, она задержала дыхание и приготовилась выстрелить. Он медлил, словно наслаждался охватившим её ужасом. Ему достаточно было повернуть ручку и сделать шаг вперёд, чтобы обнаружить жертву, только он стоял во мраке и жадно втягивал носом воздух, как будто мог уловить запах охватившего Венди страха».

Писатель прекратил стучать пальцами по кнопкам клавиатуры и поднял глаза на монитор. Курсор терпеливо мигал, ожидая следующего предложения.

«Я должен выяснить, почему она оставила мне свой номер», – мысль показалась Грэгу абсурдной. К тому же, он рисковал погубить росток, способный со временем вырасти в настоящее древо взаимных чувств. А что, если Кейси пришлось преодолеть невероятное смущение,

чтобы написать на салфетке несколько цифр и передать их незнакомому мужчине?

«Иногда желание расставить всё на свои места приводит к нежелательным последствиям», – слова одного из персонажей его первого романа. Считал ли так сам Грэг, или ему требовалась очередная высокопарная реплика для эмоционального воздействия на читателя?

Некоторые вещи не имеют объяснения, и их надо принимать такими, какие они есть. Ещё одна аксиома от Грэга Фишвика.

«Я позвоню ей завтра», – нашёл оптимальное решение мужчина.

Утром Грэг почувствовал себя значительно лучше. Болезнь практически отступила, напоминая о себе лишь лёгкой слабостью. Он поднялся с кровати, выглянул в окно и убедился в том, что погода сегодня выдалась солнечная. Яркие лучи играли на ослепительно-белом снегу и сверкали на толстых сосульках, свисающих с крыш подобно зубам хищного зверя.

Заметив, что хозяин не спит, Молли напомнила о своём присутствии нежным прикосновением хвоста. Она спрыгнула с подоконника и подошла к пустой миске, давая Грэгу понять прописную истину: мужчина должен покормить её.

– Хочешь есть? – улыбнулся писатель. – Сейчас, сейчас.

Он насыпал кошачьего корма, после чего включил чайник, чтобы подогреть себе кофе.

«Интересно, во сколько у Кейси закончится семинар?» – мужчина не хотел отвлекать девушку своим неуместным звонком, поэтому предпочёл отвлечься от мыслей о ней и взял в руки электронную книгу. У каждого писателя имелся собственный распорядок дня, и Грэг Фишвик в этом отношении не был исключением. Правда, в отличие от большинства собратьев по писательскому цеху, он предпочитал посвящать утренние часы не писательству, а чтению. Активное чтение – по сути, интенсивное и беспрерывное поглощение новой информации – являлось неотъемлемой частью творчества Грэга. Среди его знакомых писателей имелись и такие, кто считал достаточным пробежаться по нескольким страницам утренней прессы, чтобы не утратить так называемой «литературной закалки», но мужчина не относился к их числу. Он принял за норму ежедневное двухчасовое чтение, после чего следовала прогулка. Писать Грэг садился только вечером.

На экране электронного устройства для чтения отобразилась последняя прочитанная страница романа Дэвида Митчелла «Облачный атлас». Ещё один нарушенный стереотип, согласно которому авторы книг в жанре ужасов предпочитают только страшные истории. За минувший месяц Грэг поглотил четыре объёмных романа, и ни один из них никак не был связан с его личным писательским направлением.

Мужчина переключил несколько страниц и понял, что ему не удаётся сосредоточиться на чтении. Мысли постоянно возвращались к девушке, и чем усерднее он старался вникнуть в текст, тем больше книжные образы вытеснялись воспоминаниями о Кейси Мэрридж.

«Неужели я её люблю?» – вещи, названные своими именами, имеют пугающее свойство. Грэг понял это тотчас, как только мысленно задал себе вопрос об истинной причине желания вновь увидеть Кейси.

Ошеломляющее открытие (доброе утро, Капитан Очевидность!) заставило писателя отложить электронную книгу в сторону. Разум всячески сопротивлялся подобным выводам, приводя веские доводы в пользу того, что Грэг едва знает девушку и не может испытывать к ней столь глубоких чувств, но сердце отчаянно уверяло его в обратном.