Чужак
Шрифт:
Однако они шли довольно-таки решительно. Я спустился по ступенькам и остановился, ожидая, что будет дальше. Увидев меня, процессия слегка притормозила. Теперь толпа приближалась медленно, неохотно, словно у них вдруг пропало всякое желание находиться здесь. Вперед выступила Роза Бертолли, в прежние времена член коллегии адвокатов. Оглянувшись на других, она вздохнула, как бы говоря , полагаю, что этим придется заниматься мне, и повернулась в мою сторону.
— Грег,
Дурацкий вопрос. Меня огрели по башке поленом — что тут спрашивать?
— Что с лицом? — спросила она, когда я не ответил.
— Порядок. Можно сказать. — Я посмотрел на Кроутера-младшего. Его папаша переминался с ноги на ногу: похоже, он был бы не прочь оказаться где-нибудь в другом месте.
— Не буду ходить вокруг да около. Грег… — Отличный выбор слов, госпожа адвокат.
— Мы заседали сегодня. Обсуждали поступок мистера Кроутера. Пришли к выводу, что нападение было неспровоцированным…
— То есть у парня отсутствовала сколько-нибудь убедительная причина, чтобы раскроить мне череп?
– Мы считаем такое поведение трусливым и малодушным и рассматриваем его как серьезное правонарушение, недопустимое в данной, критической для страны ситуации.
Отлично сказано, мисс Бертолли. Вы, должно быть, и в суде говорили исключительно правду, невзирая на лица.
— Грег. — Она посмотрела на меня строго, как и положено юристу. — Совещание единодушно решило, что мистер Кроутер виновен в причинении вам телесных повреждений. Мы полагаем, что он не должен избежать наказания. — Небольшая пауза. — Как вы думаете, Грег? Что скажете?
— Что скажу? Вот интересно, почему меня вы называете Грегом, а парня, который пытался меня убить, мистером Кроутером? — Я перевел взгляд с Кроутера-младшего на Кроутера-старшего. — Странно как-то… Может, дело в том, что я приполз сюда на четвереньках лишь несколько месяцев назад, а эти два мистера Кроутера здешние старожилы и почти миллионеры. — Я кивнул в ту сторону, где лежал оставшийся от Льюиса мусор. — Посмотрите, сколько всего можно купить там за доллар.
— Грег… Мистер Валдива. Извините. — Говорила она вежливо, но теперь в голосе зазвучали ледяные нотки. — Мы же не в зале суда.
— Неужели?
— Я лишь хотела обойтись без формальностей?
— О.
— Я не виню вас за то, что вы злитесь.
— Я? Злюсь?
— Вы пострадали. Нападение было неспровоцированное.
— Нападение? Если бы вас грохнули поленом, как меня, вы назвали бы это покушением на убийство.
— Послушайте, мистер Валдива. Мистер Кроутер, возможно, выпил лишнего, но он не имел умысла…
Я не удержался. Хмыкнул.
— Понимаю. Вы смыкаете ряды. Неуместная шутка. Видите? — Я повернул голову так, чтобы они увидели синяки и прочее. — Мистер Кроутер просто немного пошутил.
— Эй,
— Джим. — Пожилой мужчина за спиной Кроутера-старшего поднял руку. — Джим, Совещание приняло решение. Твой сын виновен. Спорить тут не о чем.
— Вопрос в том, — холодно сказала мисс Бертолли, — каково будет наказание?
Я пожал плечами.
— Не знаю. Но зачем вы пришли сюда? Что собираетесь обсуждать?
Пауза затягивалась. Над водой с криками проносились ночные птицы. Мужчины и женщины беспокойно зашевелились, как будто услышали крики пропавших детей, звавшие их из руин Льюиса.
— Зачем устраивать заседание здесь, перед моим домом? Вы ведь все уже решили, черт бы вас побрал. Вычтете десять долларов из того, что даете ему, мистер Кроутер? Или посадите под домашний арест на недельку? — Я повернулся и шагнул к веранде.
— Мистер Валдива, — остановила меня мисс Бертолли. — Мы, Совещание, сошлись во мнении, что раз уж вы пострадавшая сторона, то вам и определять наказание.
— Умыли руки… — Я покачал головой. — Хотите, чтобы наказание Кроутеру определил я? Почему?
— Потому что если бы это сделали мы, то вы… — Она вздохнула, подбирая слова подипломатичнее. — Если наказание определи вы, то мы… то мы избежим упреков в предвзятости.
— Ладно. — Я согласно кивнул. — Ладно. Звучит справедливо.
Я протянул руку, снял с гвоздя моток веревки и бросил ее старику Кроутеру. Она ударилась ему в грудь и соскользнула на руки.
— Решено. Повесьте его.
Тишину можно было резать ножом. Даже птицы умолкли. Слышался только плеск набегавших на берег волн.
— Здесь есть осветительная вышка. Добрых десять футов. Подвесьте его на ней.
Боже, ну и лица. Они смотрели на меня так, словно я швырнул им под ноги гранату. Кроутер-младший, явившийся с видом задиристого дуэлянта, встревоженно завертел головой, перебегая взглядом с одной маски на другую, и, наконец, умоляюще уставился на отца. Я тоже заглянул в глаза членам Совещания, задержавшись на мисс Бертолли, адвокате.
— Что он сказал? Пап, что сказал Валдива? — слова выскакивали у Кроутера изо рта, спотыкаясь друг о друга.
— Пап? — Побелевшие от страха зрачки замерли, впившись в веревку в руках отца. — Папа? Он… хо… хо…чет повесить меня?
Скрипнув зубами, я шагнул к старику и вырвал веревку из его рук.
— Идите домой, — зло проговорил я. — Идите. Уже поздно.
Сжимая эту треклятую веревку, я поднялся по ступенькам, толкнул дверь и, войдя, с силой захлопнул ее за собой.