Читай по губам...
Шрифт:
— Ивес, все так сложно, — я сидела на полу рядом с котом и пальцами перебирала кончики своих волос. — Я правда не знаю, что делать.
Сейчас Ивес был моей единственной отдушиной и радостью. Возможно, кот чувствовал мою боль, а, может, он просто привык ко мне, но Ивес больше не пытался меня поцарапать. Наоборот, он ложился рядом и давал себя гладить. При этом, на остальных он все так же бросался и шипел, из-за чего даже горничные боялись зайти в эту комнату. Подобное привело к тому, что я решила
Эта комната стала небольшим островком уединения для меня и Ивеса. Подолгу мы с котом вот так сидели на полу и я всякий раз представляла, как дверь открывалась и сюда заходил Доминик. Даже просто от мыслей об этом сердце начинало биться учащенно, а потом оно болезненно сжималось, ведь Моно не было тут. Он все еще в жандармерии.
Был уже вечер, когда в дверь опять постучали и все тот же громила сообщил мне о том, что Прежан желал меня видеть, но на этот раз он находился не в своем кабинете.
— Пожалуйста, оденьтесь потеплее. На улице холодно, а нам нужно отвезти вас в одно место.
Я довольно быстро оделась и, закутавшись в пальто, пошла за громилой. Мне так и не сказали, куда меня отвезут, но, когда мы остановились неподалеку от четырехэтажного здания, я сразу узнала его. Это была больница, в которой лежал Реми.
Под покровом наступившей ночи, меня вывели из машины, но уже вскоре усадили в другую. В ту, в которой на заднем пассажирском сиденье находился Прежан. Я разместилась рядом с ним, замечая, что водителя тут не было. Мужчина явно сказал ему уйти.
— Почему мы тут? — спросила у Прежана. Сейчас он курил сигару, выдыхая дым в приоткрытое окно, но запах был настолько едким и горьким, что сразу приходило понимание — это уже далеко не первая выкуренная сигара. — Вы проверили то, что я сказала? — спросила, ощущая напряжение в собственном голосе.
Только в этот момент я поняла, что взгляд Прежана был направлен на первый этаж больницы. Там, в одном из окон можно было увидеть Реми. Несмотря на позднее время и все такое же ужасное состояние, он сидел на подоконнике и, кажется, чинил свою куртку.
— Да, — наконец-то ответил Прежан. — Информация была проверена и тест ДНК сделан.
— Что он показал? — я не понимала, почему нервничала, но голос опять дрогнул.
— Это действительно Реми.
Я молча кивнула и на некоторое время в машине повисла тишина. Мы вдвоем смотрели на Реми и я ощущала, что в это мгновение Прежан был немного другим. Его присутствие не так сильно давило и почти не истязало льдом.
— Спасибо, — сказал он, выдыхая дым и все так же не отрывая взгляда от брата Доминика.
Я понимала, что это было сказано мне, но толком не осознавала к чему было это «спасибо» поэтому не знала, что ответить. Из-за этого
— Вы же ему поможете? Переведете в частную больницу? — спросила, когда свет в палате парня погас. Судя по всему, он собрался ложиться спать.
— Ему будет предоставлена лучшая медицинская помощь.
— Можно вас еще о кое-чем попросить?
— Да, — ответил Прежан, даже не спросив, что именно я хотела попросить.
— Пожалуйста, позаботьтесь о месье Легране. Он хороший человек. Да, он все это время скрывал Реми и лгал ему, но он это делал, лишь чтобы спасти его. Ради этого он рисковал всем, а сейчас у месье Леграна почти ничего нет и здоровье в критичном состоянии.
Мне было жаль этого мужчину. Хуже всего то, что даже его бывшая жена и дочери его не навещали. Реми ходил к нему, но, при этом, парню самому было плохо. При этом, не было помощи ни от кого и создавалось ощущение, что они никому не нужны кроме друг друга.
Единственное, к Реми иногда приходили друзья, но ничего кроме поддержки они дать не могли, а он бы ничего и не принял бы от них. Казалось, что он предпочел бы в таком состоянии выйти на работу.
На мою просьбу Прежан кивнул, без лишних слов говоря, что месье Леграна он не оставит.
Прежан являлся человеком немногословным и по сравнению с ним я казалась лишь глупой девчонкой. Более того, такие, как я, даже близко не входили в круг его общения, но, пока мы этой ночью ехали обратно в особняк, Прежан разговаривал со мной, как с равной.
Выкуривая очередную сигару, он сказал, что сейчас, касательно Доминика, главным врагом являлся Нуаре. То есть, отец Бенуа.
Именно Нуаре сговорился с моей мамой о написании лживого заявления и, будучи прокурором, он имел связи в преступном мире, на которые сейчас давил, несмотря на то, что это могло плохо закончиться даже для него.
Все это он делал лишь для того, чтобы иметь возможность противостоять Прежану. Судя по всему, Нуаре настолько сильно хотел отомстить за сына, что даже был готов рисковать всем, что у него было.
Прежан прекрасно знал, что за ним следили и по этой причине он пока что не мог лично прийти к Реми. Это же касалось и меня. То есть, мужчина сказал, что пока что мне не стоит ходить в больницу к парню и привлекать к нему нежелательное внимание.
Пока что к нему тайно будет приставлена охрана и Реми, так же как и месье Леграна, переведут в лучшую частную больницу. Это им будет объяснено тем, что подобная медицинская помощь тоже входит в страховку.
Лишь после того, как с Нуаре будет покончено, Прежан придет к Реми и поговорит с ним.