Чтение онлайн

— Пришла навестить тебя, — тихо прошептала. — Какой кофе ты хочешь?

Я не смотрела на Реми. Просто не могла этого сделать, ведь видеть его в таком состоянии невыносимо больно. Хотелось схватиться за ткань его футболки и хорошенько встряхнуть парня. Накричать за то, что он опять полез в драку, а потом крепко обнять его и реветь, уткнувшись в его грудь, просто радуясь тому, что Реми жив.

Но я даже лишнего шага к нему не делала и старалась держать расстояние.

— Как ты? — спросила, прикусывая губу.

— Отлично.

А

я, украдкой посмотрев на него, не сказала бы, что по отношению к Реми хоть как-то можно было произнести слово «отлично».

Рядом с парнем я пробыла совсем недолго. Уже вскоре, даже не попрощавшись, тихонько ушла и, подловив врача, поговорила с ним касательно здоровья Реми.

Все было хуже, чем могло показаться на первый взгляд. Само по себе здоровье у него было не очень хорошее, ведь тот случай, когда Реми шесть лет назад избили, нанес его телу непоправимый вред, который никогда не исчезнет. Парень, действительно, все эти годы жил на лекарствах и сейчас его состояние было крайне ужасным.

Врач прямо этого не сказал, но на лечение парня требовались деньги. Конечно, страховка покрывала большую часть медицинских услуг, но лучше было бы перевести Реми в частную больницу. Вот только, на это у него не было средств. Более того, почти все деньги уходили на лечение месье Леграна, которому сейчас тоже было крайне плохо.

Уже был вечер, когда я вышла из больницы. Моросил дождь и дул прохладный январский ветер, а я, кутаясь в пальто, шла по тротуару вдоль шумной дороги.

Душа сжалась до размера маленького камушка и руки подрагивали. Глаза покалывало и казалось, что я вот-вот начну плакать, но, вытерев закрытые веки тыльной стороной ладони, я быстрым шагом пошла искать такси.

Все очень плохо. Ужасно.

Но с этим стоило хоть что-то делать. Иначе уже ничего нельзя будет изменить. Я и так ощущала, как все постепенно утекало.

С тех пор, как Доминика забрали в жандармерию, я уже несколько раз пыталась поговорить с Прежаном. В основном, для того, чтобы лично попросить у него возможность дать мне увидеться с Моно. Вот только, за все эти дни мне не удалось встретить мужчину.

Сейчас я уже была на грани и, вернувшись в особняк, села в холле, после чего позвонила месье Мартену и сказала ему, что мне срочно нужно поговорить с Прежаном. На своей просьбе я собиралась стойко настаивать.

— Простите, но я уже говорил вам, что у месье Прежана слишком много дел и он не может уделить вам время.

— Пожалуйста, передайте ему, что у меня к нему крайне важный разговор. Это вопрос жизни и смерти.

Судя по всему, или у Прежана было слишком много дел, или он просто не считал, что у меня к нему мог быть действительно важный разговор, ведь, несмотря на то, что я еще несколько раз звонила месье Мартену с просьбой поскорее организовать мою встречу с Прежаном, увидеться с ним я смогла только через три дня.

Это

уже был глубокий вечер и я готовилась ко сну. Даже успела принять душ и переодеться в ночнушку, как, внезапно, в дверь моей спальни постучал некий суровый громила. Он сообщил, что месье Прежан ожидал меня в своем кабинете.

Я быстро накинула на себя халат и, собрав влажные волосы в гульку, пошла за громилой к нужному месту.

Я впервые была в кабинете Прежана. Раньше и близко не подходила к этой комнате, а теперь ощущала тяжесть помещения. То, как оно давило и сковывало, давая себя почувствовать какой-то крошечной и я бы сказала, что никчемной. Или все дело в присутствии Прежана?

Мужчина сидел за своим столом и просматривал какую-то черную папку. На меня он даже не посмотрел, а я, ощущая странную нервозность, сжала ладони в кулаки и сказала:

— Здравствуйте. Я хотела с вами поговорить.

Прежан на мои слова никак не отреагировал. Перевернул лист в папке и продолжил читать строки, а я прикусила кончик языка и решила спросить:

— Простите, но… Мне кажется, или я вам не нравлюсь?

Прошло несколько секунд тишины, после которых, мужчина, все так же, не отрывая взгляда от бумаг, сказал:

— Я считаю, что от твоей семьи слишком много проблем, — Прежан наконец-то посмотрел на меня, но, честно, лучше бы он и дальше просматривал ту папку, ведь теперь, когда взгляд мужчины был направлен на меня, я почему-то еще больше занервничала и даже уловила в сознании стойкое желание спрятаться. Черные глаза Прежана будто бы уничтожали. — Я бы предпочел, чтобы Доминик выбрал себе девушку не из семьи Леконт. Ты самая худшая кандидатура.

Эти слова полоснули сознание и из-за внутреннего бурления мои щеки обожгло. 

— Вы же сами отдали приказ, чтобы меня заселили в вашем особняке, хотя Доминик больше не хочет меня видеть. Я думаю, что вам об этом известно.

— Да. Как и то, что ты изменила моему сыну. Мои люди слишком тщательно наблюдали за тобой, чтобы упустить нечто такое.

Прежан действительно любил Доминика. Я отчетливо уловила то, что он называл его своим сыном.

— Тогда, почему?..

— Почему ты в моем доме? — Готье вальяжно откинулся на спинку своего массивного кресла. Как же он напоминал сурового хищника. — Потому, что, когда Доминик выйдет на свободу, он все равно будет тебя искать.

— Вы решили облегчить ему задачу? Доминик выйдет и вы сразу предоставите меня ему?

— У меня нет привычки лезть в его дела, но я не желаю, чтобы мой сын совершил поступок, из-за которого потом будет сожалеть всю жизнь. С неверной ему девушкой, которую Доминик хотел сделать своей женой, он будет разговаривать в моем доме и с моими людьми за стеной. Не советую пытаться убежать. Вскоре после разговора с Домиником ты все равно будешь отправлена подальше. Я не желаю, чтобы у него была жена шлюха, которая, пока мой сын в жандармерии, ездит в больницу к тому, с кем она ему изменила.