Чинди
Шрифт:
А вот — сомнений не было — остатки аэропорта. Башня полностью снесена, ангары и терминалы разрушены, взлетные полосы заросли кустарником. Но ошибиться невозможно. Им даже удалось различить на краю взлетного поля обломки нескольких самолетов. Винтовых.
— А вот и лунная база, — сказал Пастор.
На плоской равнине было установлено с полдюжины куполообразных сооружений. Рядом с котловиной, которая когда-то могла быть руслом реки.
— Сегодня, к концу дня, мы собираемся спуститься на луну, посмотреть . — Выражение его лица изменилось.
Он вновь покинул свое место и исчез. Кто-то (скорее всего Герман, показалось ей) заметил, что у них гораздо больше вопросов, чем ответов.
На экране появился Том Айсако, руководитель экспедиции на «Кондоре».
— Мы сейчас на несколько минут прервем передачу. Джордж, очень похоже, что здесь несколько спутников. Они здесь, но мы не можем их наблюдать. Спутники-невидимки .
Джордж стоял с отвисшей челюстью. Для него это было уже слишком. Аликс похлопала его по плечу, напоминая: надо ответить.
— Хорошо, — выдавил он. — Продолжайте держать нас в курсе.
Экран померк, оставив лишь логотип «Кондора».
Незамедлительно вмешался Билл.
— Капитан, ведь это объясняет, почему мы не видим передатчик.
— Системы светомаскировки? — спросил Ник. — Но от кого? Я имею в виду, кто вообще здесь бы их наблюдал? И зачем?
8
Нет ничего столь угнетающего, как неприятная тишина.
— Хатч, я нашел передатчик .
Она находилась в центре управления экспедицией.
— Где? — спросила она.
Билл изобразил на экране 1107, прочертил орбиту и отметил искомую позицию.
— Кажется, доктор Айсако был прав .
— Отклоняющая свет система?
— Да. Или что-то подобное. И она же маскирует выделяемое тепло .
— И этот источник по-прежнему ведет передачу в направлении все той же цели? То есть точки «B»?
— Сдается, что так .
Последовали новые восторги, объятия и требования очередной порции шампанского. Степенная, уравновешенная группа, которая в первые несколько недель мирно смотрела фильмы и играла в бридж, вдруг стала почти буйной. Хатч уступила, размышляя о том, когда в последний раз ей доводилось встречать людей, так быстро меняющих настроение.
— За Семерку Хокельмана, — провозгласил тост Ник. Джордж предложил выпить «за наших соседей, которых, надеюсь, удастся обнаружить». Герман, особенно обаятельный, поскольку был искренним, предложил тост «за нашего великолепного капитана».
В знак признательности Хатч отвесила легкий поклон. И приказала Биллу продемонстрировать пространственную конфигурацию траектории орбиты и направления передачи сигнала к точке «B».
Огни погасли, и в углу отсека появился маркер, изображавший нейтронную звезду. Передатчик, представленный небольшой
— Точка «B», — пояснил Билл.
Антенна начала поблескивать. Из нее «проросла» линия, которая неторопливо протянулась через все помещение и соединилась со звездой.
— Плоскость орбиты строго перпендикулярна направлению передачи .
— А это очень важно? — спросил Джордж.
— Конечно. У спутников цель всегда в прямой видимости. Билл, а сколько передатчиков мы ожидаем найти там? — ответила Хатч.
— Три. Размещенных на одной орбите и равноотстоящих друг от друга .
Джордж захотел, чтобы им разъяснили и это.
— Передача ведется на очень большое расстояние, — сказала Хатч. — Шестнадцать световых лет. Сигнал при этом подвергается сильной деградации. И одного спутника просто недостаточно. Мы уже знаем, что входной сигнал в точке «B» значительно сильнее, чем тот, который они принимали от единичного источника.
Работают все три передатчика. Если их сигналы надлежащим образом фазированы, то в результате мы, имея маломощные источники, получаем в точке приема значительное увеличение мощности. Как от излучающей антенны с диаметром, равным диаметру орбиты возле планеты. А то, что принимают спутники Академии, и то, что принимаем мы , лишь излучение боковых лепестков. То есть отголосок сигнала.
Им понадобилось два дня, чтобы занять позицию, позволявшую ловить сигнал «второй линии» передачи, найденный именно там, где и предсказывал Билл. Они ожидали этого, так что достигнутый результат никого не удивил. Но сам передатчик по-прежнему оставался невидимым. — Отправь результаты на «Кондор», Билл, — попросила Хатч. — Для нас вопрос заключается вот в чем, — сказала она Джорджу и его команде, — собираемся ли мы подобрать один из передатчиков. Для этого нам придется подойти к этому монстру еще ближе — честно говоря, гораздо ближе, чем я бы предпочла. Но мы это можем .
Все взгляды обратились к Хатч. Аликс выразила свое беспокойство словами:
— Почему «ближе, чем ты бы предпочла»? Там так опасно?
— Нет. Просто потому, что «ближе» означает чрезмерно глубокий гравитационный колодец. Выбираясь из него, нам придется израсходовать много топлива.
— Сколько на это потребовалось бы времени? — поинтересовался Герман.
Хатч переадресовала вопрос Биллу.
— Вся операция полностью, — ответил тот, — заняла бы несколько недель .
— Ты считаешь, мы могли бы взять его на борт? — спросил Джордж.
— Зависит от того, насколько он велик.
— Полагаю, мы рискнем, — заявил Ник. — И если получится найти его, разберем эту штуку на части. Я хочу сказать, что было бы приятно отправиться домой с передатчиком, построенным где-то еще . Вы представляете себе, друзья, его ценность?
Разумеется, они это понимали, и решение было принято.
Через считанные минуты шум двигателей сменил тон, и «Мемфис» плавно скользнул на новый курс.