Чародейка

«У любви сестры к сестре

Не будет конца!».

/Елена Ваенга/

Часть I

Надежда

Хирург

Ролевка-полевка

Райский лес

Ворлены

Черный дом

Топь

Их Величество, Король!

Чархан

Моровое

поветрие

Мор в Академии Магии

Эликсир Жизни

Тестирование эликсира

В Лиорте

Вампиры

Дары Чархана

Темный Властелин

Часть II

Сестры

Сестры

Рай Трионский

Бой с быком

Предзнаменование

Охота

Договор

Свадьба

Проклятые сестры

Начало конца

Смерть

Часть III

Живые и мертвые

Через тысячи лет

Воскрешение

Любовь и страсть

Нифилим

Карусель смерти

Счет

Катарсис

Нарисую тебя черной тушью на тонком стекле.

Нарисую крылатую душу, попавшую в плен,

Не прошедшую боль в до-безумия темных глазах...

Я хотел бы тебя отпустить. Да вот только - нельзя.

Я хотел бы тебя отпустить. Да вот только - не смог.

Не могу... не хочу потерять... да, наверно, судьбу?

Шелк медовых волос, рассыпаясь, скользит по плечам.

Ты сидишь, отвернувшись. Уже так привычно молчать.

Четкий профиль... задумчиво пальцы коснулись виска...

Ты искал бы спасения - были бы силы искать…

Если б сняли с запястий холодную тяжесть оков.

Если б я не любил!

– Ты уверен, что это - любовь?..

Тихий голос. Насмешливый взгляд из-под длинных ресниц...

Я молчу. Мысли мечутся стаей испуганных птиц.

//Меларисс. Остров Фок. Трибуна//

Глава 1

Хирург

Операция подходила к концу. После проведения приемов, прошедших относительно благополучно, предстояло провести комплекс мероприятий по восстановлению целостности тканей. В этот момент не воспрещалось слегка перевести дух. О том, чтобы расслабиться, речь пока не шла, - стоит отвлечься

на секунду, тампонов не досчитаешься. Или шов ляжет не правильно. Словом, привередливый «клиент», с обиды ножками дрыгнет, и все: был пациент – нет пациента.

«Человеческое пузо штопать, не гладью вышивать», - говаривал начальник отделения, еврей по национальности, Григорий Николаевич, с громкой фамилией Мендельштам. Резковатый, с первого взгляда циничный и жесткий, на самом деле добрый, порядочный, глубоко верующий человек.

Анестезию пациент переносил нормально, осложнений не наблюдалось. Единственное, что беспокоило Надежду, - лишний вес оперируемого: жировая ткань регенерирует хуже мышечной.

– Вроде всё, - буркнул Саша Беленький.

Такая вот «светлая» фамилия оказалась у анестезиолога.

Работа со швами подходила к концу. Оставался «уход»: введение лекарственных препаратов с последующим наложением стерильных повязок. После чего анестезиолог осторожно транспонировал больного на каталку и повез в реанимацию.

Вот теперь можно действительно расслабиться.

Шагнув за порог блока, Надежда сорвала с лица маску. В такие моменты у женщины возникало чувство, будто она выныривает из толщи воды, в которой долго-долго плыла. Ноги и спина гудели.

На пороге кабинета она столкнулась с Андреем Науменко – своим сменщиком.

– Хэлло! – Приветствовал тот. – «Полет» прошел успешно?

– Увидим через пару деньков, - отмахнулась Надя. – Ты чего ж так рано? В запасе полтора часа.

Они с Андреем симпатизировали друг другу. Об их романе в курилках судачили, как о случившемся факте: если двое молодых людей, свободных от брачных уз, привлекательной внешности, проводят много времени вместе, слухи о любовном союзе между ними фатально неизбежны.

Но Андрей и Надежда все ещё не встречались.

– Устала?

– А ты как думаешь?

– Надо полагать - да. Не мешало бы отдохнуть, расслабиться. Кстати, ближайшие выходные у нас свободны - у обоих! Мы могли бы это дело отметить, - Андрей свел густые брови, так, что между ними образовалась складочка, – вместе.

– Ну, если ты рискнешь настаивать, я не буду отказываться.

– Тебе говорили, что ты умница?

– Регулярно. И кстати, это правда.

– Может, пригласишь в гости? С моей стороны вроде как не красиво напрашиваться, но, ты знаешь, я ведь живу с родителями?

– А я – одиночка, - кивнула Надежда.
– Хорошо, позвони завтра ближе к вечеру, ладно?

Науменко не очень уверенно обнял женщину за плечи.

– Я вот все думаю, и как такая красавица, вместо того, чтобы штурмовать подиумы и сердца олигархов, решила заняться нечистым, неблагодарным делом, под названием «общая хирургия», а? Наденька, с твоими медовыми волосами, черными глазками и аппетитной фигуркой…

Дверь распахнулась, являя взору всегда порывистого, растрепанного Григория Николаевича.