Ча-ча-ча
Шрифт:
— Да, я их вижу.
Кулли развернул грот, потом стаксель и кливер.
— Отлично, Сонни. Выныривай, — крикнул он с палубы.
— Черта с два я буду нырять, — крикнула я в ответ. — Вода ледяная.
— Нет, дружище, не поняла. Это морской термин. Я хочу, чтобы ты вынырнула из порта. Поверни штурвал на восток.
— Так бы сразу и сказал, — рассмеялась я и выполнила его приказ.
Неожиданно ветер надул паруса. Когда я увидела их во всей красе, сердце мое забилось.
— Глуши мотор, — крикнул Кулли.
Я отключила двигатель, и от наступившей жуткой тишины у меня заложило уши. Это была та особая тишина, которая наступает, когда лодка идет под парусом. Только на этот раз она была неполной — ее нарушали звуки рэгги Боба Марлея.
Кулли вошел в рубку и поцеловал меня.
— Давай-ка уточним наш курс, — предложил он.
Мы направились в навигационный отсек и углубились в карты. Он показал мне координаты бакенов и рифов, которые были на нашем пути, и объяснил, какой он выбрал маршрут.
— Мы примерно здесь, — сказал он, указывая место на карте указательным пальцем. — Мы идем на восток по направлению от Джессапа. Потом мы минуем маяк на отмели Стратфорда, пройдем мимо рифа Брэнфорд и подойдем к Наперсткам сзади. Там есть пролив, По которому можно добраться до прекрасного места и бросить якорь. Это место расположено между четырьмя главными островами. Там мы останемся на ночь. О'кей?
— А как это может не быть о'кей? Ах, капитан, мой капитан, это звучит как путешествие моей мечты!
Кулли включил Лоран — электронное радионавигационное устройство, с помощью которого моряки определяют свое местонахождение в морс. Он ввел данные о широте и долготе, а также координаты пункта назначения и показал мне, как Лоран вычислил расстояние между объектами.
— Отличное оборудование для такого пуриста, как ты, — усмехнулась я. — А кто говорил, что деревянные лодки несовместимы с новейшими технологиями?
— Это так, но я не сумасшедший пурист и не хочу потеряться в море. Вот почему на шхуне есть Лоран. Если мы сильно отклонимся от курса, то на Лоран включится сигнал тревоги. Это замечательная игрушка.
— Вижу. Надеюсь, что мы не услышим никаких сигналов тревоги. На сегодня с меня хватит волнений. Уже одно то, что я отправилась вместе с тобой в такое длительное путешествие, возбуждает достаточно сильно.
Мы плыли уже три с половиной часа. Когда шхуна миновала маяк и взяла курс на риф Брэнфорд, мой желудок почувствовал голодные спазмы.
— Уже почти полдень, — сказала я, обнимая Кулли. Мы сидели в рубке и следили за приборами. — Как насчет ленча?
— Отличная идея, — ответил он и улыбнулся. — Помочь тебе?
— Не-а. Думаю, я сама справлюсь с приготовлением пары бутербродов. Пока я буду внизу, могу поставить другую запись. Ты что хотел бы послушать?
— Что ты скажешь о группе «Питер, Пауль энд Мэри»? Я обожаю их
— Твое желание — закон. И еще один вопрос, чем будем запивать бутерброды? У нас есть лимонад, пиво…
— Можешь не продолжать. Пиво. Что может быть лучше холодного пива «Хейнекен» в такой день, как сегодня? Ну подумай сама, разве может быть день, лучший, чем сегодняшний? — И он издал боевой клич, который прозвучал как «Йяя-хууу»! Было ясно, что он испытывал настоящий экстаз.
Я спустилась в каюту и остановилась, давая глазам привыкнуть к полумраку после яркого света снаружи. Но едва я наступила на пол и поняла, куда я наступила, у меня вырвался громкий крик. Я была по щиколотку в воде!
Я бросилась вверх по трапу, чтобы сообщить об этом Кулли.
— В каюте около пятнадцати сантиметров воды, — выпалила я на одном дыхании, стараясь не удариться в панику. — Думаю, «Марлоу» тонет.
— Сонни, ты опять? Ты настоящая мисс Бедствие, — сказал он, высовываясь из рубки, чтобы насладиться солнцем и морем. — В прошлое наше плавание ты обвинила меня в убийстве Мелани. Теперь говоришь, что наша лодка тонет. Тебе следует научиться не выдумывать всякие страхи. Как говорится, остынь.
— Да? Не знаю, как сделать так, чтобы до вас дошло, мистер, но вы сами быстро остынете, если спуститесь вниз и зачерпнете ботинками холодную воду. Кулли, послушай меня. Дела плохи. Сходи и посмотри сам.
— Сонни, я знаю мою лодку. Я же сам ее перестраивал. Она никак не может…
— Речь идет не о твоем опыте в перестройке лодок, — оборвала я его. — В главной каюте полно воды. Иди туда немедленно.
Кулли вздохнул и поплелся за мной. Он не закричал, как я, когда увидел в каюте воду. Он сделал нечто более удачное — начал действовать. Просто начал работать, не говоря мне ни слова о том, что он делает и зачем.
— Что происходит? — спросила я, следуя за ним в рубку.
— Ничего не происходит. Я просто хочу снова запустить двигатель и включить автоматический насос.
— А! — облегченно сказала я. Я решила, что автоматический насос в одно мгновение откачает воду из каюты, и скоро мы с Кулли сможем насладиться пивом и бутербродами с тунцом. Мы будем есть и со смехом вспоминать это происшествие.
Я ошиблась.
— Черт, — сказал Кулли. — Мотор не заводится.
— То есть как это «мотор не заводится»?
— А вот так. Видишь, я включаю зажигание, и ничего не происходит. Вода залила двигатель.
— А как же автоматический насос?
— Не работает мотор — не работает автоматический насос.
— О, Господи! И что мы теперь будем делать?
— Элисон, давай я этим займусь, хорошо? — Он был озабочен не меньше моего. — Самое главное сейчас — стабилизировать ситуацию и избавиться от воды на шхуне. А потом я попробую выяснить, откуда эта вода взялась.