Ча-ча-ча
Шрифт:
— Да. Я в этом уверена. И, согласись, у Бетани был повод убить Мелани.
— Да, конечно, но зачем ей есть пончики на месте преступления?
— Может быть, она проголодалась. Ты слышал об этих психах, которые испытывают сексуальное возбуждение от совершения убийства? Ну вот. Может, Бетани такой же псих, только после убийства она испытывает голод.
— Господи!
— Если бы я только могла доказать, что сахарная пудра на столе Бетани и та, которую полицейские нашли на столе Мелани, одинаковые…
— А также доказать, что отпечатки пальцев
— И что именно Бетани оставила в моем холодильнике тот симпатичный пакетик с кокаином.
— Думаю, мы сможем сделать лабораторный анализ, если достанем ее любимых пончиков, — выдвинул предложение Кулли.
— Сможем, сможем. Но сначала у меня есть план, как достать ее отпечатки пальцев.
— Каким образом?
— Смотри. — Я кивнула в сторону Даун-зов. — Они собираются уходить. Как только они выйдут из дверей, я подойду к их столу и возьму бокал для вина, из которого пила Бетани. Это надо успеть сделать до того, как официант уберет со стола.
— А что ты будешь делать с этим бокалом?
— Потом решу. Но я не собираюсь отдавать его Корзини. Я не доверяю этому сукиному сыну. Он не будет подозревать члена такой семьи, пока не получит очень веских доказательств.
— Ты, скорее всего, права. О, смотри, Сонни. Они уходят.
Элистер, Бетани и Джулия вышли из ресторана. Горизонт был чист.
— Ты расплатись по чеку, а я пойду на вылазку, — прошептала я.
Я беззаботно продефилировала мимо стола Даунзов, делая вид, что направляюсь в дамскую комнату. Остановившись около стула, на котором сидела Бетани, я подхватила льняную салфетку и с ее помощью взяла бокал, чтобы на стекле не осталось моих отпечатков. Потом я поспешила к своему столу вместе с этой жизненно важной для меня добычей.
— Дело сделано, — улыбнулась я.
— Давай так, — сказал Кулли. — Ты выходи из ресторана и жди меня снаружи. Я заплачу по чеку, возьму наши пальто и присоединюсь к тебе через несколько минут.
— О'кей.
Мы не поехали сразу на лодку, а сделали остановку, и я позвонила своему адвокату. Он должен знать, как поступить с добытыми мною уликами.
— А ты представляешь, который сейчас час? — зарычал мистер Обермейер в телефонную трубку. Было половина одиннадцатого.
— Да, мистер Обермейер, — сказала я, — но это очень важно. Я нашла способ отвести от меня подозрения в убийстве. Я знаю, кто на самом деле убил Мелани Молоуни.
— А это не может подождать до завтра? — спросил он, шумно рыгнув.
— Нет, не может. Мы с Кулли хотели бы приехать прямо сейчас. Нам нужно передать вам нечто очень ценное, что нельзя хранить на лодке.
Мистер Обермейер неохотно согласился, и мы поехали к нему. По иронии судьбы он жил в бухте Голубой Рыбы, месте, где Мелани встретила свой ужасный конец. Когда мы вошли в дом, он провел нас на кухню и потребовал объяснить, что у нас за важное дело. Я рассказала ему, как догадалась о том, что Бетани совершила убийство, и показала
— У меня есть знакомый частный детектив, который снимет отпечатки с этого бокала, — сказал он.
— Я надеялась на вас, — сказала я. — А что будет потом? Можно будет сравнить эти отпечатки с теми, что были обнаружены на орудии убийства?
— Нам придется обратиться в суд за разрешением провести это расследование, — объяснил он. — Орудие убийства находится под юрисдикцией полиции. Они нас теперь и близко к нему не подпустят. Особенно после того, как судья снял с тебя все обвинения.
— О'кей, давайте обратимся в суд. Пока вы будете заниматься этим, я проверю пудру со стола Бетани — соответствует ли она той, что была найдена на месте преступления, — сказала я.
— О, я все сделаю как надо, — сказал мистер Обермейер. — Но это обойдется вам недешево.
— Знаете, мистер Обермейер, то, что вы заговорили о вашем гонораре в такое трудное и сложное время, напомнило мне одну шутку. — Я сделала паузу. — Знаете, почему адвокатов хоронят на глубине в одну тысячу футов? — Я сделала еще одну паузу. — Потому что с такой глубины им точно не выбраться.
— Я вас выгоню вон, — пообещал мистер Обермейер и выполнил свое обещание.
Глава 23
Пока мистер Обермейер будет заниматься отпечатками пальцев, я решила переключить все свое внимание на пончики. Мой план состоял в том, чтобы проникнуть в кабинет Бетани, взять образец сахарной пудры с ее письменного стола и отдать его на анализ.
Но сначала надо было выяснить, когда Бетани не будет в ее кабинете. Вспомнив о ее лошадином хобби, я решила позвонить в Охотничий клуб Лэйтона. В этом клубе Бетани каталась на своих лошадях и затаскивала в постель своих тренеров.
— Доброе утро. Не могли бы вы помочь мне? — проговорила я, зажав пальцами нос, чтобы мой голос звучал гундосо и был похож на голоса других, помешанных на лошадях, членов клуба. — Я должна сегодня встретиться у вас с Бетани Даунз и, вот незадача, похоже, я потеряла записную книжку. И теперь не могу вспомнить, в какое время мы должны кататься верхом вместе с Бетани. Вы не могли бы сказать мне, в каком часу она должна приехать?
— Мы ждем ее прибытия примерно через час, — ответили мне.
— О, Господи, — сказала я. — Тогда я, наверное, опоздаю. Передайте Бетани, чтобы она просто подождала меня. Пока.
Я схватила сумочку и покинула лодку. Через двадцать минут я уже пробиралась в кабинет Бетани, молясь, чтобы никто меня не заметил. Осмотрев стол, я обнаружила немного сахарной пудры прямо около коробки, в которой лежало с полдюжины пончиков. Действуя быстро и осторожно, я оторвала кусочек бумаги от ежедневника, лежавшего на столе, и смахнула немного пудры в принесенный с собой пластиковый пакет. Потом я убрала пакет в сумочку и выскользнула из здания. Я поехала прямиком в колледж Джессапа, где разыскала химический факультет.