Чтение онлайн

— Никаких помарок, Командор. Там все точно по плану, как вы и сказали. Точно такие кресла…

— Ладно, поверю на слово, а то мотаться туда-сюда лишний раз никакого желания нет.

Морфеус, осмотрев все, что хотел, вышел из шаттла, спросив:

— Сколько еще времени потребуется, чтобы все доделать?

— День.

— А на «Эллине»?

— Два дня, не больше…

— Хорошо, потому что послезавтра мы начинаем предпоследнюю операцию…

Следующие

полгода для Рона Финиста пролетели почти незаметно. Поначалу осваиваться с оружием и доспехами было нелегко. Финист никогда не имел дела с огнестрельным оружием, даже не стрелял ни разу из обычного охотничьего дедовского карабина из-за дороговизны патронов, так что ему часто доставалось от сотника Грома.

На следующий день после выдачи оружия сотник развесил плакат с изображением автомата АК-407, названиями деталей и всем показал, как его разбирать и собирать. И начались тренировки.

— Время! — орал сотник, шагая взад-вперед по проходу казармы.

Солдаты целый день собирали и разбирали «колун», используя в качестве подставок койки.

Сотник встал рядом с Роном. Финист вжал голову в плечи. Он знал, что виноват, так как на койке осталась лежать какая-то изогнутая деталька, название которой он даже не запомнил.

— У тебя из какого места руки растут, пятнадцатый?! Отвечай!

— Из плеч, господин сотник…

— Из плеч, — передразнил Гром. — Из жопы они у тебя растут, а не из плеч!

Пинок в живот согнул Рона пополам и заставил судорожно вздохнуть.

— Разобрать и собрать так, чтобы лишних деталей на этот раз я не увидел!

— Слушаюсь, господин сотник!

— О, Господи всемогущий! Дай мне сил не убить этого ублюдка! — пошел сотник смотреть результат первой разборки-сборки. — Скажи мне, горе-солдат! Как ты мог забыть вставить в автомат курок?!! Ты, мать твою, на что нажимать собираешься, чтобы стрелять?!! Отвечай!

— Не знаю… господин сотник… — ответила очередная жертва Грома.

— Не знает он!

Сотник с размаху ударил бойца, и тот отлетел к стене, распластавшись на полу.

— Разобрать и собрать! И чтобы курок находился в приличествующем ему месте!

— Слушаюсь… господин сотник…

Солдат с трудом встал, встряхивая головой и собирая глаза в кучу, взялся за автомат.

Сотник шел дальше, ругаясь почти у каждого солдата и награждая криворуких болезненными тычками и ударами. У тех же, кто умудрялся собрать оружие без лишних деталей, Гром брал АК-407 в руки. Взводил затвор и щелкал курком, прислушиваясь. Чаще после подобного действа Гром выдавал новую порцию брани.

Лишь у нескольких человек получалось все как надо, и после нажатия на курок в казарме все отчетливо слышали сухой щелчок и довольное урчание сотника. Но даже тех, кто показывал отличный результат, сотник заставлял разбирать-собирать оружие еще

и еще, с первого дня приучая их делать это в автоматическом режиме.

На следующий день к занятиям по сборке-разборке оружия прибавились занятия рукопашным боем с применением «колуна», а точнее его выдвигающихся штыков. Впрочем, в занятиях они не участвовали, оставаясь в пазах, иначе к вечеру не осталось бы ни одного не израненного человека, не говоря уже о куче трупов.

Поначалу занятия выглядели не слишком презентабельно. Хромая сотня поделилась на две шеренги, встав друг напротив друга, и то одна, то другая линия проводила прием, в то время как их противники стояли почти неподвижно в атакующей позе, зажав в руках оружие.

— Шаг вперед! Отвод ствола противника своим стволом! Коли! — командовал сотник и сам проводил прием на свободном бойце.

Вскоре подобные примитивные занятия переросли в настоящие схватки, точно такие же, как кулачный мордобой. Применялось все: кулаки, ноги, ножи (по-прежнему в ножнах), приклады «колунов». Как и кулачные бои, они проводились сначала внутри сотни по принципу «остаться должен только один», а потом сотни боролись против сотен.

И солдаты дрались изо всех сил, награждая друг друга синяками, вывихами пальцев, рук, ног. Делали все, лишь бы не остаться, на ночь глядя, без порции каши.

Когда навыки разборки-сборки освоили все, и никто уже не мог получить взыскания за медлительность или ошибки, когда навыки рукопашного боя также были высоко развиты, к прежним занятиям прибавили настоящие стрельбы.

По вечерам на полигонах стоял оглушительный грохот стрельбы и разрывов, а по утрам мишени из песка с применением строительной смеси разлетались в пыль.

Обычная стендовая стрельба постепенно усложнялась, вводились элементы уклонения и нападения, кувырки, перекаты, как если бы солдаты занимались не на открытой местности, а в коридорах какого-либо здания.

За полгода интенсивного обучения Хромая сотня поредела еще на трех человек. Одного особо тупого и неисполнительного солдата сотник, не рассчитав силы, забил насмерть, еще двое погибли в результате неосторожного обращения с оружием, пристрелив самих себя во время стрельб.

— Командор, шаттлы готовы, — радостно объявил Сало.

— А «Эллин»?

— Тоже готов, Командор! Все приварили в лучшем виде…

— Наконец-то!

Кэрби Морфеус встал с топчана, скинув с себя наземь рабыню, массировавшую его плечи. Несмотря на все заверения, работа по переустройству внутреннего пространства трюма «Эллина» длилась дольше на целых два дня.

— Машину мне…

— Машину Командору!

Тут же подкатил джин.

— На ближайший полигон, — махнул он водителю. — Где стреляют…