Целитель судеб
Шрифт:
– Вы - целитель?
– спросила Рина, сев рядом с Рэми на холодный пол.
– Встаньте, вы простудитесь.
– Простуда в клане целителей?
– усмехнулась девушка.
– И все же вы целитель. Только они могут почувствовать ребенка столь рано.
– Я почувствовал, потому что о нем знал, - чуть горько ответил Рэми, опускаясь на пятки и положив ладони на колени.
– Я - целитель. Но я не умею пользоваться своим даром.
– Попросите брата, он найдет вам учителя, - девушка положила ладонь на ладонь Рэми,
Неужели здесь, в Виссавии, женщины совсем не боялись мужчин? Неужели они не знают данных богами законов, что с раннего возраста вдалбливают в головы девушек кассийцы? Только боги ли дали те законы?
Некоторые говорят, что боги всего лишь наблюдают, иногда - помогают, а законы придумывают люди. Может, виссавийцы и придумали свои, Рэми пока неподвластные... но почему-то все же иногда более близкие.
– Вы не расскажите отцу о ребенке?
– спросил вдруг Рэми.
– Может, он бы обрадовался? Может, вы смогли бы быть вместе?
– Я люблю Армана, - возразила Рина, и глаза ее в лунном свете вдруг предательски заблестели.
– Но он живет в своем мире, я - в своем. Боюсь, если мы соединимся, то кто-то из нас станет несчастным.
– Странно, я думал счастье - это быть с тем, кого любишь.
– Не только, - покачала головой Рина.
– Любовь это много, очень много, но все же не все. Я не могу уйти из клана, я здесь родилась, я не знаю другой жизни. Но я знаю одно - Арман не создан для Виссавии. Он здесь зачахнет... как и ваш принц.
– Думаешь, Миранису здесь плохо?
– непонимающе посмотрел на девушку Рэми.
– Думаю, что всем плохо и везде, пока человек не найдет своего места. Я - нашла. Арман - нашел. Миранис - нашел. Ты - нет.
– С чего ты взяла?
– Арам, мой учитель, говорил, что у меня дар целительницы душ... Он очень редкий, но и болезненный. Я много вижу того, чего не видят или не хотят видеть другие.
– А что скажет вождь, когда узнает о ребенке?
– Он знает.
– И хочет отомстить Арману?
– Почему?
– искренне удивилась Рина.
– Ребенок был зачат в любви, а дитя любви всегда желанно...
– У нас бы тебя...
– Я знаю, - прервала его Рина.
– Я все знаю. И потому не хочу говорить Арману о сыне, я не хочу, чтобы он боялся за меня.
– Но он и так будет бояться..
– Это неправда. Я умею тушить боль... и я ее потушила. Арман уедет со светлыми воспоминаниями обо мне, но открытый для новой, может, еще более сильной любви. У нас так это делается...
– А ты сама?
– Я...
– она опустила голову.
– Я справлюсь.
Рина погладила свой живот, улыбнулась вдруг сказала:
– У меня есть сын.
– Почему же ты не вылечила вождя?
Рина вздрогнула и некоторое время молчала. Рэми чувствовал ее сомнение и понимал ее. Он чужак. Он тот, кто, вообще-то, не стоил доверия. Но тем
– Арман не знает о моем даре, потому и поддался...
– прошептала она.
– Элизар же... он слишком сильный. Мне нужно было его согласие, а он не хотел выздоравливать. Потому-то я и восхищаюсь вашим телохранителем. Век за него богиню молить буду... даже сына назову его именем.
– Не надо!
– испугался Рэми, почувствовав, как его щеки наливаются жаром.
– Это принесет малышу несчастье!
– Странно, но я чувствую - ты говоришь серьезно. Я подумаю над твоими словами, целитель.
– Я не целитель...
– Целитель, - прошептала Рина, погладив гостя по щеке.
– Мой скромный, еще не осознавший себя целитель... Не выдавай меня, хорошо? Я чувствую, ты знаешь Армана, потому и прошу.
– Я не выдам, обещаю. А ты береги и себя, и ребенка, а если вновь кто-то обидит...
Рина прикусила губу и сразу же замкнулась:
– Кто тебе сказал?
– Вот видишь, целительница душ, а брата так и не простила, - укоризненно ответил Рэми.
– А ведь он действительно изменился.
– А можно простить?
– горячо прошептала Рина. Я думала, сына потеряю... но больнее было не это... чувство собственной беспомощности, никчемности. Я не могла защитить ни себя, ни ребенка. А он... он все бил, бил никогда этого не забуду!
– Забудешь, - Рэми взял ее лицо в ладони и заставил посмотреть себе в глаза. Рэми увидел в ее зрачках отблеск синего света, что лился из его глаз, чувствовал, как его сила успокаивает, переплетает чуточку иначе силы судьбы, убивая в ее душе боль и обиду...
– Ты уже забыла...
– прошептал он, нервно сглатывая.
– Прошу...
– взмолилась вдруг Рина.
– Это... такая сила... ты должен найти учителя. Прошу. Целители очень ранимы, если не научишься защищаться, погибнешь. А ты не умеешь... Давай я поговорю с братом, ну же!
– Тебе не надо со мной говорить. И тебя не надо ни в чем меня убеждать, - холодно ответили за спиной Рэми.
Телохранитель вскочил на ноги, резко развернувшись к Элизару:
– Ты ведь все и сам понимаешь, не так ли?
– продолжал вождь, подходя к Рэми и глядя прямо в глаза.
– Одно твое слово, и учить тебя будут наилучшие. Только скажи.
– Ты знаешь мой ответ, - прошипел Рэми.
– Мне казалось, мы уже говорили на эту тему.
– Ты говорил. Я только отвечал и слушал.
Рэми сорвался с места и выбежал из проклятого замка. Прямо под хлынувший внезапно проливной дождь.
Глава одиннадцатая
Элан
Рэми вылетел в дождь и вбежал в объятый темнотой лес. Его трясло. Слова вождя подобно яду вскипятили кровь, оставив почти физически осязаемую тоску и беспокойство.